Герой
Шрифт:
На полигоне - по сути бетонной здоровенной коробке без крыши - нас ждала Таня. Вдоль одной из стен на вынесенных столах были выставлены контейнеры-консерваторы с органами тварей, несколько микроскопов и препараты для них с образцами тканей, лежала документация - благо, погода позволяла. Там же дальше расселись и разлеглись крылатые химерки - те самые, что сделал для меня Пак. По центру бетонного квадрата пола был выстроен миниатюрный загон, в котором меланхолично скучала снежно-белая курчавая овца. Пришлось помыть с алхимическим мылом… не надо ничего говорить, сам знаю. Что поделать, искусство требует жертв.
Впрочем, виталисты почему-то во
– Уважаемые коллеги, уважаемый наставник, - привлёк к себе внимание я.
– С вашего разрешения я приступаю?
– Начинайте, уважаемый, - дождавшись кивков от остальных, ответил один из виталистов. Чёрт, только сейчас сообразил: они даже не представились. Снобы, блин. Ну, сейчас вы у меня получите.
– Благодаря некоторым обстоятельствам, - пристальный взгляд на декана, чтобы Повелители точно не перепутали, кого потом трясти.
– Моя стажировка как мага проходила не на второй-третьей линии Горловины, а на одной из передовых застав Рубежников. Благодаря чему мне удалось сделать ряд непосредственных наблюдений и провести несколько экспериментов в сложно доступных в других местах условиях…
Никакой отсебятины я не стал придумывать, да мне и не нужно было. Достаточно было опустить все “лишние” подробности, коротко пересказывая историю своей службы в Войске. М-да, это вместе теоретического обоснования научной работы. Рассказал хорошо - слушатели явно не зевали. Правда, периодически морщились или приподнимали брови в удивлении: для двух представителей Учёного совета наличие у Рубежников спецпрепаратов, вызывающих направленные обратимые и необратимые Тёмные мутации оказалось, судя по всему, сюрпризом. Впрочем, стоило им услышать о сроках годности вне пределов зоны повышенного давления дикой магии - и мимические морщины на лицах разгладились. Вот… твердолобые. Ну, держите вторую подачу!
И всё-таки люди, перед которыми я выступал, став, по сути, одними из руководителей республики, не перестали быть учёными. Описание мутаций Глафиры, моей подопытной курицы, а потом опыты по восстановление частично мутировавших организмов отвальных, попавших под удар Светом вызвали у них достаточно заметный интерес. Который сменился недоумением, когда я перешёл к жизнеописанию быта зарубежников… пока я не добрался до ведьм.
– ...Таким образом я с полной уверенностью могу утверждать, что контроль и управление обеими Первостихиями строиться на одном и том же принципе, - резюмировал, наконец, я.
– То есть изменения, происходящие в живых организмах под воздействием аномальной зоны Шрама есть лишь частный случай подобных процессов. Причём из-за безличностной, безвольной природы одной из составляющих процесс идёт самым неэффективным, практически случайным и очень медленным путём.
Разумеется, как и положено перед подобным выступлением, свою речь я сначала записал, потом отрепетировал. Не прямо до заучивания наизусть, но что за чем я буду говорить - выверено было точно. Потому Наташа, услышав ключевую фразу, направилась
– Спасибо!
– я подхватил и раскатал зеленый свёрток.
– А теперь, уважаемые коллеги и уважаемый наставник - практическая демонстрация.
Как я и сказал, залог успешного шоу - не давать вниманию зрителей рассеется. Касательно презентации это значит - не дать начать задавать вопросы до конца демонстрационной программы. Поскольку члены комиссии должны были задавать вопросы к теоретической части пришлось постараться, чтобы они не смогли этого сделать. В частности, не допустить паузы.
Пока я по дороге к загончику для одинокой овцы натягивал мантию, Таня сдернула ткань с лабораторного столика и сняла с него инъектор. На публику проверила взвод пружины шприца-”пистолета”, позволяющего быстро и гарантировано ввести содержимое колбы уколом - и передала предмет Нате. А сама в свою очередь подхватила со стола лежащий там арбалет и неторопливо, размеренно заработла рычагом взвода. Последним предметом на поверхности лабораторной мебели был один-единственный болт.
Тетива с щелчком заняла своё место, в этот момент я справился с последними завязками, дойдя до загона - и ведьма передала мне инъектор. С нарочито-громким стуком химера уложила снаряд на ложе. Да, простенькое представление, доступное любому - но и его хватило. Пока виталисты пялились сначала на мою жену в столь вызывающем для них наряде, потом на оружие и на наши слаженные действия - всё было готово.
– Засекайте время, - предложил я, прикладывая шприц к выбритой части шеи овцы… да-да, я её ещё и побрил. Немного. Одновременно с инъекцией я наложил на животное нужное резидентное заклятие, прямо на мозг. Не такое уж простое - клаустрофобия этим копытным на удивление не особо свойственна. Но при желании… Под всё более встревоженное блеяние и начавшиеся метания по совсем маленькому пространству загона я предусмотрительно отошел в сторону… и вовремя.
Теперь уже тварь резким прыжком взвилась метра на два вверх, с большим запасом перелетая оградку. Тёмный Воздух не только позволил копытному извернутся, не касаясь поверхностей, но и прямо в полёте скорректировать траекторию, чтобы сразу же понестись по бетонному полу… к зеленой “стенке”. Инстинкт сработал однозначно: если вьюны нашли, где зацепиться, то и овца найдёт. Нашла бы.
– Блемм!
– тренькнула тетива. Зная, куда побежит мутант, волкоухая не могла промахнуться.
– Тридцать шесть с половиной секунд, - объявил я результат.
Как я и предполагал, мы с Наташей смогли отыскать способ сделать всё быстро и без мучений для подопытного. Секрет оказался в том, что маг Тьмыдолжен желать для своей цели примерно того же, чего и сама цель для себя. Я бы очень гордился этим своим открытием... если бы не сообразил, что давным-давно этот способ знаю. Именно так поступают Светлые одарённые клирики, воздействуя на паству, пришедшую на Литургию Света. Проповедью добиваются частичной синхронизации своих чаяний и чаяний окормляемых - и вуаля, излечение от ряда болезней и прочие полезные эффекты у реципиентов воздействия. Чуть лоб себе ладонью не разбил, когда сообразил… Ладно, пора заканчивать этот балаган. И заодно уже выполнить то, ради чего я затеял всю эту вынужденно ставшей многоходовкой возню.