Гений
Шрифт:
— Наверное, ты подарил это по особому поводу?
Кристиан постарался выбросить этот эпизод из головы. Не следует долго тянуть с основанием АО «Сехестед» — так после слияния «Ашехоуга» и «Гюльдендаля» будет называться новая фирма. Но пока во всем мире, кроме самого Кристиана, о проекте «Сехестед» знал только Эрленд. Стоит ли ему поговорить с Буссе Шенкенбергом? По слухам, если он придумает подходящий контракт, то Бьёрн пошлет его топ-менеджером в «Скандораму». И, несмотря ни на что, ему необходимо будет заранее посвятить Буссе в проект «Сехестед». И, может быть, ему следовало спросить Фритьофа Киршоу, бывшего коллегу по «Маккинси», который стал инвестором предприятия звездного класса. Его доход составлял свыше двухсот миллионов. Во всяком случае,
Ягге наконец перестал расхаживать по кабинету и снова сел за свой письменный стол. Кристиан встал и направился к выходу.
— …Но, помимо уже вышеупомянутых сюрпризов, у меня есть для тебя еще один. Сначала ты дашь мне брифинг.
Кристиан, уже почти дойдя до дверей, вздрогнул и остановился. О чем это говорит Бьёрн? Неужели он стоял тут и, как последний идиот, думал невесть о чем, пока Ягге распинался перед ним?
— Как только ты сказал про брифинг, у меня сразу появилась идея, которую нам с тобой надо обсудить. Мне потребуется двадцать минут, чтобы сделать обзорную презентацию. Когда у тебя будет время?
— Спроси Регину. У меня нет с собой плана встреч.
Ягге вновь стал смотреть на экран со спортивной информацией, но тут же снова поднял взгляд.
— Ты говоришь, проект?
Кристиан таинственно улыбнулся.
— Да нет, я просто подумал про такую маленькую-премаленькую идею предприятия. Как бы тебе сказать… Это проект «Сехестед».
ГЛАВА 5
Подавленное настроение
Выйдя из кабинета Ягге, Кристиан спросил Регину, когда у шефа ближайший перерыв в расписании встреч. Оказалось, что он свободен в среду на следующей неделе, днем, сразу после ланча.
Прошло уже четыре дня после беседы в кабинете Бьёрна. Ягге прилетел вчера после обеда. В дипломате у него был подписанный контракт с «Ашетт». Ягге сразу попросил Кристиана присутствовать на его интервью с Бьёрнаром Экхольмом, журналистом из «Экономического ежедневника». Поэтому утром в пятницу Кристиан нетерпеливо развернул свежую газету.
На работу он приехал на велосипеде. Сразу достал со своей почтовой полки газету, на ходу бросил «Доброе утро» Будиль, из новенького кофейного автомата наполнил пластиковый стаканчик до краев итальянским эспрессо и вошел в свой кабинет, полный энергии. Как он любил этот ранний час с восьми до девяти утра, пока еще не начались звонки и встречи, которые займут потом весь день!
Он опустился на стул, отхлебнул кофе и открыл «Экономический ежедневник» на пятой странице. Как и все, кто работал в медиаэкономике, он читал «Экономический ежедневник» с конца — всегда начинал с отдела «Биржевой вестник».
Но сегодня на пятой странице Кристиан фон дер Холл увидел улыбающегося Кристиана фон дер Холла, а рядом — улыбающегося Бьёрна Ягге. «СМГ. Французское партнерство» — было написано крупным жирным шрифтом на целых три четверти страницы. И под фотографией: «Французские партнеры: шеф концерна Бьёрн Ягге и директор по развитию Кристиан фон дер Холл из „Скандинавской медиагруппы“ заключают договор с „Ашетт“».
Перед интервью Бьёрн попросил его сказать о договоре с «Ашетт» и сам собирался делать акцент на долговременном договорном стратегическом значении для СМГ.
