Герой
Шрифт:
– Значит, давай так и сделаем, – отреагировал Хорек, – а потом поговорим. Ты шел прямо за мной с самого начала миссии; ты должен знать, что я собой представляю.
– Заманчивое предложение, Хорек. Но откуда я могу знать, не сделал ли ты такого же предложения Кинжалу? Да, эта коробка – явно источник непонимания и недоверия.
– Так спрячь ее! – воскликнул разведчик почти умоляющим голосом.
Ему действительно не хотелось драться с обоими. Ему действительно не хотелось убивать Тирдала. Тирдал, кажется, честный человек. В смысле, дархел. Тем более разведчику не хотелось быть убитым
– Мне она не нужна! Мне просто надо знать, что ни у Кинжала, ни у тебя ее нет. Мы казним Кинжала, потом ты скажешь мне, где коробка. Получается, что я контролирую артефакт, а ты – шлюпку. Баланс сил.
– Это разумное предложение, но при более подходящих условиях. Сейчас я не могу его принять. Понимаю, что отказ только усиливает недоверие с твоей стороны, но ничего не могу поделать. Извини.
– Тирдал, я на твоей стороне, черт возьми, – расстроился Хорек.
– Я почти уверен, что это именно так, однако не могу рисковать.
– Дьявол! Ты что, не способен прочесть мои мысли?
– Не могу ответить на этот вопрос, но, думаю, ответ довольно ясен.
Да, Хорек наверняка говорит правду. У него чистые помыслы. С точки зрения человека, но не дархела. Поэтому для Тирдала не было смысла объединяться с Хорьком и был смысл отвлечь внимание Кинжала.
– Хотя бы скажи, где снайпер, – раздался голос Хорька. – Тогда я попробую уничтожить его.
– Думаю, не будет особого вреда, коли я тебе и вправду скажу. Хотя, даже если ты убьешь его, это не будет доказательством твоей честности. Просто получится, что тебе дороже собственная жизнь и артефакт. Понимаешь?
Если Хорек действительно пристрелит снайпера, то Тирдалу будет только легче. Если же разведчик впадет в панику, тогда можно будет засечь его местонахождение и разобраться в его мыслях. Но это будет непросто.
– Кинжал позади меня и скоро выйдет на открытое место. Точнее сказать не могу. Подожди, попробую дать координаты.
Тирдал не был до конца уверен, что правильно определит, где снайпер. По крайней мере, приблизительно он сказать сможет. Если Хорек в самом деле отправится туда, Тирдалу меньше проблем. Но разведчик с таким же успехом может попытаться договориться со снайпером.
– Если взять за начало отсчета точку отправки, а ось ординат направить на север, то координаты следующие. – И сенсат прочитал цифры с экрана. – Кинжал в радиусе пятисот метров от этой точки. Я почти уверен, что он гораздо ближе к ней, но ручаться не могу.
– Ух ты. Спасибо, Тирдал. Это всего лишь в километре от меня. Значит, вы двигаетесь так же медленно, как и я. Еще бы: три дня ходьбы, раны, усталость. Попробую пришить стрелка. Тогда ты присоединишься ко мне?
– Нет. Извини. – Голос сенсата был спокойный. Предельно спокойный.
– Боже мой, да я на твоей стороне, Тирдал! Пожалуйста! – запаниковал разведчик.
– Я еще не слишком хорошо умею определять намерения людей по голосу. Ты нервничаешь. Бесхитростно, откровенно нервничаешь. Но за этим может скрываться все, что угодно. Может, ты боишься Кинжала; может, тебе просто больно.
– Да иди ты в задницу. Тоже мне экстрасенс фигов, – ответил Хорек погрустневшим, обиженным голосом.
Тирдал до
Что предпримут Хорек и Кинжал, если у них на двоих осталась хоть капля здравого смысла? А если нет? Надо все обдумать и взвесить.
Кинжал увидел, что лес редеет, и понял: до опушки недалеко. Значит, стоит повернуть на восток и поискать возвышенность для стрельбы. Если он сможет забраться на крутой склон вон того холма, то вся безлесная территория будет отлично простреливаться и дархелу не уйти. Тело у стрелка дико болело, ужасно хотелось есть и пить. Но скоро все закончится, и можно будет даже остановиться и поджарить мяса. Впрочем, надо признать, что урод эльф изо всех сил борется за жизнь. Неплохо для мягкотелого горожанина.
Каждый новый вдох сильнее обжигал пересохшее горло. Солнце палило неимоверно. Ничего, конец уже близко.
Подъем оказался круче и сложнее, чем предполагал снайпер. Но, если вдуматься, это к лучшему. Чем выше Кинжал заберется, тем дальше будет видеть, тем сподручнее ему будет стрелять.
Снайпер почти выбился из сил и решил передохнуть, упершись руками в грунт, а ногами в какой-то булыжник. Кончики травы щекотали лицо, а из-под пальцев, заточенных в синтетической перчатке, вспорхнула стайка мелких насекомых. Одно случайно залетело снайперу в рот. Он инстинктивно сжал губы, а потом долго отплевывался. Как хочется пить!
Но здесь нет воды. Ее не будет до тех пор, пока он не спустится на равнину. Нечего отдыхать, работа еще не завершена. Кинжал вспомнил про замороженные фрукты, которые отложил на черный день. Этот день наступил, и снайпер с удовольствием жмурился, когда холодные и сладкие фрукты таяли во рту. На эмоциональном подъеме стрелок стал двигаться чуть быстрее.
Вскоре Кинжал добрался до широкого уступа, который, уходя вдаль, все снижался и расширялся, превращаясь в лесистые угорья. Тирдал, сделав огромную петлю, почти вышел к месту, где отряд наткнулся на мнимых «клякс». Мозг снайпера отчаянно работал. Может, дархелы – сообщники цлеков? Вполне вероятно. Тирдал не боится «клякс», он боится снайпера, хотя тщательно это скрывает. Надо будет написать в отчете.
В каком отчете, черт побери? Его слишком долго и муторно сочинять. Кинжала ждет Кали, а Земля вместе с Союзом, да и Республика пусть летят в тартарары.
Что касается сложившейся ситуации, то в случае, если сэр Тирдал Сан Фиг-Знает-Кто работает на «клякс» и может мысленно связываться с ними, Кинжалу не поздоровится. Хотя что за бред? У Тирдала было два дня, чтобы попросить помощи, – он этого не сделал. В общем-то, стоит упомянуть о подозрении насчет «клякс», чтобы замести следы преступления. А если сказать про это в паре-тройке злачных мест, тогда явно появится слух о том, что «исчезновение» Кинжала связано с его секретной работой на правительство.