Герои
Шрифт:
— Айе, — лишь прошептал тот в ответ.
— Ищейка, разумеется, всем нам знаком! — сказал Кальдер. — Закадычный спутник Девяти Смертей, во всех песнях они неразлучны! Как поживаешь?
Ищейка проигнорировал вопрос просто мастерски — пренебрежительно ссутулясь.
— Где Доу?
— Ах. — Кальдер скорчил гримасу, показавшуюся притворной. Всё в нём кажется притворным. — С прискорбием сообщаю, что он не придёт. Чёрный Доу… вернулся в грязь.
Настало молчание, которым Кальдер, по всем приметам, наслаждался сполна.
— Мёртв? —
— Между Хранителем Севера и мной возникло… разногласие. Мы решили его нашим народным способом. В поединке.
— И ты победил? — спросил Ищейка.
Кальдер вскинул брови и легонько почесал швы на щеке, как бы сам не до конца поверив в это.
— Ну… поскольку я жив, а Доу мёртв, в общем-то… да. Чудное сегодня выдалось утро. Меня стали звать Чёрный Кальдер.
— Блядь, неужели?
— Не волнуйтесь, это всего лишь имя. Я всей душой за мир. — Правда Горст подметил, что у расставленных на длинном уклоне карлов другие чувства. — То была битва Доу, и, насколько я могу судить, она оказалась для всех бесцельной тратой времени, денег и жизней. Как по мне — мир есть лучшая часть любой войны.
— Искренне соглашусь. — Пускай Миттерик и в новом мундире, но разговор тут вёл Байяз. — Договор, который меня устроит, прост.
— Мой отец всегда говорил — простые вещи самые крепкие. Помнишь моего отца?
На короткий миг маг замялся.
— Разумеется. — Он щёлкнул пальцами, и слуга скользнул вперёд, с безупречной ловкостью разворачивая на столе карту. Байяз указал на завиток реки. — Белая река остаётся северной границей Инглии. Северным рубежом Союза, как служила сотни лет.
— Вещи склонны меняться, — заметил Кальдер.
— Эта — нет. — Толстый палец мага обвёл другую реку, к северу от первой. — Земли между Белой рекой и Каском, включая город Уффрис, переходят под управление Ищейки. Они становится протекторатом Союза с шестью представителями в Открытом совете.
— До самого Каска? — Кальдер резко отрывисто вдохнул. — Из числа лучших земель Севера. — Он пристально посмотрел на Ищейку. — Заседать в Открытом совете? Под покровительством Союза? Что бы по этому поводу сказал Скарлинг Простоволосый? Что бы сказал мой отец?
— Да кому не похер, чего бы там сказали покойники? — Ищейка точно так же уставился в ответ. — Вещи склонны меняться.
— Ранен своим же ножом! — Кальдер схватился за грудь, затем издал вздох поражения. — Но Север нуждается в мире. Я согласен.
— Прекрасно. — Байяз поманил слугу. — Стало быть, подпишем соглашения…
— Вы меня не поняли. — Возникла неловкая заминка, во время которой Кальдер придвинулся на стуле, словно все за столом были друзьями, а истинный враг откуда-то из-за его спины тянулся выведать их замыслы. — Я-то согласен, но в деле я не один. Боевые вожди Доу… мужики ревнивые. — Кальдер беспомощно усмехнулся. — И все мечи у них. Я не могу просто так что-либо принять, а не то… — Он провёл пальцем поперёк синюшного
Байяз как никогда кисло нахмурился на стоящих внутри Детей северян.
— Итак, до завтра.
— Лучше до послезавтра.
— Не дразни меня, Кальдер.
Кальдер смотрелся истинным портретом беспомощной обиды.
— Я вовсе не хочу никого дразнить! Но я не Чёрный Доу. Я скорее… представитель, чем угнетатель.
— Представитель, — проговорил Ищейка, словно это слово имело привкус мочи.
— Нельзя сказать, что нас это устраивает.
Но усмешка Кальдера оказалась стальной. Все потуги Байяза от неё тут же отскакивали.
— Вы бы только знали, как тяжело я всё это время боролся за мир. Чем я ради него рисковал. — Кальдер прижал к сердцу перевязанную ладонь. — Помогите мне! Поспособствуйте мне поспособствовать нам! — Вернее, поспособствуйте мне поспособствовать самому себе.
Встав, Кальдер потянулся через карту и подал Ищейке здоровую руку.
— Знаю, по той или иной причине, мы долгие годы стояли по разные стороны, но если нам суждено быть соседями, стоило бы растопить лёд между нами.
— По разные стороны. Бывает. Проходит время — наступает пора зарыть прошлое. — Ищейка встал, глядя Кальдеру прямо в глаза. — Но ты убил Форли Слабейшего. Тот малый никому, ни разу не сделал зла. Он пришёл тебя предупредить, а ты его за это убил.
Впервые улыбка Кальдера подёрнулась, слегка умалившись.
— Ещё не настало утра, когда б я не раскаивался в этом.
— Так вот тебе ещё одно. — Ищейка подался вперёд, отставил указательный палец, прижал им одну ноздрю и высморкнул соплю прямо в раскрытую ладонь Кальдера. — Сделаешь хоть шаг к югу от Каска, и я вырежу на тебе кровавый крест. Вот тогда и растает лёд. — И он, презрительно засопев, прошагал мимо Горста, и двинулся прочь.
Миттерик взволнованно прочистил горло.
— Итак, вскоре мы встретимся снова? — Глядя на Байяза, в ожидании так и не оказанной поддержки.
— Всенепременно. — Кальдер восстановил большую часть ухмылки, вытерев сопли Ищейки о край стола. — Через три дня. — И он повернулся и отошёл поговорить с человеком с металлическим глазом. По прозвищу Трясучка.
— Этот Кальдер кажется скользким типом, — шептал Миттерик Байязу, пока они покидали стол. — По мне так лучше иметь дело с Чёрным Доу. С тем, по крайней мере, было ясно, чего от него ждать. — Горст едва ли их слушал. Он был занят, сосредоточенно разглядывая Кальдера и его обезображенного шрамом подручного. Я его знаю. Я знаю это лицо. Вот только откуда?..