Генерал Раевский
Шрифт:
Егеря попытались было ворваться во вражеское расположение, но едва они бросились вперёд, как перед ними с грохотом стали валиться на дорогу огромные сосны, преграждая путь.
— Братцы!.. Братцы!.. Выручай!..
К попавшим в беду бросились на помощь, но по ним открыли стрельбу засевшие на деревьях вражеские стрелки.
Занятый неприятелем рубеж как бы седлал дорогу: его левый фланг скрывался в дремучем, с навороченными валунами и буреломом лесу, через который нельзя было пробиться, правый же обрывался у глубокого ущелья, уходившего к озеру. Саму дорогу преграждал завал из
Командовавший дозором был из молодых неискушённых офицеров.
— Без пушки тут не обойтись, — высказался он не очень уверенно.
— А что это даст? — возразили ему. — Картечью врага не достать, мешает завал, а фугасными ядрами бить в снег — напрасная затея.
Примчался верхом на коне генерал Раевский. Покинув седло, он направился к дозорным. Старший с лычками унтера доложил обстановку.
У Николая Николаевича было правило: в сражении с принятием решения не спешить. Прежде чем объявить его, он узнавал мнение других.
Выслушав унтера, генерал приказал вызвать сюда казачью сотню. Когда объявился хорунжий, он велел ему обойти неприятельский рубеж с фланга, со стороны озера:
— Лед крепкий, надёжный, коней выдержит. Зайдёте поглубже и ударите по неприятелю с тыла. А мы вас отсюда поддержим пушками.
Подобравшись незамеченными, казаки внезапно ворвались в хутор. Однако противник не впал в панику, вступил в бой и яростно сопротивлялся. Но его атаковали с фронта егеря, проделав в завалах проходы.
Теснимый с двух сторон, неся потери, враг отступил. Часть его бежала в лес, несколько человек были пленены.
После жаркой схватки дивизии удалось вышибить шведов из города Кумо, а затем занять Бьернеборг. Командуя передовым отрядом, Раевский отлично справился с заданием: 6 марта он занял Нормарк, а 12 марта русские солдаты ворвались в Христианштадт. Оставив в городе небольшое подразделение, генерал Раевский повёл преследование отступавших к Вазе шведов. Через пять дней он занял и этот город.
Когда кончилась весенняя распутица, прибыло подкрепление. Генерал Буксгевден произвёл переформирование вверенных ему войск: создал три корпуса. Раевский с семью тысячами солдат представлял первый корпус, сосредоточенный у Гамле-Карлеби, вторым корпусом такой же численности командовал Барклай-де-Толли. Корпус сосредоточили в районе Вильманстранда и Нейшлота. Остальные силы, около шестнадцати тысяч человек под начальством графа Каменского и князя Багратиона, расположились в обороне морского побережья.
Раевский и Барклай должны были наступать с корпусами на запад, тесно взаимодействуя с отрядами. Шведский главнокомандующий Клингспор ожидал высадки русских десантных отрядов на Аландских островах. Действия отрядов Раевского он принял за начало десантной операции, атаковал их превосходящими силами и сам предпринял высадку шведов в тыл русских войск.
Корпус попал в очень тяжёлое положение, однако его командир, генерал Раевский, проявил полководческий талант, и почти весь неприятельский десант вместе с начальником десанта — адъютантом шведского короля — был взят в плен.
Летом в штаб корпуса прибыл для координации действий наступающих
С его прибытием боевые действия стали носить характер смелых и решительных операций. Последовал ряд победоносных сражений, в которых участие генерала Раевского приобрело новые полководческие черты. В сражениях у Карстула, Перхе, Лаппо шведские войска потерпели тяжёлые поражения.
23 августа возглавляемый Николаем Николаевичем отряд совершил смелый обходящий манёвр, в жестоком сражении нанёс шведскому отряду существенный урон и принудил его к отступлению.
Успешное действие корпуса Раевского в немалой степени способствовало войскам, возглавляемым Багратионом, завершить беспримерную операцию по овладению Аландскими островами, которые по окончании войны отходили к России.
17 сентября 1808 года было подписано перемирие. Война со Швецией закончилась. Она много дала Николаю Николаевичу. Прежде всего он освоил особенности управления войсками в лесисто-озёрном крае. Приобрёл он также опыт руководства небольшими, разобщёнными между собой отрядами не только пехоты, но и кавалерии, артиллерии, осознал важность совершения в сражениях обходов и охватов неприятеля и последующих внезапных ударов по нему.
За участие в войне со шведами Раевский был произведён 12 апреля 1808 года «за отличие» в генерал-лейтенанты и включён в свиту его императорского величества. Через два дня — 14 апреля — он был назначен дивизионным начальником 21-й пехотной дивизии, ранее находящейся под командованием генерал-лейтенанта Багратиона.
В Молдавской армии
По завершении войны со шведами Николаю Николаевичу Раевскому предложили ехать в Молдавскую армию. На Дунае, несмотря на перемирие, отношения России с Турцией по-прежнему оставались крайне напряжёнными. Известное влияние оказал на турецкое правительство и недавний союзник России Наполеон. Используя нарушение Россией условий Тильзитского договора, он стремился изолировать её от западноевропейских государств, рассчитывая на использование турецкой армии в своих интересах. В военных планах Наполеона Турция должна была вторгнуться в Россию с юго-запада и, пройдя Украину и Белоруссию, овладеть Крымом и причерноморскими землями.
Главнокомандующим Молдавской армией назначался старший сын почившего фельдмаршала Каменского граф Сергей Михайлович Каменский... Он показал себя в войне со шведами, и теперь выбор главнокомандующего пал на него. Имея в подчинении опытных военачальников, он в кампании 1810 года отличился в боях при штурме Шумлы, в сражении при Батине, при занятии Никополя. Вскоре он принял командование 3-й Западной армией, главные силы которой находились в районе Луцка.
В командование Молдавской армией вступил младший сын фельдмаршала Каменского. Не имея полководческого дара, он не приобрёл в войсках должного успеха. Об этом прямой и справедливый Раевский заявил ему во всеуслышание.