Герой
Шрифт:
Глава 7
Святые и грешные
Та-а-ак! Уже успели пронюхать! Но тогда почему пришли сразу во дворец, а не начали добиваться всеобщей поддержки народа, призывая спалить Темного мага? Хотя если учесть, что я теперь герой и все такое прочее, то становится ясно, что в случае обнародования «страшной тайны» симпатии будут на моей стороне. Нет, разумеется, появятся и те, кто безоговорочно поверит в рассказы церковников, но их явно будет не большинство, а гражданская война в планы святых отцов вряд ли была включена. Ведь прецедент уже был, поэтому святоши не станут повторно
– Алекс? – донесся голос Фара из амулета.
– Да, я понял, – ответил я. – Скоро буду.
– Мы ждем, – сказал брат и прервал связь.
Мда… Хочешь не хочешь, а во дворец возвращаться придется. Да, свалить было бы лучшим выходом, ведь, как говорится, нет человека – нет проблемы! И пусть ищут! Но тогда за меня будет отдуваться Фариам, а этого я допускать не хотел. Так что сейчас в первую очередь необходимо узнать, какой информацией владеют церковники, и хотя бы попытаться просчитать их дальнейшие планы, а потом…
– Ваше… высочество?
Я оставил тревожные мысли и повернулся к мастеру. Тот стоял слегка побледневший и настороженно разглядывал меня. Видимо, уже догадался, кто находится перед ним, но никак не находил подтверждения своим догадкам. Чтобы ему помочь, я деактивировал маскировку и сказал с улыбкой:
– Для вас просто Алекс.
Пароник слегка приободрился, заметив мои уши, а я продолжил:
– Мастер, как вы слышали, я вынужден срочно вас покинуть, поэтому о контракте поговорим в следующий раз. Кстати, я думаю, что будет вполне справедливо, если его условия останутся прежними – выручка с каждой двадцатой сумки достается мне.
– Разумеется, – быстро подтвердил Пароник.
Судя по его виду, он был согласен и на половину, но я уже не стал наглеть, так как этот деятельный мастер был мне очень симпатичен. Подумать только, за два месяца столько всего успеть!
– Тогда до скорой встречи, – попрощался я с ним и пошел вниз.
Мастер вызвался меня проводить до выхода, но когда я активировал маскировку, робко попросил ее снять ненадолго. На мой вопрос, а зачем, собственно, Пароник невинно развел руками и ответил:
– Ну так реклама же!
Хихикнув, я развеял плетение, и в торговый зал спустился уже Герой Мардинана, принц Алекс в сопровождении довольного хозяина. Чтобы все обратили на нас внимание, хитрый мастер громко обратился ко мне:
– Надеюсь увидеть вас еще раз в моей лавке, ваше высочество!
– В скором времени зайду непременно, – подыграл я Паронику, краем глаза наблюдая за ошеломленными лицами посетителей и работников лавки.
Ладно, реклама – это вещь нужная. А когда она еще и ничего не стоит, то почему бы не воспользоваться моментом? Уверен, уже завтра вся столица будет знать, где обувается королевская семья, что обеспечит магазину мастера еще больше клиентов и, соответственно, прибыли. И флаг ему в руки!
Выйдя на улицу, я снова накинул маскировку и поспешил во дворец, по пути обдумывая варианты своих действий и их возможных последствий для королевства. Ведь, как ни крути, сейчас от меня многое зависит, потому что я, сам того не желая, превратился в очень важную фигуру на политической арене, игнорировать которую у церковников вряд ли получится. Кстати, а может, они торговаться пришли?
Когда я достиг дворца, стражники в сияющих на солнце доспехах предупредительно распахнули передо мной дверь черного хода. Кивнув им, я вошел во двор, где столкнулся с их командиром. Он при виде меня испытал громадное облегчение и вызвался проводить к брату. Я отказываться не стал и уже через несколько минут входил в один из малых королевских кабинетов, где за столом мирно гоняли чаи церковники в количестве четырех штук и мой брат.
Святые отцы оказались довольно колоритными. Их форма была стандартной – некое серое одеяние типа рясы, причудливо скрещенной с домашним халатом, и серебряный медальон на шее – но вот содержание отличалось большим разнообразием. Первый церковник был маленьким и толстеньким старичком, на его улыбчивом лице, обрамленном седыми локонами, выделялись глаза, про которые поэты могли бы сказать, что они «наполнены мудростью веков». Второй оказался высоким стройным парнем, у которого, судя по миловидному лицу, наверняка от девушек отбоя не было. Однако он уже успел набраться важности, взирал на всех с превосходством и даже в присутствии короля позволил себе с комфортом развалиться в кресле. Как такого вообще пустили в святые отцы, я не понимал, потому что их главным достоинством, как мне кажется, должно являться смирение и кротость, но никак не нахальство.
Третий церковник отвечал всем требованиям и с виду казался образцом примерного святоши. Дородный, с густой черной бородой и одухотворенным лицом, он напоминал православного попа и сразу вызывал симпатию. Вот только пристальный взгляд, которым он уставился на Фариама, портил всю картину. Именно так обычно смотрят цыганки на вокзалах в лица доверчивых лохов, которые в результате за какие-то минуты лишаются всех денег и драгоценностей, а потом еще долго приходят в себя от потрясения. Но Фариам лохом точно не был и, судя по всему, удачно сопротивлялся воздействию непрошеных гипнотизеров.
Последний святой отец был главным. Именно он вел с королем разговор, когда я появился в комнате, именно он находился к Фариаму ближе всех, в так называемой «зоне доверия» (святошам без навыков психологии точно нельзя!), именно он, в отличие от остальных, так же пристально изучил меня в ответ. Поэтому я сразу отметил «главнюка» и подумал, что, если дойдет до конфликта, данного святошу необходимо валить в первую очередь. Почему я после первого беглого осмотра сразу же начал думать о схватке? А это элементарно – присутствующие священники были одаренными. Все до одного!
Ауры церковников были яркими и насыщенными, что позволяло говорить о них как о весьма неплохих магах. Не таких, конечно, как имперские магистры, но уж эльфийским магам они по силе точно не уступали. Про их умения я так сразу ничего конкретного сказать не мог, но мгновенно понял, что угрозу они представляют весьма немаленькую.
– А вот и мой брат! – радостно сказал Фариам и встал с кресла. – Именно он и окажет вам посильную помощь в предстоящем мероприятии, а мне нужно спешить, уж простите.