Генерал Раевский
Шрифт:
— Дозвольте мне за вас отписать!
— Я же сказал, генерал, принести чернил! Я сам отпишу.
Обдумывая каждое слово, поскрипывая пером, он неторопливо начал писать по-французски ответ.
Палаццо английского посланника располагалось на обращённом к морю склоне, поросшем пышными олеандрами и мимозами, стройными кипарисами и пальмами, вдоль ухоженных дорожек буйно рос вечнозелёный кустарник. И само здание выглядело внушительно, привлекало своей красотой и архитектурной оригинальностью.
В его залах находились коллекции бесценных сокровищ древнегреческих и живших некогда на италийских землях этрусских
Владельцем палаццо и сокровищ был сэр Гамильтон, известный не только как дипломат, но и как опытный антикварий и покровитель изящных искусств древности. Его участие в раскопках Помпеи и Геркуланума, погибших под пеплом Везувия, принесли ему сокровища, достойные знаменитых музеев мира.
Своему увлечению он отдал всего себя, разумеется, не в ущерб не столь обременительным служебным делам. Он даже забыл обзавестись семьёй. Лишь на склоне лет он вспомнил об этом и стал мужем красавицы Эммы.
Случилось это так. Живший в Англии племянник сэра Гамильтона Чарльз Гренвиль прислал ему слёзное письмо, в котором сетовал на бедствие и просил помощи. Только он, дорогой и любимый дядюшка Уильям Гамильтон, может его спасти! И тот не выдержал, поспешил на помощь.
В доме тридцатипятилетнего племянника-холостяка его внимание привлекла одна картина, точнее, женский портрет. Тонкий знаток, он сразу оценил достоинство произведения. Художник передал в красках не только глубину образа, но и красоту и одухотворённость той, с которой писал картину.
— Кто это? — спросил он племянника.
Смутившись, Чарльз начал не очень внятно объяснять, и дядюшка понял, что молодая особа его любовница.
— Непременно познакомь. В ней есть что-то необыкновенное.
— За этим дело не станет.
Вскоре сэр Гамильтон увидел её. Он не ошибся в своём предположении. С первой же встречи она покорила его разговором, манерами, не говоря уже о красоте. Оригинал превосходил висевшие на стенах свои копии.
Несмотря на молодые годы, Эмма прошла уже через многие испытания. Дочь деревенского кузнеца в двенадцать лет отдали в господский дом, где она горничной познала горечь и унижение. Опозоренная, она стала переходить из рук в руки, соблазняя хозяев прелестями. Один, некий доктор Греген, даже нередко представлял её друзьям почти обнажённой, сравнивая с богиней красоты. На одном таком представлении юную Эмму увидел Чарльз Гренвиль. Склонив обещаниями жениться, он увёл её. Красотой Эммы был покорен и сэр Гамильтон.
— Дядюшка, вы влюблены, — заявил ему Чарльз. — Если поможете мне выпутаться из долгов, я уступлю её вам.
Гренвиль предложил ей отправиться с матерью в Италию, погостить у дяди, обещав приехать туда позже. Он не приехал: позже состоялась его свадьба с богатой невестой. Эмма же в Неаполе стала женой посланника — леди Гамильтон.
Там же произошла и её встреча с английским флотоводцем.
После одержанных побед имя Нельсона было у всех на устах. Его осыпала наградами и почестями не только Англия, но и многие государства Европы. Прислал драгоценный ларец и Павел Первый. Совсем недавно эскадра под командованием Нельсона разгромила близ устья Нила французскую эскадру. Победа была полнейшей.
После того английские корабли появились у Неаполя, на главном — сам контр-адмирал Нельсон. Толпы восторженных итальянцев приветствовали победителя, и первым был английский посланник сэр Гамильтон.
— Моё палаццо в вашем распоряжении, — заявил он.
Адмирал не посмел
После ранения в последнем сражении Нельсон мучился головными болями, не просто было и управляться за столом с одной рукой. Хозяйка дворца во всём помогала ему, окружила вниманием.
Леди Гамильтон в ту пору была великолепна. «Она красива, умна, полна огня, хорошо сложена, её лицо прекрасно», — так отзывались о ней. Увидев её, Гёте записал: «Леди очень хороша собой». В то время ей исполнилось тридцать три года, её мужу вдвое больше. Она не могла не вызвать чувство у гостя.
С балкона палаццо открывался широкий обзор моря, и Нельсон, стоя у балюстрады, вглядывался в туманную даль, выискивая прибывший на рассвете с почтой бриг. По его расчётам, он должен был доставить ответ от Суворова.
Придёт ли? Удостоит ли старый полководец его вниманием? Признает ли его своим братом по военным победам? Русский полководец необозримо велик, его талант признан всем миром! Даже в последнем наитруднейшем деле, переходе через Альпы, он сумел проявить полководческое достоинство, преодолеть величайшие трудности и избежать, казалось бы, неминуемого поражения.
Предавшись мыслям, Нельсон не заметил, как неслышным шагом приблизилась Эмма.
— Это ты!
Женщина поправила наброшенное на его плечи пальто, коснулась губами его щеки.
— У меня новость. Не догадываешься? Кажется, у нас будет маленький Нельсон.
А вскоре ему доставили долгожданное письмо от русского генералиссимуса.
«Мой дорогой барон и брат! — писал Суворов. — Ежели чья память мне дорога, так это память только славного адмирала, как Вы. Глядя на портрет Ваш, уверился я и впрямь в некотором меж нами сходстве. Можно, следовательно, сказать, что великие умы сходятся и что наши мысли совпали. Я от того вдвойне счастлив, а ещё пуще от того, что и характером с Вами сходен. Нет награды, которой Вы, любезный адмирал, не были бы достойны, за свои блестящие заслуги и которой Вам бы не желал живейшим образом Ваш брат и друг. Дорожа сохранением этого звания, равно как и Вашей искренней дружбою, прошу Вас не отказать и впредь сообщать мне о себе и верить, что я питаю к Вам те же чувства, что и Вы ко мне, и остаюсь навсегда Вашим любящим братом и сердечным другом. Побед, славы, процветания Вам в новом году!
Князь Александр Италийский, граф Суворов-Рымникский».
Возбуждённый посланием, Нельсон признался Эмме:
— Это письмо, мой друг, выше всех наград и почестей. Оно до смерти всегда будет со мной.
Погиб же он через пять лет в большом Трафальгарском морском сражении, где под его командованием английская эскадра разгромила корабли франко-испанского флота. Флагманский корабль «Виктория» первым вломился в строй неприятельских судов. Нельсон стоял на мостике, наблюдая за ужаснейшим побоищем. Орудия били почти в упор, сокрушая настройки [19] и уничтожая матросов и офицеров. Палуба устилалась убитыми и ранеными.
19
Настройка — здесь: механизм, предназначенный для настраивания каких-либо приборов, машин, аппаратов.