Герцогиня
Шрифт:
— Замечательно, — сказала Клер. — Просто потрясающе!
Тревельян улыбнулся.
— Не боитесь устать? До дома Мактаврита идти довольно далеко.
— С удовольствием прогуляюсь, — ответила Клер, вдыхая чистый бодрящий воздух шотландского утра.
Через два часа она уже сожалела о своей самоуверенности. Она шла за Тревельяном, спускаясь в овраги и поднимаясь на холмы, переходя вброд небольшие ручьи и балансируя на узких бревнышках, перекинутых через разлившиеся речки. Тревельян поделился с ней куском
— Почему вы ходите с железной тростью? Разве деревянная хуже?
— Мне надо восстановить силы, — бросил он через плечо.
Клер хотела спросить его, как он себя чувствует, но передумала. Она знала, что он не терпит разговоров о своем здоровье.
Они шли три часа, прежде чем сделали привал, усевшись на большой валун. Тревельян достал из своей сумки горсть фиников и насмешливо смотрел, как Клер жадно поглощает их. Покраснев, она постаралась есть медленнее.
— Вчера вечером, корда я вернулась в комнату, то нашла газету под подушкой.
— Ну и кто же, как вы думаете, положил ее туда? — спросил Тревельян.
— Сначала я решила, что это сделали вы, но потом подумала, что вы не смогли бы незаметно проскользнуть в мою комнату. — Она улыбнулась ему, а потом рассмеялась, увидев самодовольное выражение его лица. — Знаете, о ком я подумала? — Она сделала паузу. — О Леатрис.
Тревельян смотрел на холмы, на мягкий пурпурный вереск, устилавший склоны серо-зеленых скал. Он вспомнил смеющуюся девочку, которую знал когда-то, превратившуюся теперь в тихую, забитую женщину, сидящую в своей комнате и готовую исполнить любой каприз своей матери.
— Да, Леа могла это сделать. В ней все еще жив бунтарский дух.
— Трудно в это поверить! — Клер рассказала Тревельяну 6 том, что произошло за чаем, когда ей показалось, что она обидела Леа.
— А я ведь только спросила, как чувствует себя ее матушка!
— Никто не должен говорить о недугах старой герцогини. Во всяком случае, вслух.
Клер съела последний финик и подошла к ручью, чтобы напиться.
— А почему вода такая коричневая?
— Она протекает через торф, — ответил Тревельян. — Это придает особый вкус виски. Хорошее виски делают только в Шотландии, потому что здесь торфяная вода. Ну что же, вы готовы идти дальше?
Клер кивнула и последовала за ним.
— Вы никогда не догадаетесь, что я вычитала вчера вечером в газете.
— Что, Кэмпбеллы опять восстали?
— Не будьте циником, это вам не идет. Скажите, вы родились с убеждением, что мир отвратителен, или это благоприобретенное?
Тревельян обернулся и посмотрел на девушку сузившимися глазами.
Клер нежно улыбнулась ему. Ей начинала нравиться эта игра.
— Я узнала, что бывший компаньон капитана Бейкера Джек Пауэлл будет делать доклад в Королевском
— Неужели? — тихо переспросил Тревельян. — И вы намереваетесь посетить его?
— Да Бог с вами! Я не верю, что он действительно побывал там.
Тревельян остановился.
— И как вы пришли к такому заключению?
— Я знаю капитана Бейкера.
Он отвернулся, чтобы Клер не заметила его улыбки.
— Вы совершенно уверены, правда?
— Можете смеяться сколько угодно. Но я знаю, что капитан Бейкер добрался до Пеша.
— Нам идти еще целый час. Почему бы вам не рассказать мне о том, как вы пришли к такому заключению? Это поможет скоротать время, а я повеселюсь
— Мне не следовало бы ничего рассказывать вам, но я просвещу вас. Вы должны понять, что значил Пеш для капитана Бейкера. Я знаю, что для остального мира это не более чем сказка, экзотика… — Клер запнулась.
Тревельян обернулся, загадочно улыбаясь, и сделал несколько шагов к Клер.
— Экзотическое место, где сбываются человеческие мечты. Город сказочного богатства. Место, где женщины прекрасны и не носят ни корсетов, ни турнюров, и мужчины видят подлинную красоту их тела. Место…
— Простите! Как я уже говорила, капитан Бейкер мечтал добраться туда. Он хотел быть первым человеком цивилизованного мира, побывавшим там, ведь считалось, что на самом деле города не существует, что это просто легенда. Как Атлантида. Капитан так хотел найти Пеш, что потратил на это три года жизни. Я читала, что когда он потерпел неудачу в первом путешествии, то заболел от огорчения и поклялся, что вернется. Он поклялся, что умрет, если не добьется цели.
— И действительно умер.
— Но он совершил и второе путешествие! Он был жив, добрался до порта и вернулся на родину. Я верю, он достиг Пеша!
— Пауэлл уверяет, что это не так. Он утверждает, что Бейкер был очень болен и не мог идти в город. Пауэлл говорит, что Бейкер остался в лагере, а он, Пауэлл, один пошел в город.
— Ха-ха-ха! Вы не знаете капитана Бейкера, как знаю его я.
— Как вы уверены в себе!
— Не смейтесь, пожалуйста. Капитан Бейкер очень тщеславный человек.
Тревельян удивился.
— А какое отношение имеет к этой истории его тщеславие? Клер вздохнула.
— Самое прямое. Бейкер много знал. После первого путешествия узнал еще больше. Он выяснил, что был тогда в сотне миль от Пеша, и вернулся в Англию, чтобы собрать деньги на следующее путешествие и описать его.
— И все-таки при чем здесь тщеславие?
— Неужели вы думаете, что, проделав такую работу, он отдал бы лавры другому?
— А если он был болен и не мог ехать? Вы думаете, он Скорее согласился бы, чтобы никто не поехал? Неужели капитан был настолько эгоистичен?