Герой
Шрифт:
Кинжал нащупал трубочку резервуара с водой и потянул ртом. Черт! Ночью он, постоянно потея, выпил все. Нужно остановиться и добыть нормальную еду, а также набрать воды. Было нежарко, но Кинжал взмок от пота. Получается, за день он теряет почти четверть литра воды. Пить. Если бы снайпер, бросая гранату, знал, что кто-то уцелеет, то запасся бы провиантом. А он даже рюкзака с собой не взял, потому что был на сто процентов уверен в успехе. Хорошо, хоть винтовку захватил. В этом не было особой нужды, однако привычка не расставаться с оружием взяла свое. Полезная привычка. Как же было не взять продуктов, собирая все необходимое?! Да откуда он мог знать? Почти все лекции на курсах он, помнится, проспал, проявляя интерес только к беговым упражнениям
Ситуация, в которую попал стрелок, казалась насмешкой судьбы. Кинжал зубоскалил по поводу тех, кто не мог есть всякую дрянь, и только потому, что сам этого не мог. Его тошнило от сырого мяса, жуков, червей, личинок и прочей мерзости. Теперь же придется либо перебороть себя, либо умереть. Да, снайпера учили есть все это, и он ненавидел такую еду. Своим зубоскальством он мстил окружающим за собственные мучения. А сейчас будет есть это сам! От гнева снайпер даже приободрился. Словно сама природа норовит поставить ему подножку после того, как он задумал убийство. Но он выживет, получит деньги и забудет весь этот кошмар.
Где-то здесь должны обитать небольшие млекопитающие. Да, стрелок ужасно голоден, однако не настолько, чтобы съесть сырого жука. Млекопитающее. Что-нибудь с костями внутри, а не снаружи. Кинжал взглядом поискал возможные места обитания зверей, стараясь не думать про всех тех насекомых, которых он видел на этой планете. Иначе в памяти всплывали моменты, когда он жрал жуков на том недельном экзамене.
Кинжал нашел небольшую низменность. Тут и там блестели лужи. Между заполненными водой ямами сновали ящерицы. Ну ящерицы так ящерицы. Они хоть хордовые. Теперь осталось поймать одну.
В принципе можно было подкрасться и схватить животное. Кинжал был уверен в своем таланте передвигаться абсолютно бесшумно и подавлял всякие мысли о том, что на самом деле не способен на такое. Разумом снайпер понимал, что использовать оружие небезопасно – высока вероятность быть замеченным. Но нестерпимо хотелось пострелять. Так можно выплеснуть хоть какую-то агрессию. К тому же пристрелить рептилию гораздо проще, чем поймать голыми руками. Стрельба совершенно естественна для Кинжала, а его пульсар работает почти бесшумно. А если уменьшить скорость патронов, то не будет даже хлопков при переходе звукового барьера. Десять секунд на настройку, пять на прицеливание, вдох, и – раз! – одна есть. Мало. Еще два выстрела – еще две ящерицы. Остальные рептилии разбежались, но результат был весьма приличным: три штуки за три секунды.
Кинжал подобрал трупы с почти напрочь оторванными головами. Потом достал нож, отсек остатки голов и лапы, разложил все на упавшем стволе дерева и быстрыми, уверенными движениями освежевал и выпотрошил тушки. Затем поднес ко рту одну из лап.
Стрелок долго медлил, пытаясь пересилить отвращение и взять эмоции под контроль. Наконец он впился зубами в теплую, вязкую плоть и оторвал кусок мяса от кости. Прожевав склизкую, волокнистую субстанцию, Кинжал сделал глотательное движение, но комок застрял в горле из-за внезапного спазма. Снайпера едва не вырвало. Если бы он пристрелил их вчера, то сегодня мясо было бы уже сухим и тянущимся и не напоминало бы сырого кальмара. Кинжал откусил еще кусок, и его снова чуть не вытошнило. Снайпер кое-как разжевал и судорожно проглотил очередную порцию. С гримасой омерзения он засунул оставшиеся тушки к себе в карман, обтер руки от липкой, склизкой крови и встал. Надо найти воду, иначе невозможно будет доесть эту дрянь. А с водой ее можно заглатывать маленькими порциями, как лекарство. К тому же, пока снайпер добудет питье, кровь с мяса немного стечет.
