Генерал
Шрифт:
– Куда мы едем? – спрашиваю приглушенно.
– В безопасное место, – усмехается он и предлагает устало. – Давай поспим, Кать?
Прикрываю глаза, стараясь умоститься поудобнее. Вдыхаю, ставший знакомым, терпкий парфюм. И проваливаюсь в полудрему, где моя собственная киностудия крутит мультик для взрослых.
Машина мягко идет по серпантину и меня даже не укачивает. Интересно, какой вариант может предложить Генерал. И почему папа ему безоговорочно доверяет. Просто друзья на веки. Даже не верится.
Георгич!
Ворочаюсь, пытаясь устроиться поудобней. Чувствую как накрывает жар. Сначала искры пробегают по животу, потом по спине. А следом огненной пружиной разгорается желание, пульсирующее между ног.
Мне бы отодвинуться. Но даже помыслить об этом боюсь. Расцепить пальцы, сесть ровно… Но тогда снова накатит липкий страх. И Айрат мысленно потянет ко мне руки.
Двое абсолютно разных мужчин. Один – офицер, а другой – животное. Леопард хренов. И Фадха – имя, которое он мне присвоил, переводится как «самка леопарда».
Сжимаю губы, пытаясь не расплакаться от собственного бессилия. Но прошлое будто волной накрывает меня. Побои и унижение, чередующиеся с мучительными ласками, такими же неприятными, как и сам Айрат. Даже запах его, парфюм, не могла я спокойно слышать. Сразу накрывало волной безрассудного страха.
– Кать, да ты чего расклеилась? – ворчит растерянно Генерал. – Я же тебе велел не бояться…
– Все равно страшно, – как маленькая мотаю головой и утираю слезы.
– Посмотри на меня, – чуть отстраняется от меня Ордынцев. Будто ощупывает лицо строгим внимательным взглядом. Большим и указательным пальцами нежно приподнимает мой подбородок. Оглаживает нижнюю губу, заставляя меня трепетать от желания. Заглядывает в лицо. И я чувствую, как все мои печали и страхи испаряются под суровым взглядом Ордынцева.
– Ты меня оставишь и сам уедешь? – спрашиваю, стараясь сохранить здоровое равнодушие.
– Нет, Кать, – усмехается он. И сразу становится похожим на озорного мальчишку. – Буду тебя охранять. Ни одна собака не проскочит.
– Повезло мне, Генерал в личке ходит, – растягиваю губы в улыбке.
– Это мне повезло, – ласково шепчет Ордынцев, вытирая слезы с моего лица. – Не плачь, девочка.
Машина въезжает в распахнутые ворота и тормозит около мраморного крыльца. Тотчас же из дома выходит мужик в камуфляже.
– Разрешите обратиться, товарищ генерал, – поворачивается к нам водитель. Взрослый строгий мужчина.
– Разрешаю, – серьезно кивает Ордынцев.
И только сейчас я понимаю, какой властью облечен этот человек. Это для меня он Васечка, а для других грозный начальник.
– Вам машина понадобится? Сергей Юрьевич велел Гелек оставить.
– Отлично, – соглашается Генерал. Распахнув дверь, помогает мне выйти. Ошалело осматриваюсь по сторонам. Большой дом, сад, клумбы с цветами и детский велосипед, оставленный на дорожке.
– Чей это дом? – спрашиваю
– Генерала Кирсанова, – спокойно заявляет Ордынцев. Задумчиво наблюдает, как наш водитель и мужик из дома, забравшись в видавшую виды Л200, выезжают со двора. Ворота медленно закрываются, отрезая нас от всего мира.
– Пойдем, – берет меня за руку Васечка.
И я смело иду рядом. Ничего не боюсь с этим мужчиной.
– О, тут и камин, – охаю я, переступая порог дома и во все глаза смотрю на яростное пламя, бьющиеся из каменного нутра камина.
– Давай сюда, – устраивает меня Генерал на кожаном мешке, стоящем неподалеку. А рядом уже накрыт маленький переносной столик. Вино, орешки, конфеты, клубника и ананас.
– А у нас арбуз в номере остался, – стукает себя по ляжке Ордынцев.
– Надо было с собой брать, – улыбаюсь натянуто. И умоляюще смотрю на Ордынцева. – Мне бы лечь, Васечка. Спать хочется.
– Сейчас пойдем, милая, – вздыхает натужно Генерал и добавляет со вздохом. – Кать, выходи за меня замуж, а?
Глава 26
– Замуж? – охает Катерина. – Как замуж? – непонимающе поднимает на меня темные глаза.
И я как глупый салабон, цепенею на секунду-другую. Катя, блин, что же ты со мной делаешь? Генерала строишь, как настоящая жена.
– Нас тянет друг к другу, – бурчу негромко. – И ты такая девушка… – запинаюсь на полуслове. – На таких женятся. Сразу, – выдыхаю спонтанно. – И если я тебе не противен… На физическом уровне.
– Не противен… Даже очень… – лепечет Катерина краснея. Растерянно улыбается и молчит. А я, будто нутром чувствую, как вертятся шестеренки у нее в мозгах. Должна согласиться. Нравлюсь я ей.
«А вдруг как откажет?» – предательски ёкает сердце.
Я еще ни одной женщине в мире не делал предложения. Хотя многие вынуждали. Но как только заходил разговор о следующей ступени в отношениях, я сливался. Уезжал в командировки. Просто обрывал всякие связи. Кому-то дарил подарки, а кого-то игнорировал, не считая нужным объясниться. Их было много. И никого не было. Только Катя одна. Чистая красивая девочка. Моя.
– Я согласна, – выдыхает она порывисто. Заливается румянцем, шалея от принятого решения.
Все, милая, обратной дороги нет. Моя. Навсегда.
Придвинувшись ближе, накрываю ее губы своими. И с ума схожу от обладания. Девочка моя, родненькая. Я же пропаду без тебя.
– Ты не пожалеешь, – целую лицо, губы, лоб. Прокладываю губами дорожку к ключице. Инстинктивно подмяв разомлевшую девчонку под себя, теряю равновесие. На автомате успеваю перевернуться и упасть спиной на белоснежный ковер с длинным ворсом. А сверху плюхается Катерина. Утыкается носом мне в грудь и заливисто смеется.