Герой

Бутырская Наталья

— Что будет с младшими?

Я подождал, пока они угомонятся, но вопросы всё не заканчивались. Более того, женщины тоже осмелели и присоединились к всеобщему гвалту.

— Молчать! — рявкнул я. — В домах патриархов будут жить женщины с детьми. Вы должны вычистить оба длинных дома. Спать будете в них. Те, кто занимался лесной охотой, идут на охоту. Те, кто занимался скотом, занимаются скотом. Задание для всех — придумать себе имена. У каждого должно быть имя. Можете взять любое слово. Меня зовут Шен. Кто захочет уйти,

должен сначала подойти ко мне. Я объясню, где какие поселения, чем можно заняться, дам кристаллы и немного денег. За порядком в поселении следит Правый Двенадцать.

На этом разговор и закончился.

Сюй бесстрашно растолкала поросль, выхватила двух мальчишек из разных ветвей и потащила их за собой. Один пнул ее по ноге, второй попытался направить против нее заклинание, но тут же отхватил оплеуху.

Она схватила их за уши и сказала:

— Теперь тебя зовут Ши, а тебя — Ксин. И если я еще раз увижу, как вы ставите ловушки на людей, я вам уши оторву. И не сметь бить меня магией! Я ваша мать. Мать, ты понял, Ши? А мать — это твой личный патриарх.

Ей повезло, что ее сыновья не так давно перешли в длинный дом. У большинства из поросли матерей уже не было в живых.

Но трудности только начинались.

Глава 19

Дикий зверь признал хозяина

Может быть, действительно стоило убить всех?

Эта мысль пришла спустя неделю после того, как я объявил об уничтожении секты. Или нужно было остаться патриархом, чтобы они знали — что делать, как относиться друг к другу, к чему стремиться и о чём думать. Сейчас же и в головах, и в поселении творился хаос. Уже не в первый раз я убедился, что не хочу и не могу быть лидером. В Академии, несмотря на постоянные подначки Мэй, я сумел остаться в тени. Даже Уко с ее страхами и агрессией слушались больше.

Здесь мне не оставили выбора. Хотя нет, выбор был. Я в любой момент мог уйти в леса и вернуться через несколько недель, когда в секте останется в живых только один. Но тут были женщины, тут были дети. Я бы не хотел еще раз свергать новых патриархов, которыми наверняка назовутся вылезшие на поверхность лидеры.

Весь первый день женщины выбирали дома и переселяли туда малышей. Я позвал было Сюй к себе, ведь тут три большие комнаты, мне не нужно столько пространства, но она отказалась.

— Пять мальчишек, — сказала она. — Ты выкинешь нас уже к вечеру. И я хочу быть поближе к остальным девушкам.

Потому ко мне подселили Аи и еще одну женщину без детей и без живота, чтобы та помогала с домашними делами. Они заняли кабинет, из которого я перетащил все бумаги в спальню. Самую большую комнату оставили свободной.

Прибежал Двенадцать и сообщил, что отныне его зовут Великий Мастер.

— Такое имя могут дать только потомки или предки, но никак не ты сам. Выбери имя, которое будет сразу всем говорить только о тебе.

Он

почесал затылок и сказал:

— Тогда Липучка. Это мое первое созданное заклинание, и оно спасло мне жизнь год назад.

— Если ты пойдешь во внешний мир, тебе нужна еще фамилия, которая напоминает о предках.

— Четвертый — Сы. Ведь я родом из четвертой ветви.

— Хорошо, Четыре Липучка. Сы Тье.

— Ты сказал следить за порядком внутри. Там непорядок. Никто не хочет занимать женский дом.

Я вздохнул, взял копье и направился на место разборок. Подростки хватали мальчиков помладше, зашвыривали их в женский дом, держали дверь и смеялись над ними:

— Ну что? Сиськи уже отросли? Пищите точно как бабы.

— Работает? — негромко спросил я. — Они точно превратятся в баб? Тогда вы все будете спать в загоне со свиньями. Не хватает хорошего мяса.

Подростки тут же отпустили дверь и уставились на меня. Я понял, что если спущу это с рук, то многим младшим не поздоровится.

— В женском доме с сегодняшнего вечера будут спать все, кто старше четырнадцати. Прямо сейчас приступайте к уборке!

— Ты же не патриарх, — нагловато сказал один из провинившихся.

Резкий взмах копья, заклинание Липучки, и вот уже этот наглец стоял прямо передо мной, не в силах отцепиться от древка копья.

— Твое имя.

— Пятая ветвь. Пятнадцать лет.

Я приподнял руку, и между пальцами зазмеилась молния.

— Твое имя. Я приказал всем придумать имена.

— Я не успел… — тут же сдал позиции мальчишка.

— Тебя будут звать Тиба. Петух. Слишком много кукарекаешь. А теперь, Петух, ты отвечаешь за чистоту этого дома и его готовность. Вечером проверю, и если мне что-то не понравится, ты лично узнаешь, насколько больно бьет молния.

Отпустив Петуха, я повторил:

— Все старше четырнадцати спят в женском доме. Кто недоволен, идет в загон для свиней или сразу в лес.

У выросших в секте детей было много противоречащих качеств. Они были послушны и одновременно строптивы, умны и в то же время вели себя очень глупо, проверяли меня как лидера на прочность и, казалось, больше всего жаждали, чтобы их наказали. Как едва прирученное дикое животное, которое привыкло слушаться лишь одного хозяина. Появился новый человек, и зверь снова скалит зубы и пытается укусить.

У меня не было опыта общения с группой детей или подростков. Мама, охотники в Черном районе. Даже дети там были рассудительными и спокойными, как Пинь, иначе их не выпускали за стену. Молчаливые охранники в караване, слуги в доме Джин Фу, ученики Академии — все четко понимали свое место в жизни, а главное, умели слушать и слушаться. Любые проблемы можно было решить разговором или учебным поединком. А сектанты, на глазах которых я вчера уничтожил сильнейших воинов, уже сегодня начали тыкать палкой в осиное гнездо.