Герцогиня
Шрифт:
На следующее утро граф Лаэрский с отрядом уехал к себе в замок. Мы же остались еще на денек переговорить с родственниками и отдохнуть. Последние события здорово вымотали нас, а впереди еще несколько дней дороги.
После обеда все собрались в гостиной рассказать свои новости и послушать чужие.
Пока я не начал говорить, все благоговейно молчали, глядя на меня почти с обожанием. По их лицам было видно, что сейчас они готовы сделать все, что я ни скажу, и даже не откажутся ходить строем. Вот только, зная, насколько папуля и Ирвин ленивы, сомневаюсь, что их хватит надолго. Несмотря ни на что, чувства моих родных ко мне были
Известие о том, что две дочери стали королевами, здорово потрясло родителей. Рэм и Ирвин, присутствовавшие на бракосочетании, мало что могли разъяснить остальным, поскольку узнали об этом событии только во время венчания сестер. Да и после у нас, в смысле сестер, не было времени рассказывать: я с Нираной и Кэнтаром укатил в Родэн, а Лори с Эртаном — в свою столицу.
— Из разговоров братьев и пояснений Кристы мы предполагали, что именно ты имеешь шанс стать королевой. Но чтобы Нирана и Лори… — помявшись, сказал отец.
Тетя Оливия, вернее, теперь уже мама, прижавшись плечом к отцу, с восхищением и любопытством смотрела на меня.
— Если честно, то зигзаг судьбы Нираны и меня удивил. Вероятно, невеста Кэнтара, леди Капри, навязанная ему регентом, была такой стервой, что он был рад жениться на ком угодно. К тому же, как я слышала, за годы сиротства к нему никто не проявлял столь искренней заботы и внимания, как Нирана. А тут еще по пьяни храбрость прорезалась, вот парень и рискнул. Лично я считаю, что он лишь выиграл от этого, — засмеялся я, стараясь развеять их иллюзию по поводу моего участия в этом событии.
Все с недоверием посмотрели на меня.
— А уж выбор нашего величества и того понятнее. Ведь все то время, пока он ухаживал за мной, а я убегала, он выбирал для общения только Лорэйн. Вот братья не дадут соврать, — посмотрел я в сторону Ирвина и Рэма.
Те, помолчав немного, кивнули, соглашаясь.
— Да и не мог он не видеть, что восхищение Лори было искренним. Я свою сестру хорошо знаю, ей всегда нравились зрелые и властные мужики с чувством юмора, хотя, конечно, то, что он король, добавило свою толику привлекательности. И если вранье еще можно принять за правду, то настоящее чувство трудно не заметить. К тому же, согласитесь, Лорэйн очень красива, как лицом, так и фигуркой, и, что немаловажно, умна. Его величество не слепой. — Я очень старался подать ситуацию так, как будто все прошло почти без моего участия.
Поверь они сейчас в мою исключительность и везение, и придется мне, как золотой рыбке, на посылках быть. И потом, если что-то не получится, на меня же всю вину и свалят.
— Но ведь… — попытался что-то сказать отец.
— Я считаю, что за мной Эртан гонялся больше из принципа. Видимо, ему не понравилось, что он, такой видный мужчина, да еще и король, от одного вида которого все дамы в пачки складываются, получил отказ от какой-то шмакодявки. Вот ему вожжа под хвост и попала. Но все хорошо, что хорошо кончается, и я рада, что так получилось, — подвел я итоги и постарался перевести разговор на другое.
Через несколько дней мои родственники всем скопом собирались ехать в столицу, поскольку были приглашены на праздничную церемонию бракосочетания и коронацию своей дочери и сестры. Нашему королю можно было не спешить, вот он и дал своим подданным
Распрощавшись с родственниками и их высочествами, мы направились обратно в столицу Родэна. Хотя регент и его наиболее активные последователи казнены, однако надо быть полным идиотом, чтобы надеяться, что опасность устранена полностью. За двенадцать дней, используя только ту информацию, что сумел подслушать Сэт, невозможно выявить и уничтожить всех желающих отстранить короля от власти. Именно поэтому я все еще опасался за жизнь сестры и ее мужа и торопился вернуться.
На подъезде к небольшому городку начал накрапывать мелкий дождь, и мы поторопились разыскать ближайший трактир. Войдя, первым делом мы сняли плащи и косынки и направились к столикам в дальнем от входа углу. В зале было несколько крестьян да компания горцев, чем-то напоминающих наших грузин, которые что-то праздновали.
Когда мы всей группой проходили мимо празднующих, один из них встал и попытался перехватить за талию Лоту, идущую впереди меня. Я резким движением отбил руку в сторону и толкнул мужика в направлении стула. Уже слегка принявший на грудь, он рухнул на стул, чуть не перевернувшись. Вскочив, схватился за кинжал, шагнул ко мне и застыл с восхищенным взглядом. Его собутыльники поднялись со своих мест, положили руки на кинжалы и, разглядев противника, в смысле меня, замерли с выражением удивления пополам с восхищением.
— Дэ-эвушка… дэ-эвушка… — заклинило мужика.
Я попытался рассмотреть свое отражение в темном окне, а затем в местном варианте зеркала, сделанном из отшлифованного овального куска железа. Ничего вроде не изменилось, ни дополнительных глаз или еще чего-то, столь же необычного, во мне не наблюдалось. Только волосы, за лето выгоревшие на солнце, в свете факелов выглядели более рыжими, чем обычно.
— Слушай, отстань, а… — Мне хотелось отдохнуть после дороги, а не вступать в разборки с горцами.
Моя команда настороженно наблюдала за странным поведением не менее странной компании.
— О солнце мое! Свэт моих очей! Я счастлив оказать тебе честь и взять в жены! — выпятив грудь и уцепившись одной рукой за кинжал, а другую приложив к сердцу, гордо возвестил мужик.
Теперь пришла моя очередь выпучивать глаза.
— Ты что, с дуба рухнул? Какая жена? Я уже замужем! — возмутился я.
— Это нэ имеет никакого значэния! Я лучше! Я князь Горэн Морци! У мэня три дэрэвни и болшой отар баранов! — проведя рукой по усам, все так же гордо возвестил этот самый князь.
— Мне твои дэрэвни баранов не нужны, своих хватает, — огрызнулся я и попытался свалить.
Видя, что его предложение не оценили должным образом, горец попытался меня перехватить. Поднырнув у него под руками, я отскочил в сторону, за спины моих парней. Меньше всего мне сейчас хотелось драться, и я судорожно размышлял, как мирно разрулить эту ситуацию.
Компания горцев посовещалась, и один из них подошел к хозяину трактира и потребовал какое-то там вино. Поняв, что нас пока не собираются трогать, мы, облегченно вздохнув, уселись за столы. Мужик, запросивший вина, получил требуемое, подошел к нашему столу и, поставив на стол бутылку, с видом горного орла выдал: