Герой
Шрифт:
Красный замок прилепился к стене высохшего бассейна. Матку надежно спрятали в водостоке, окружили песчаными и каменными стенами и оборонительными сооружениями. Короли деловито сновали по всему дну бассейна, – Кресс видел, как они затащили в замок подкаменника и большую ящерицу. Он испуганно отодвинулся подальше от края и ощутил: что-то хрустнуло под ногой. Глянул вниз: так и есть, по ноге карабкаются три красных воина. Кресс сердито стряхнул их и безжалостно растоптал, – но к нему бежали новые и новые солдаты, и они были гораздо больше, чем ему помнилось. Некоторые уже с большой палец
Кресс пустился наутек.
Влетел в безопасность дома, – сердце выскакивало из груди, дыхание обрывалось. Торопливо захлопнул за собой дверь, запер на все замки. Предполагалось, что его дом абсолютно непроницаем для вторжения извне. Здесь ему ничто не угрожает.
Щедрый глоток коньяка помог успокоить нервы. Стало быть, подумалось Крессу, отравой их не проймешь. Следовало догадаться, в принципе. Ведь говорила же ему Джала Во: матка способна сожрать что угодно. Ох, надо было пестицид использовать! Для храбрости Кресс глотнул еще, напялил защитный костюм и повесил на спину канистру.
Открыл дверь…
На дворе его поджидали песчаные короли.
Две армии, объединившиеся перед лицом общего врага, стояли в боевом порядке. Много бойцов, больше, чем он подозревал. Проклятые матки, видно, размножались почище подкаменников. Воины были везде и всюду – ползучее черно-красное море воинов.
Подхватив шланг, Кресс нажал на выключатель. Серый туман окутал ближайшие ряды песчаных королей. Кресс повел рукой влево, вправо.
Когда туман рассеялся, песчаные короли отчаянно задергались, забились в судорогах, погибая в муках. Кресс широко улыбнулся – слабо тварюжкам против него вставать. Он пустил пестицид из распылителя широким полукругом и аккуратно переступил через груду красных и черных телец. Армии дрогнули и обратились в бегство. Кресс последовал за отступающими, надеясь пробиться через их защиту к маткам.
И вдруг отступление закончилось. Тысяча песчаных королей набросилась на него.
Контратаки Кресс ожидал: остался стоять на месте, делая широкие, мощные выпады своим туманным мечом. Песчаные короли наступали – и гибли. Некоторым удалось пробиться; он не мог окатывать пестицидом всех одновременно. Он чувствовал: песчаные короли лезут вверх по его ногам, ощущал, как их жвалы бесплодно вонзаются в непроницаемый пластик защитного костюма. Не обращая внимания, Кресс продолжал распылять пестицид.
А потом он вдруг ощутил мягкие прикосновения к голове и плечам…
Кресс задрожал. Дернулся, круто обернулся. Посмотрел вверх. Вся передняя стена его дома кишмя кишела песчаными королями – красные, черные, сотни и сотни. Они спрыгивали в воздух и сыпались на него градом. Падали, падали… один приземлился прямо на защитную маску костюма, – заскребли на страшную секунду, пока Кресс не успел отбросить маленького воина, жвалы у самых его глаз.
Он направил распылитель вверх. Опрыскал воздух, опрыскал дом, – лихорадочно жал на кнопку, пока не осталось ни единого живого песчаного короля, лишь мертвые да умирающие. Ядовитый туман сносило в его сторону, – Кресс закашлялся, но продолжал опрыскивать. И только когда передняя
Песчаные короли были на нем – десятки, дюжины карабкались вверх по его телу, еще сотни нетерпеливо ожидали возможности за ними последовать. Кресс направил на них струю пестицида, но распылитель не сработал. Кресс услыхал громкое шипение, – из-за спины у него поднялось гигантское облако смертоносного тумана. Яд окутал его, будто плащ, удушливый, слепящий, вызывающий резь и жжение в глазах. Он попытался ощупать шланг, – рука тотчас покрылась телами умирающих песчаных королей. Шланг оказался перекушен, воины попросту прогрызли его насквозь. Кресс, почти лишенный зрения, был в плену пестицидной завесы.
Он споткнулся. Закричал. Помчался к дому, стряхивая с себя на бегу песчаных королей.
Дома Кресс первым делом наглухо запер двери, повалился на ковер и принялся кататься по полу, – катался, пока не уверился полностью, что передавил всех тварей. Канистра с пестицидом уже давно опустела, из нее доносился лишь еле слышный свист. Кресс вывернулся из защитного комбинезона и отправился под душ. Струи горячей воды обжигали, покрасневшую кожу саднило, – но по крайней мере прекратился одолевавший его зуд.
Он переоделся в самую прочную одежду, – сперва нервно потряс жесткие кожаные брюки и куртку, и лишь потом натянул. «Черт, – забормотал себе под нос, – черт, черт». В горле пересохло. Кресс тщательно обыскал холл, убедился, что там вполне безопасно, – и только потом позволил себе сесть и приложиться к выпивке.
– Черт, – повторил он снова. Рука, державшая бутылку, дрогнула, джин пролился на ковер.
Алкоголь помогал успокоиться, но полностью утопить в нем страх не выходило. Кресс хлобыстнул еще и сторожко подобрался к окну. Песчаные короли уже ползали по толстому пластику, заменявшему оконное стекло.
Кресс передернулся и бросился к панели видеофона. Надо позвать на помощь, подумал он отчаянно. Надо немедленно уведомить власти, и тогда приедет команда полицейских с огнеметами, и…
Кресс застыл, так и не успев набрать нужный номер. Нельзя ему звонить в полицию. Иначе придется рассказать о королевстве белых тварей в погребе, – а там копы немедленно обнаружат тела. Кэт М’Лейн-то, пожалуй, матка уже подчистую сожрала, а вот до Иди Нореддиан у нее небось дело еще не дошло, он ведь даже труп ее не разделал. Да, а от Кэт, поди, кости остались… короче, полицию вызовем только в самом крайнем случае, если больше рассчитывать не на кого будет.
Кресс, хмуря брови, присел на край панели видеофона. Его коммуникативная система не зря занимала целую стену – отсюда можно дозвониться любому обитателю Бальдра. Денег у него – куча, сообразительности тоже хватает; он, кстати заметить, если чем в себе и гордился, так именно сообразительностью. Разберемся как-нибудь.
Поначалу у него мелькнула мыслишка связаться с Во, – но идейку эту Кресс решительно отверг. Во слишком много знает – и начнет задавать вопросы, нет, не стоит ей доверять. Ему нужен тот, кто умеет выполнять поручения, ни о чем не спрашивая.