Герой
Шрифт:
Кэроли Д’Бранин был явно шокирован.
– О, Ройд, как ты мог такое подумать? Мы ученые, а не… не преступники, солдаты или звери. Мы люди – как же ты можешь думать, что мы станем угрожать тебе, нападем на тебя?
– Вы – люди, но для меня вы – чужаки, – повторил Ройд. – И вы не доверяете мне. Не давай легкомысленных обещаний, Кэроли.
Д’Бранин был оскорблен в своих лучших чувствах. Меланта сжала его плечо, упреждая взрыв.
– Ройд, – сказала она, – я не стану тебе лгать. Разумеется, подобная опасность существует. Но, по-моему, показавшись в своем настоящем виде, ты их буквально осчастливишь. Они воочию убедятся, что
– Да, увидят, – ответил Ройд, – но хватит ли этого, чтобы развеять их подозрения? Ведь они уверены, что это я ответственен за смерть тех троих.
– Уверенность – это слишком сильно сказано. Они подозревают это, боятся этого. Они перепуганы, капитан, и для этого есть серьезные основания. Даже я боюсь.
– Не сильней меня.
– Я была бы менее испугана, если бы знала, что произошло на самом деле. Ты скажешь мне?
Ответа не последовало.
– Ройд, если…
– Я совершил несколько ошибок, Меланта, – сказал Ройд гробовым голосом, – но в этом я не одинок. Я сделал все, чтобы предотвратить введение Лесамеру эсперона. Не удалось. Я мог спасти Ломми и Элис, если бы их видел, слышал, знал, к чему они стремятся. Я не могу помочь, не зная об опасности, а ты заставила меня выключить мониторы. Почему? Предвидела ли ты такой результат – ведь ты всегда на три хода впереди?
Меланту Йхирл на мгновение охватило чувство вины.
– Меа кульпа, капитан, я тоже виновата. Поверь, мне это известно. Однако тяжело предвидеть три следующих хода, если не знаешь правил игры. Объясни мне их.
– Я слеп и глух, – сказал Ройд, игнорируя ее слова. – И это меня расстраивает. Я ничем не могу помочь, пока не вижу и не слышу. Меланта, я собираюсь снова включить мониторы. Очень жаль, если ты с этим не согласна. Мне нужно твое согласие, но я сделаю так, как сказал, с ним или без него. Я должен видеть.
– Включай, – задумчиво сказала Меланта. – Я была не права, капитан. Нельзя было просить, чтобы ты ослеплял себя. Я не понимала ситуации и переоценила свои способности контроля за другими. Моя вина. Улучшенные модели слишком часто считают, что могут все. – Мысли ее мчались галопом, она чувствовала себя почти больной. Она просчиталась, ошиблась, и теперь на руках у нее оказалось еще больше крови. – Думаю, что теперь я понимаю лучше.
– Что понимаешь? – спросил Кэроли Д’Бранин.
– Неправда, не понимаешь, – сурово сказал Ройд. – Не делай вид, что все по-другому, Меланта. Нет! Неумно и опасно быть на слишком много ходов впереди. – В голосе его было что-то пугающее. Меланта понимала и это.
– Что? – сказал Кэроли. – Я ничего не понимаю.
– Я тоже, – осторожно сказала Меланта. – Я тоже, Кэроли. – Она легонько поцеловала его. – Никто из нас ничего не понимает, правда?
– Вот и хорошо, – сказал Ройд.
Она кивнула и успокаивающе обняла Д’Бранина.
– Ройд, – сказала она, – вернемся к вопросу о ремонте. Мне кажется, ты должен заняться им лично, невзирая на любые обещания с нашей стороны. Нельзя рисковать, переводя корабль в таком состоянии на гиперпривод, а единственной альтернативой этому является дрейф в пустоте до самой смерти. Какой же у нас выбор?
– У меня есть выбор, – сказал Ройд. – Я мог бы вас всех убить, будь это единственный способ спасти себя и корабль.
– Можешь попробовать, – ответила Меланта.
– Пожалуйста, не будем говорить о смерти, –
– Ты прав, Кэроли, – сказал Ройд. – Я не хочу убивать никого из вас, но я должен быть уверен в своей безопасности.
– И будешь, – заверила его Меланта. – Кэроли может отправить остальных за кусками обшивки. Кроме того, я буду тебя охранять. Я все время буду рядом с тобой. Если кто-нибудь захочет на тебя напасть, сначала ему придется расправиться со мной. И убедиться, что это не так-то просто. К тому же я могу помогать тебе в работе. Дела пойдут в три раза быстрее.
Ройд старался быть вежливым:
– Я по опыту знаю, что большинство рожденных на планетах в невесомости довольно неуклюжи и быстро устают. Мне кажется, один я буду работать эффективней, но я с удовольствием приму твои услуги как личного телохранителя.
– Хочу напомнить, что я улучшенная модель, капитан, – сказала Меланта. – В невесомости я так же хороша, как в постели, и буду действительно полезна.
– Ты упряма. Ну хорошо, как хочешь. Через несколько секунд я отключу питание гравитационной сетки. Кэроли, пойди подготовь своих людей. Переоденьтесь в скафандры и выводите наружу свои скуттеры. Я покину «Летящего» через три часа, когда приду в себя после вашей гравитации, и хочу, чтобы к этому времени все находились снаружи. Это условие понятно?
– Да, – ответил Кэроли. – Все, кроме Агаты. Она еще не пришла в сознание, дружище, и с ней не будет проблем.
– Нет. Я имею в виду всех вас вместе с Агатой. Забирайте ее с собой.
– Но, Ройд! – запротестовал Д’Бранин.
– Капитан здесь ты, – твердо ответила Меланта. – Будет, как ты сказал: все выйдем. Вместе с Агатой.
Картина, которая предстала перед путешественниками, когда они покинули корабль, была потрясающей: все выглядело так, словно какой-то чудовищный зверь выгрыз часть звезд.
Меланта Йхирл ждала на своем скуттере у борта «Летящего» и смотрела на звезды. Отсюда, из глубины космической пустоты, они вовсе не казались какими-то особенными. Холодные, замерзшие точки света, неподвижные и суровые, как будто в них было меньше тепла, чем тогда, когда атмосфера заставляла их мерцать и танцевать. Однако именно отсутствие четких ориентиров напомнило Меланте, где она находится: в пространстве «между», там, где не останавливаются люди и их корабли, где в своих древних звездолетах летят волкрины. Она хотела найти солнце Авалона, однако не знала, где его искать. Созвездия были ей не знакомы, и она не имела понятия, в какую сторону смотреть. Со всех сторон ее окружали бесконечные поля звезд. Она посмотрела вниз, точнее, в ту сторону, которая в эту минуту казалась низом, мимо своих ног и скуттера, мимо «Летящего сквозь ночь», ожидая увидеть очередную бесконечность чужих звезд. И выгрызенная пустота ударила ее почти с физической силой.
Меланта с трудом справилась с головокружением. Она висела над зияющей бездной, расщелиной во вселенной, черной, беззвездной, огромной. И пустой.
Потом она вспомнила – Вуаль Грешницы. Это просто облако темных газов, ничего страшного, галактическая свалка, поглощающая свет звезд Границы. Однако с такого близкого расстояния Вуаль казалась гигантской, ужасающей, и Меланта хотела заставить себя отвести взгляд, как вдруг ей показалось, что она падает в раскрытую пасть под ней. Эта пасть словно собиралась проглотить хрупкую серебристо-белую раковину корабля.