Герцогиня
Шрифт:
Быстро подхватившись с земли, женщина рванула в дом и через несколько секунд вылетела с кувшином и полотенцем в руках. Подбежав к мужчине, она открыла рот, собираясь что-то сказать, но, бросив быстрый взгляд в мою сторону, с громким щелчком захлопнула его. Подождав, когда мужчина помоет и вытрет руки, она снова унеслась в дом и притащила другой кувшин.
Приложившись несколько раз к кувшину, мужчина заинтересованно рассматривал свою жену. А та уже, наверное, раз пять открывала и захлопывала рот, при этом испуганно поглядывая на меня. Когда женщина снова убежала в дом,
— За лечение. Впервые в жизни вижу ее так долго молчащей, — ухмыльнулся мужик и пошел в дом.
Похоже, молчаливая жена для него — невероятная редкость и очень большая ценность.
— Ну так… стараемся, — воскликнул я и, радостный, направился к своим.
Почти уже дошел до перекрестка, как из калитки выскочила бабка, по виду яга ягой.
— Я бы хотела извести свою соседку, — зашептала старуха.
— Нет ничего проще. Берешь полено и сзади тюк ее по голове, и она сама изведется, — предложил я ненавистнице соседок.
— Я серьезно говорю. Можно ли ее каким-нибудь шаманством отправить к предкам? — сердито зашипела бабка.
— Это долгий процесс. Мне придется целых четыре семидневья у тебя жить. Кормежка и травы — за твой счет. Да и питание требуется не какое попало, а о-о-очень усиленное, — сообщил я этому божьему одуванчику.
Бабуля внимательно оглядела меня, как бы прикидывая, сколько в меня влезет.
— Со мной еще два моих ассистента, — поспешно добавил я, поскольку злоба на соседку, похоже, была выше предполагаемых затрат на удовлетворение моего аппетита.
Посмотрев в сторону моего тыка, где на перекрестке маячили Орра и Кай, бабка занялась подсчетом соотношения между количеством вероятного уничтожения нами продуктов и желанием извести соседку.
— Сама сдохнет, — резюмировала она и, развернувшись, утопала к себе во двор.
— Мудрое решение, — согласился я и ускорился. Пока еще чего не попросили.
ГЛАВА 11
Пути наши шаманские
Дальнейшие пару дней пути прошли без особых происшествий. Деньги старался тратить по минимуму. Идти нам еще долго, а кушать хочется, и не один раз в день. К тому же осень уже началась, и спать на улице не прельщало, ночью было холодно, да и дожди радости не добавляли.
Добравшись до еще одного селения, мы разыскали трактир и, горя желанием поесть горячего и найти теплый ночлег, зашли внутрь.
Долгая дорога, нерегулярное питание и ночевки на сеновале, а то и на улице здорово отразились на нашем внешнем виде. Из-за холодной погоды не было никакого желания купаться и даже умываться в горных ручьях, в них и в жару-то вода ледяная. Все это также не добавляло нам красоты.
Усталость от долгого пути и однообразного пейзажа плохо стимулировала умственную активность. Сведя глаза в кучку и стукнув себя и Кая бубном по голове, я с воодушевлением заголосил:
— Вижу… вижу… Планеты образовали невообразимую композицию, позиционирующую на точку восхода в момент наивысшего пика активности. Весь
Я выжидательно посмотрел на публику, вдруг проклюнутся нужные чувства и найдется добрая душа, готовая облагодетельствовать. Находящиеся в зале удивленно замолкли и с любопытством уставились на нас. М-да-а… А вот в Индии всегда найдутся желающие покормить всяких там йогов, больных и пророков, еще и денег дадут, а эти… Требовалось срочно продолжить представление, поскольку жрать хотелось немилосердно, да и спать где попало уже надоело.
Пока я пытался придумать продолжение, хозяин трактира, вытирая руки о не первой свежести полотенце, направился к нам.
— У нас не подают. Идите отсюда, пока не выкинули, — недовольно скривившись, бросил он.
— Ты что? Совсем нюх потерял? Наезжаешь на великую шаманку?! Еще одно грубое слово, и выйду в астрал. Поговорю с нужными парнями, в смысле духами, они тебе насуют… кучу мелких и не очень неприятностей, — возмутился я.
Не видя нужных изменений в выражении его не обремененного интеллектом лица, я рассердился.
— Мне тут один дух сообщил, что ты вино водой разбавляешь и некачественное мясо подаешь за наилучшее, — тихо обратился я к трактирщику.
Сидящие к нам поближе развернулись в его сторону. Тот побледнел, потом посерел и уже собрался что-то ответить, но я его перебил. Если он сейчас перейдет в наступление, не факт, что мне удастся доказать толпе, что прав я, а не трактирщик.
— Как только ты перед лицом стоящих перед тобою духов скажешь хоть слово лжи, они нашлют большие беды на всю твою семью, — подняв руки вверх и похлопывая по голове бубном, завыл с угрозой я.
За себя люди могут и не бояться, но вот когда дело касается близких, верить они начинают быстрее и страх за родню толкает их на многие безрассудства или признания.
После этих слов люди начали оглядываться в поисках духов, о которых я тут распинался.
Крестьяне и солдаты, судя по их лицам, верили моим словам. Но парочка благородных, сидевшая в дальнем углу зала, скептически и с усмешкой поглядывала на мое представление. А мне они вообще были до лампочки.
Продолжая усиленно тереть руки, трактирщик изобразил на лице работу мысли.
— Проходите, ужин за мой счет, — решив не рисковать, произнес он.
— Нам бы еще комнату, одну на всех, да теплой воды. Завтра с утра мы уходим, — стараясь использовать его нерешительность полностью, попросил я.
Хмуро скривившись, тот кивнул и ушел на кухню.
Стараясь не обращать ни на кого внимания, мы прошли к свободному столику у стены. Не успели усесться, как сзади раздались возмущенные крики. Быстро оглянувшись, я рванул назад. Наше чмо, именуемое Каем, остановилось рядом с компанией горцев, схватило с их стола какую-то штуковину и рассматривало ее. Те, естественно, обиделись и собирались путем вбивания внушить бестолковому парню простую истину: «Не твое — не тронь».