Герой ее грез
Шрифт:
— Но что я ему скажу? О чем мне…
— Первым делом, будь я на твоем месте, то перестала бы бояться этого человека, — нетерпеливо перебила его Дороти. — С другой стороны…
— А меня и не следует бояться. Я не кусаюсь, — раздался с порога знакомый насмешливый голос.
Слишком знакомый…
И снова, на этот раз из-за Нейла, ей не удалось ускользнуть от Джордана.
Дороти оцепенела, оказавшись лицом к лицу с человеком, встречи с которым так хотела избежать, и, медленно повернувшись, посмотрела на него, изобразив вежливую бессмысленную улыбку. У нее перехватило дыхание
Она внезапно разозлилась сама на себя за то, что позволила обратить внимание на такие подробности. Мало было того, что стоило ей только прикрыть глаза, как Джордан тут же возникал перед ней. Те же две недели назад она в последний раз виделась с Натаниелом, но уже с трудом о|шноминала черты его лица. Он прилагал незаурядные усилия, пытаясь снова встретиться с ней после того злосчастного вечера в его квартире, звонил по нескольку раз на дню, но она отказывалась говорить с ним. В конце концов неверный ухажер попытался увидеть ее на работе, но, не в пример Эвану Джордану, подчинился ее отказу встретиться, переданному через Шерли.
Он продолжал звонить ей все эти две недели, правда, теперь не чаще раза в день, и Дороти пришла к обидному выводу, что основная причина его настойчивости — опасение, что она может кому-нибудь проговориться о его романе с замужней секретаршей. Достаточно унизительно было осознавать, как низко ее оценивают, словно она готова бегать и болтать об этом всем и каждому!
Ну а в данный момент ей даже не надо было закрывать глаза, чтобы представить Эвана, — он стоял перед ней во плоти.
— А я вас и не боюсь, — небрежно парировала она его насмешливое замечание, хотя невольно вцепилась в сумочку, чтобы не так было заметно, как у нее подрагивают руки. — Как поживаете, Джордан? — Она сознательно назвала его по фамилии.
Он сразу же обратил на это внимание и слегка закусил губу.
— Мой редактор отказывается говорить со мной, — перешел он в атаку, — она, как выяснилось, не прочитала мою последнюю рукопись и через брата сообщает, что книга принята. Как, по-вашему, я могу поживать? — с холодным вызовом бросил он.
Нейл был готов провалиться сквозь землю от этого выпада. Но Дороти сдаваться не собиралась — она предполагала такое развитие событий.
— Вы проявляете непомерную настойчивость, мистер Джордан!
— Меня зовут Эван, — буркнул он. — Что же до настойчивости… Не будете ли вы так любезны оставить нас, Уинтерс? — охрипшим голосом обратился он к Нейлу. — Думаю, разговор между Дороти и мною будет носить сугубо личный характер.
Парень не знал, куда деваться при этих словах, хотя он в любом случае не сумел бы возразить. Стоящий перед ним человек был столь же высокомерен, как их Гаролд Уинтерс, но главное — он считался основным автором издательства и попытка спорить с ним явно не встретила бы одобрения отца. Однако, похоже, Дороти уже не обращала на это внимания.
— Все в порядке, — бросила она брату. — Тебе и в самом деле лучше не присутствовать при разговоре. — Во всяком случае, если впоследствии
Молодой Уинтерс явно испытал облегчение, когда ему представилась возможность исчезнуть, хотя и беспокоился из-за сестры.
— Ты уверена, что с тобой все будет в порядке? — Он замялся, не зная, стоит ли ее оставлять наедине с обозленным автором.
— Разве она не объяснила вам, что не боится меня? — насмешливо пророкотал Джордан, устраиваясь в кресле перед письменным столом.
— Все будет отлично, Нейл. — Улыбнувшись, Дороти коснулась его руки. — Поторопись на ленч. В последнее время ты так заработался, что забыл про еду.
Уговаривать брата не требовалось; не думая ни об объеме работы, ни о возможных претензиях отца, он стремглав вылетел из кабинета. Ему можно было посочувствовать: последние две недели отец настолько загружал его, не давая спуску, что Дороти опасалась, как бы Нейл не сломался. Она, конечно, понимала, чем руководствовался отец: по сути, это давление адресовалось ей, ибо он знал о ее привязанности к младшему брату и надеялся, что она поможет облегчить ему эту ношу. Отец всеми силами старался, так сказать, вернуть ее в строй, а когда это не получилось, обратил внимание на Нейла, стараясь таким образом воздействовать на нее. Но по мере того как шло время и его старания не приносили успехов, Дороти преисполнилась оптимизма, что всему приходит конец. То есть не стоит обращать внимания ни на что. Ради брата она и решила придерживаться такого подхода.
Она бросила на Джордана уничтожающий взгляд, занимая место за письменным столом.
— Почему вы так стремитесь усложнять отношения? — нахмурилась Дороти. Для человека, с которым за пять лет их сотрудничества она никогда не встречалась, Джордан удивительно быстро ухитрился стать ее неотвязной головной болью.
Он прищурился.
— В недавнем прошлом наши отношения были почти идеальны. Почему же они так разительно изменились?
Три недели назад она не знала его, и первая же встреча положила начало всем сложностям.
Молодая женщина устало вздохнула.
— Потому что…
— …Вам не нравится последняя рукопись о Роджерсе, — севшим голосом закончил он за нее фразу. — Черт возьми, да вы даже не прочитали ее! — Гость так стремительно поднялся на ноги, что стул упал на ковер, заставив Дороти вздрогнуть. — Не волнуйтесь, — успокоил ее Джордан. — Я в жизни не ударил женщину. Как бы меня ни провоцировали, — мрачно закончил он.
— Я вас не провоцировала…
— Всеми способами, которыми только женщина может вывести из себя мужчину, — бесцеремонно прервал он ее, с силой сжимая кулаки; на виске у него вздулась вена. — В первую же минуту, как мы только встретились с вами…
— …Вы повели себя исключительно грубо по отношению ко мне, — возмутилась она, тоже встав. — Я так и ждала, что вы вот-вот натравите на меня своих собак!
— Да Пальма и Нарцисс мухи не обидят!
— Пока вы им не прикажете, — с жаром возразила она; высокая и тоненькая, в облегающей темно-синей рубашке и брюках, она стояла лицом к лицу с ним.