Гений

Эшер Эли

— Так-так-так, — раздался хрипловатый девичий голос, — И что это за высокие гости без спросу в мой мир пожаловали?

Нет, мне-то понятное дело, ничто не грозит, но Тариэль мне дорог как память, так что… Я оперся на стол и внимательно уставился на тень в углу. Та не стала скрываться и вышла в круг света. Хорошо, похоже эльфу ничего не грозит. Молоденькая девочка лет шестнадцати-семнадцати, черные волосы обрезанны до плеч, огромные светлые глаза непонятного цвета, по крайней мере в отблесках свечи отливающие золотом. Смотрит строго, но без агрессии. Похоже сама готовится защищаться. Пригляделся в сетевом зрении…

— т'Иллиринель? —

выходя на миссию я не забыл раскопать имя форматирующей утилиты, потеряной Михой, а теперь, глядя на нее начинал подозревать о причинах его трогательного беспокойства. Или просто мерещится? Как это там, «доктор, вы — маньяк?»

— И что же у нас забыли всемогущие боги? — иронично спросила гостья, обходя вокруг меня, обдавая волной свежести с запахами травы и луговых цветов, и усаживаясь в единственное кресло в комнате. — Ожидали, что я не замечу?

— Отчего ж, — улыбнулся я, продолжая стоять, как истиный джентельмен, — Наоборот, надеялся найти. Михаэль просил привет передавать, беспокоится.

— Только привет? — грустно спросила она.

Так… не мерещится. Вам когда-нибудь приходилось передавать привет брошеной женщине от ее бывшего возлюбленного? Мне — нет, но я сразу почуствовал, что это оно. Миха, оказывается, тут отметился… надо бы как-то ее разговорить, может утешить.

А ведь судя по сетевой структуре, тело-то у нее практически омега, лишь с небольшими отличиями от того, что в мире будущего используем. Так что, нектар будет как раз. Хотя… а как он для меня? Я проверил эльфийское тело, да вроде никак не должен действовать, не совместим. Ну, в худшем случае до заведения придется сбегать. И хорошо, что не действует, не хотелось бы вылететь из реальности посреди разговора. А то еще решит, что такая страшная, что боги от нее разбегаются… на женщин это плохо влияет. Я вытащил из воздуха пару бокалов и синтезированную бутылку нектара, того самого, последнего сорта, который Миха принес.

— Может за встречу?

— Вы что, боги, все такие? — иронично спросила демиург.

— Не, это только я у Михаэля плохих манер набрался, — ответил я, расставляя бокалы. — Он и правда о тебе беспокоится и просил проведать, все ли с тобой в порядке.

— А чего сам не появился?

— Не знаю. Кабы знал, как вы расстались, может и догадался бы, а так он мне тоже не докладывался. Ну, что, за этот прекрасный мир и за его еще более прекрасную создательницу? — спросил я наклонив голову и подняв бокал.

Сидящая в кресле гостья взяла бокал и, грустно улыбнувшись, посмотрела на меня снизу вверх.

— Что ж, за встречу, — и подняла бокал, — Это ведь тот самый напиток богов, который меня Михаэль поил?

— Тот самый, — подтвердил я и опрокинул свой бокал.

Гостья последовала моему примеру.

— Присядьте, — скомандовала она через несколько секунд, — Неудобно же на вас снизу вверх глядеть.

Я послушно материализовал что-то вроде невысокого пуфика и уселся на него рядом. Неудобно — жуть, зато глаза даже при моем нынешнем двухметровом росте почти на одном уровне, ее даже чуть выше, и вообще на расстоянии меньше приватного пространства, а точнее, той самой ауры. Позиция очень способствующая сближению. Всего лишь для доверительного разговора, если не поняли. Девочка явно страдала, и хотелось ей помочь, а вот чем помочь — было непонятно.

— Так меня не собираются силком тащить из моего мира?

— Зачем, — удивился я, —

У нас есть кому миры форматировать. А у вас тут вроде любовь, зачем же мешать?

— Форма… что? — удивленно захлопала глазами гостья.

— Ну, создавать. И позвольте представиться, Алексей. И меня можно на ты называть, — вообще-то, такие предложения — право женщины, но от нее вряд ли дождешься, а от выканья я уж как-то отвык.

— Что ж, можно и на ты… — она допила бокал, и поставила на стол, — А меня тогда Тиль называй. Вы с Михаэлем действительно чем-то похожи. Впрочем, все равно не хочу его видеть.

— А может, он просто тебе мешать не хочет?

— Это как?

— Ну, у тебя тут любовь, а он вроде как лишний…

— Смеешься? — Спросила Тиль грустно, — Ты хоть знаешь, кто он? Не Михаэль, а мой избранник? Это ж эльф, который после него остался. Вот ты уйдешь, от тебя этот останется, а после него — мой. Только он из темных, а не светлых, вот и вся разница. Знаешь, мне кажется, что эльфы, которые после вас остаются, в чем-то лучше вас самих.

— Вполне возможно, — философски пожал плечами я, вспомнив как повел себя Тариэль в мое отсутствие, — Но теперь сама же видишь, как ему вернуться? Это ж все равно, что подсматривать.

— А вы такие щепетильные? — усмехнулась она, — Ведь и меня, и Вортона он во всех видах видел. Впрочем, неважно. Поскольку его эльф меня бросил и женился династическим браком, чтобы спасти свое королевство от войны.

— Королевство? Вортон? — тут настал мой черед удивляться, — Так это что, тот самый Вортон т'Орсвит, отец нынешнего короля дроу?

— Да, он, а ты его откуда знаешь?

— Так, пришлось по работе изучать династические связи твоих королевских семей… — да уж, так это я что, хочу Михиному то ли внуку, то ли правнуку Таину подсунуть? Ну, дела…

— Ты так и не ответил, а зачем ты здесь? Согласись, мне тоже по работе знать положено.

— Так, одной девочке нужно помочь обустроиться. Кстати, не приглядишь за ней тоже?

— Это той, что светится как звездочка в ночи? Сколько ты в нее силы накачал? И откуда она взялась?

— Производственный несчастный случай в другом мире. Ее там один придурковатый некромант пытался демону в жертву принести. В последний момент вытащили.

— Ну, судя по ее ауре, я догадываюсь, откуда такое особое отношение к ней… — согласилась Тиль, — Хорошо, пригляжу.

— А еще знаешь, — добавил я, наливая еще по бокалу нектара, — Мне кажется, тебе было бы неплохо эту свою историю ей рассказать. Не про Миху… эля, а про Вортона. Мне кажется, это тебе здорово поможет. Давай, за твое счастье!

— Это что, божественное пророчество? — подняв одну бровь, посмотрела на меня Тиль, но бокал взяла.

— Да нет, какое пророчество, просто здравый смысл. Сама увидишь, — и подняв бокал выпил его целиком. Тиль, видимо, из суеверия сделала то же самое.

Ну, да, я же еще когда королевскую семью дроу изучал, заметил как дедушка, выглядящий чуть ли не моложе моего Тариэля, от потеряной любви мучается. Еще гадал, кто бы это могла быть. А вот как оно повернулось. А Таина, если с принцем свяжется, наверняка и с дедом общаться будет, и не раз, а учитывая, что язык у нее — находка для шпиона, наверняка все срастется. Тиль ведь, ясно дело, и сама в курсе, что происходит, просто ей гордость не дает самой появиться пред возлюбленным. А тот, скорее всего, считает, что она уже давно умерла.