Геомант

Ирвин Ян

— Я механик! — сердито воскликнул Ниш. — И я немало постарался, чтобы им стать.

Иризис всплеснула руками:

— Прости меня. Я не хотела тебя обидеть. Конечно, ты механик, и даже один из лучших…

— Я не нуждаюсь в твоем покровительстве!

Ниш скатился на край кровати и потянулся за своими брюками. Простыня окончательно соскользнула с тела Иризис, открыв вторую грудь и подвеску-индикатор ремесленника, висевшую в соблазнительной ложбинке. Ниш громко сглотнул. Иризис обняла его за шею и привлекла к своей груди. Парень пытался противиться, но

недолго.

— Я вовсе не это имела в виду… Наверняка твой отец прислал тебя сюда по какой-то очень важной причине. Только ради этого тебе пришлось стать механиком. В качестве писца, помощника купца или даже в должности секретаря наместника от тебя было бы больше пользы.

— Да, — хрипло ответил Ниш, не в силах оторваться от ее кожи.

Попытка вырваться из-под власти соблазнительного тела не удалась.

— Что же это за цель?

Иризис медленно провела по его груди кончиками пальцев.

— Я еще и осведомитель, — вырвалось у Ниша.

Осведомитель был учеником следователя, стоял на нижней ступени лестницы, ведущей к высокому рангу. Дознаватель, следователь и, конечно, недосягаемый наместник стояли на самом верху этой пирамиды.

— Ты шпион! — воскликнула Иризис, натягивая простыню.

Ниш снова потянулся к ней, на этот раз более решительно. Она некоторое время молча позволяла ему ласкать свое тело через ткань, потом снова отстранилась. Ниш попытался успокоить свою подругу.

— Я не шпионю. Просто наблюдаю, помогаю поддерживать порядок. Наш завод имеет огромное значение…

— Неужели? — прервала его Иризис. — Но ведь таких предприятий сотни по всей стране. Почему именно наш так важен?

— Мы выпускаем самые лучшие кланкеры, поскольку наши контроллеры самые удачные.

— Почему? — спросила Иризис, позволив руке Ниша проникнуть под простыню.

Ниша даже прошиб пот.

— Потому, — хрипло ответил он, — что у нас здесь лучшие хедроны и лучшие ремесленники. Наместник желает понять, как это получается, защитить работников от любых неприятностей и предотвратить утечку секретной информации.

— Кто-то должен быть лучшим. А если у нас наилучшие кристаллы, то, естественно, и контроллеры должны быть самыми надежными…

Иризис исподтишка посмотрела на механика. Он явно колебался, сознавая, что уже сказал много лишнего. Она своими пальчиками передвинула его руку пониже. Ниш застонал.

— В самом месте расположения производства есть нечто особенное! — вырвалось у Ниша. — Наши ремесленники работают намного лучше, чем другие. Даже если они используют привезенные издалека кристаллы, хедроны получаются сильнее. Очевидно, где-то поблизости расположен мощный силовой узел.

Иризис постаралась изобразить нежность на своем личике.

— Простой наблюдатель не сможет решить такого рода проблему. Это задача для мансера.

Ниш выглядел огорченным, он уже наговорил много такого, что не предназначалось для посторонних ушей.

— Как долго ты пробыл осведомителем, Ниш? Его лицо вспыхнуло.

— Только с тех пор, как пришло последнее письмо отца. Всего неделю.

— Ну,

если он узнает, о чем ты мне рассказал, тебе недолго занимать эту должность.

Ниш притих. Иризис склонила голову, так что ее блестящие волосы коснулись его плеча. Ее взгляд прошелся по телу механика и остановился пониже живота.

— Я умею кое-что еще, что может тебе понравиться. Голова девушки склонилась ниже. Как только она внезапно остановилась, с губ Ниша сорвался стон.

— О чем ты пишешь отцу, мой маленький шпион?

— Я не могу тебе сказать, — выдохнул он. — Осведомитель, который рассказывает о своих занятиях, заканчивает жизнь рабом или подлежит казни.

— Или отправляется на фронт, что примерно то же самое. Я сама попытаюсь догадаться. Это местечко богато разными слухами, но кто может отличить правду от домыслов? И что тогда делает осведомитель? Он выискивает людей, которые отлынивают от работы, тех, у кого в голове возникают вредные идеи, и тех, кто считает, что некто может управлять миром лучше, чем наши руководители. Однако на нашем заводе таких нет. Это хорошо отлаженное, благополучное производство. Но у осведомителя есть еще одна задача. — Иризис одарила своего любовника долгим томным взглядом и снова склонила голову. Ниш поперхнулся. Во взгляде девушки сверкнуло торжество.

— Он охотится за шпионами!

Изменившееся выражение его лица чуть не заставило ее рассмеяться. Ниш уже не мог рассуждать здраво. Как ей нравилась эта власть над мужчинами! Не многие женщины могли похвастаться успехами в этой области в военное время.

— Пожалуйста, — проскулил Ниш.

Иризис продолжала молча смотреть ему в лицо. Он обнял ее за шею и попытался заставить склониться. Иризис немного поддалась, но потом остановилась, а когда Ниш попробовал применить силу, внезапно показала зубки. Они казались на удивление острыми. Добиться желаемого Ниш мог только одним способом. Он облизнул пересохшие губы.

— Здесь есть шпион, отец уверен в этом. Уже дважды враги получали секретную информацию о кланкерах, выпущенных именно нашим заводом.

— И кто же этот шпион?

— Мы не знаем. Кто бы он ни был, он достаточно умен.

— Или она.

— Или она, — повторил Ниш.

— Я тебе помогу. Люди опасаются тебя только из-за того, что твой отец — главный следователь. Но у них нет причины не доверять мне.

Ниш колебался.

— Ты боишься, что я лишу тебя славы, — протянула Иризис, насмешливо улыбаясь. — Не стоит волноваться. Я меньше всего хочу получить звание охотника за шпионами.

— А чего ты на самом деле хочешь, Иризис?

— Того, что ты обещал Тиане. Того, что принадлежит мне по праву. Я хочу быть мастером, управлять всей работой над контроллерами, а в один прекрасный день стать смотрителем всей промышленности в провинции.

— Но ты всего лишь ремесленник и еще недавно была подмастерьем.

— Хочу стать мастером, — сухо произнесла Иризис — А потом смотрителем.

— Лишь немногие ремесленники становятся мастерами, а смотрителями — и того меньше.