Даже если Тирдал и ел этих тварей, то все равно лгал. Их мясо не похоже на куриное.
А у Тирдала были свои проблемы и свой, как сказал бы человек, "скелет в шкафу". К сожалению, этим «скелетом» был он сам. Игра в кошки-мышки, провоцирующая у людей выбросы адреналина, у дархела провоцировала выбросы тала. Это было опасно,
Кроме того, нужно позаботиться о еде. Кинжал-то сможет долго протянуть на том, что изготавливает конвертер, вдобавок сумеет легко подстрелить какую-нибудь зверушку и съесть ее без особых проблем. Тирдалу же предстоит снова перебарывать себя, чтобы убить разумное существо. Еще одна проблема в том, что придется есть по нескольку раз в день. А самая большая проблема – приближающийся порог усталости. Уже сорок семь часов Тирдал уходит от преследования. Только еда придаст сил – дархел уже чувствовал, как страдает мускулатура оттого, что организм черпает энергию из мышечной массы. Сенсат внимательно выискивал жертву, стараясь засечь животное, стоящее на низшей ступени развития. Чем разумнее существо, тем сильнее угроза наступления линтатая.
Тирдал нашел двух насекомых, похожих на тараканов, умудрился вскрыть панцири и полакомился сочным белым мясом прямо на ходу, не испытывая особых неудобств. Идти становилось все проще. Хорошо.
Меньше следов и более быстрый темп. Нет, плохо. Впереди явно степь. Открытость места и снайперская винтовка Кинжала могут решить дело не в пользу сенсата. Однако скоро снайпер вымотается и будет почти не опасен: надо запастись терпением. Еще максимум день.
Смешно, но дилетант дархел может благодаря терпению победить профессионального убийцу. Да, этот случай будет исключительным, если Тирдал выживет и доложит о нем. Возможно, разведчиков станут обучать еще и тактике выжидания. Если, конечно, Тирдал выживет.
Местность была даже чересчур открытой: лес поредел, а подлесок снова уступил место плотному, жесткому кустарнику, потому что на почву здесь падало больше лучей солнца. А недалеко впереди кусты уже сменялись густой травой.
Тирдал опустился на грунт и продолжил путь ползком, стараясь найти прикрытие, которое можно будет использовать и в дальнейшем. Было очень неудобно ползти, упираясь в почву локтями, а руками придерживая артефакт на спине. Неподалеку виднелся водный поток, вероятнее всего тот же самый. Овраг, по дну которого он тек, был уже не такой глубокий, как на юге, но это и неудивительно – река здесь текла по древнему плато, а не по мягкой почве в низине. Не важно. Все равно долина реки обеспечит некоторую защиту. Возможно, еду и питье. Наверняка – прохладу. А еще скроет тепловую активность от ИК-сенсоров. Возможно, удастся снова воспользоваться прикрытием местных насекомых. Так или иначе, кроме реки, другого варианта продолжения пути нет.
Хорек решил еще раз поговорить с Тирдалом. Если удастся убедить сенсата заключить союз и уничтожить реальную угрозу в лице Кинжала, можно будет спокойно обсудить вопросы, связанные с судьбой артефакта. Весьма вероятно, что подобное обсуждение перерастет в очередной поединок, но попробовать стоит.
– Тирдал! Нам нужно разобраться с Кинжалом.
– Конечно, Хорек. Кинжалу и мне нужно разобраться с тобой, а тебе и Кинжалу – со мной. – Разведчик недовольно поморщился, а Тирдал продолжил: – Комичная ситуация, если не сказать больше. Мотив Кинжала понятен: деньги. Твой – вроде как законопослушность и благородство, но что-то не верится. Мой – та же законопослушность, правда осложненная некоторыми обстоятельствами. Ты знаешь, что не можешь доверять Кинжалу, и думаешь, что не можешь доверять мне. Я тоже не могу доверять стрелку, а также, к сожалению, и тебе ввиду сложившейся ситуации. Хотя если бы я мог все объяснить, ты, наверное, поверил бы. Кинжал знает, что любой из нас убьет его, если представится такая возможность. Смешно. Хороший сюжет для какой-нибудь третьесортной книжки, не правда ли?