Герой

Бутырская Наталья

Шестой, Второй, Седьмой и Девятый снова вытянули палочки. И по жребию мне выпал боец из шестой ветви. Почему-то я думал, что мы с ним встретимся лишь в самом конце, но судьбе было угодно столкнуть нас пораньше.

Среди поросли послышались смешки, вовсю засуетились старшие, предлагали сделать ставку, и судя по возгласам, большинство ставили на Шестого.

Я влил еще Ки в массив, так что печати почти засветились, и выступил в круг. Противник сделал глоток из маленькой чашечки, поднесенной одним из младших, поморщился и вступил в круг. Сразу после хлопка Шестой рванул ко мне, смачно плюнул и отскочил, пятно розоватой слюны стекло по

массиву. Зачем такие жесты? Личная ненависть? Так я его вроде бы не успел задеть. В магическом зрении я заметил, что с защитой происходит что-то странное, но рассмотреть не успел, так как в массив врезался гуань дао, намного быстрее и сильнее, чем я ожидал.

Отскок назад. Хотя у нас обоих оружие примерно равной длины, гуань дао специализируется на рубящих ударах, а потому лучше было сохранять дистанцию. Встав в защитную стойку, я влил в массив Ки, но возникло ощущение, будто я лью в пустоту, а массив продолжал терять энергию, разрушаясь сам по себе. У меня засосало под ложечкой: уж слишком неожиданной была ситуация. Я многое ставил именно на массив.

Противник крутанул одной рукой свое огромное оружие, ощерился, показав залитые кровью зубы, и бросился ко мне. Я выставил идеальную защиту древком, все мои учителя были бы довольны. Но я не выдержал мощи удара. Меня отбросило назад. Большую часть силы, вложенной в эту атаку, поглотил остаток защиты, и острие гуань дао прочертило кровавую полосу по груди.

Я снова отступил, пошел по широкой дуге, уклонился от еще одного размашистого удара и попытался контратаковать. Бесполезно. Может, я и превосходил сектанта в мастерстве владения оружием, зато его сила и скорость стирали разницу. Хоть он не додавил меня после первой раны, но и я никак не мог перехватить инициативу, в том числе и из-за отсутствия массива. Широкие мощные удары сыпались со всех сторон, я едва успевал уклоняться и даже не рисковал парировать.

Рана на груди горела. Шестой продолжал полосовать воздух, стремясь достать меня. Улучив момент, я крутанул копьем и влил Ки в получившийся воздушный вихрь, но противник успел выставить защиту. Этой паузы мне хватило, чтобы выплеснуть простенький массив на четыре печати. Кровотечение почти остановилось, снова появилась защита, и я перешел в наступление. Я колол, финтил, резал и рубил, впрочем, так и не достав до противника. В лучшем случае копье натыкалось на разовый магический щит, которым все сектанты владели мастерски. Очередной удар Шестой поймал между шипом и лезвием, отвел мое копье в сторону и уколол меня в грудь. Слабенький массив разрушился от одного удара, противник от неожиданности покачнулся, опустив оружие. Я рванул вперёд и вогнал копье ему в живот.

Шестой выронил гуань дао, схватился за мое копье и рывком вогнал его глубже. От неожиданности я не сообразил выпустить оружие из рук. Оказавшись вплотную ко мне, сектант замахнулся огромным кулаком. Я бросил копье и едва успел выпустить массив, кулак врезался в него, полностью разрушив защиту за один удар.

Еще один замах. Еще один поспешно выставленный массив рассыпался. Я попросту не успевал подумать о каком-то более прочном и сложном массиве.

Снова удар, на этот раз массив устоял, и я рассмотрел, как у Шестого от удара сминаются кости руки. Какими же порциями Ки он себя подстегивал всё это время? Из его рта хлынула кровь, и он рухнул на землю, осев на древке копья, которое всё еще торчало из его тела.

Тишина. Мертвая тишина. В глазах поросли одновременно восторг,

ужас и удивление. Я подошел к телу убитого мной человека, схватился за покрытое кровью древко и выдернул копье. Кровь Шестого испачкала мою ладонь, загустевшие капли сползали по копью и липкими подтеками растекались по земле.

Мальчишки взорвались криками, воплями возмущения и радости. Все из первой и второй ветви рванули в круг. Как будто сами по себе выплеснулись три прочных массива, отделивших меня от зрителей. Стук, треск, ор. Но я уже развернулся к патриархам — единственная открытая сторона.

Я думал об этом, планировал, как лучше сделать, считал затраты, подбирал заклинания и массивы. Я услышал слишком много, чтобы оставить всё, как есть. Я видел слишком много, чтобы забыть. Я знал о том, что будет, еще в сгоревшем поселении возле деревни Три столба. Я чувствовал такую ненависть, что не мог дышать.

Они…

До них только-только доходило, что случилось перед их глазами. Но пока они видели лишь труп бойца из шестой ветви и чужака, который не должен был победить. Они еще не поняли…

Новый защитный массив вокруг меня. Обратный массив вокруг патриархов.

Я улыбнулся.

Заклинание молнии сорвалось с моей руки.

Разве они лучше зубастой ямы?

Я больше не буду бить отдельные жалкие тушки, я уничтожу само чудовище, его уродливое тело, что спряталось глубоко в земле и распростерло жгуты с пастями по всей равнине.

Шестой патриарх умирает сразу, не успев поднять защиту. Его мертвое тело еще несколько секунд дергается от стегающих молний.

Хрипит Третий, который поднял защиту, получив первый удар.

Корчатся в агонии Седьмой и Девятый, чьи кандидаты бились в массив за моей спиной. Защита Четвертого и Восьмого рассыпается одновременно.

Спустя несколько секунд в живых остался лишь Второй. Это получилось случайно. Он сумел продержать защиту дольше всех, непрерывно создавая магические щиты, но и его, казалось бы, бесконечная Ки истощилась.

— Ты! Как? — прохрипел он. — Неужели ты и есть…

Он швырнул нож за пределы своего щита, все молнии стянулись на металл и ушли в сторону. Второй попытался убежать, но врезался в обратный массив. Я убрал молнии, влил Ки в кристалл, зачерпнул оттуда энергию. Новая молния ударила в шпильку, что вытащил Второй перед отчаянным рывком ко мне. Его передернуло от боли. И копье разрубило горло моего отца.

Глава 16

Все сомнения исчезли

Вдох.

Воздух испортился.

Я вдыхал, но все равно задыхался.

С каждым вдохом становилось всё хуже и хуже, как будто меня изнутри обмазывали грязью, и в груди не оставалось места для самого воздуха. Я упал на колени и схватился за горло. В кристалле не осталось ни крупинки Ки, да и во мне самом, казалось, тоже.

За невидимыми барьерами только некоторым мальчишкам стало плохо, остальные же непонимающе уставились на меня. Я умирал у них на глазах.

Из женского дома донеслись крики и рыдания, настолько отчаянные, что кто-то из поросли рванул туда.

И вдруг всё закончилось.

Ки вновь наполнила меня, и я снова смог свободно дышать. Я встал, на всякий случай наполнил кристалл, хотя это несложное действие заставило сглотнуть подступившую к горлу рвоту. Почти как в случае с зубастыми ямами. Скорее всего, массивы сейчас были мне недоступны, впрочем, прежняя защита ещё держалась.

Сколько же Ки я пропустил через своё тело?