Бьёрн Ягге прославился в кругах норвежских экономистов после того, как несколько лет назад, когда концерн СМГ был втрое меньше нынешнего, он отважился сделать очень смелый прогноз, который впоследствии оправдался. Благодаря этой статье они снова совершили значительный рывок. В тот же день Финн Кристиан Ягге выиграл мировой кубок по слалому в Сестриере, в Италии,
— С Зябликом-то[7]? — ответил Ягге. — Нет, это он со мной в родстве.
Через месяц Ягге стал главным шефом СМГ. Внешне на медведя[8] Ягге совершенно не походил, скорее уж, на воробья или на кулика-сороку. Сейчас газеты все чаще и чаще называют его «золотым зябликом», а в сегодняшней статье его так назвали трижды.
Кристиан еще раз перечитал статью и изучил свое изображение. Это все-таки его первое в жизни фото в газете, если не считать той общей фотографии, которую его тренер послал в «Уллен Авис Акерпостен», когда Кристиан выиграл в эстафете для шестнадцатилетних. Но сколько времени прошло с тех пор.
Он быстро пробежал другие статьи в разделе «Биржевой вестник» и среди прочего про развитие Интернета. О, Ребекку Лунд интервьюировали в рубрике «На ночном столике». Интересно. И откуда у нее берется время читать книги?
Кристиан позвонил домой, чтобы рассказать Тессе про статью и про «Ашетт».
— Привет, Кристиан. Тессы нет дома, — ответила Ибен, — она уехала в университет.
Кристиан набрал мобильник жены, но, как сообщил робот, абонент был выключен или находился вне зоны действия сети. Он немного разозлился и положил трубку, не оставив сообщения. Он некоторое время сидел, задумчиво глядя на фотографию Ребекки Лунд в рубрике «На ночном столике». Выглядела она почти так же, какой он ее помнил со времен Высшей торговой школы. Разве что волосы стали немного светлее. Смелая, почти вызывающая улыбка, взгляд прямо в камеру. Стильный костюм в полоску. Судя по фотографии, срезанной по линии груди, под пиджаком у нее ничего не было. Ребекка была по-настоящему элегантна. «Да, мы могли бы стать удачной парой в норвежской медиаотрасли», — Кристиан вздохнул и вдруг разозлился на самого себя за выбор жизненного пути. Он представил себе Тессу. Вероятно, она сейчас сидит в переполненной аудитории в Блиндерне, записывает лекцию в окружении других студентов, а пыльный профессор мелет с кафедры теоретические бредни. Ребекка в первом ряду в новостной колонке, а Тесса на задней скамейке на лекции… И о чем она, собственно, думает?
Ему пришло уже несколько поздравлений от коллег и знакомых, и это было очень приятно. Особенно интересно, что скажет Бьёрн. Эта статейка стала прекрасным поводом к решающей первой встрече на тему проекта «Сехестед» на следующей неделе.
За ночь и утро ему пришло уже более тридцати писем. Среди них Кристиан нашел длинное и занудное сообщение от Реймонда Бернштайна из «Голдман Сахс». Он жаловался, что по телефону Кристиана не достать, а ему надо срочно с ним связаться. У концерна «Херст» пока еще есть интерес, но скоро им надоест ждать, так что надо шевелиться, администрация Клинтона уже готова заткнуть эту дыру LILO, и так далее, и так далее.
Кристиан не ответил на это письмо, а просто позвонил — вероятно, раз двадцатый за последние пару месяцев — этому бестолковому Роару Хальворсену, шефу типографии в Альнабру.
Причина задержки состояла в том, что «Делуа и Туше» среди прочего должна была проверить ряд данных относительно типографии, чтобы определить ее стоимость. Эта проверка проходила через офис шефа типографии. Даже если шеф типографии стоял между печатниками и руководством концерна, он прежде всего был печатником. Кристиан, конечно, понимал, что Хальворсен находится между молотом и наковальней, и тем не менее не испытывал к нему симпатии. Уже в первый день после поездки в Париж Кристиан попытался с ним связаться. Сначала просто звонил, но никак не мог застать на месте. После ряда неудачных попыток кто-то в Альнабру все-таки снял трубку и на вопрос Кристиана, не может ли он поговорить с шефом, ответил, что Хальворсен вышел прогуляться. Кристиана передернуло. Директор, руководитель вышел прогуляться?