Шрифт:
Часть I:
ГРОБ
ХРУСТАЛЬНЫЙ
Перед ним гора крутая;
Вкруг неё страна пустая;
Под горою тёмный вход.
Он туда скорей идёт.
Перед ним, во мгле печальной,
Гроб качается хрустальный,
И
Спит царевна вечным сном.
(с) А.С. Пушкин «Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях».
1. Пролог
Персонаж: Мальтис
Место: наземная база
Дата: задолго до рождения Ока
Мальтис был в том возрасте, когда детство, покидая, щедро одаривало на прощанье очаровательной непосредственностью и неутомимой любознательностью, страстью и волей к познанию всего мира, а ещё наивностью, которую легко принять за глупость.
Два дня назад Мальтис напросился помочь новому лаборанту. Нужно было отнести лотки с образцами за оранжерею, в дальнюю часть первого сектора. К слову, разгуливать без дела в этом месте если не воспрещалось, то, по крайней мере, осуждалось.
Мальтису из-за врождённых дефектов мало что поручали, и жизнь его в основном ограничивалась личным боксом. Он оставался пленником базы. Ещё в детстве выяснилось, что его тело не способно наращивать защитный слой, а без него окружающая среда планеты слишком опасна.
Странная бледность Мальтиса порой пугала новоприбывших, как и открытые, незащищённые тёмной плёнкой глаза. Бесцветный гомункул – так называли его за спиной, избегая общения. По этой причине он всегда первым шёл на контакт: вклинивался в беседу, высказывая своё мнение, или напрашивался помочь, как два дня назад. В этот раз ему выпал счастливый случай, если можно так сказать.
Время от времени сотрудники базы менялись: кто-то умирал, кто-то отправлялся на другой объект, освободившиеся места занимали новые люди. Чаще других мелькали лаборанты. Запоминать их имена и наружность уже давно стало казаться Мальтису напрасным трудом.
«…Лаборант в сером комбинезоне старался свести разговор на нет, как бы Мальтис ни пытался найти подходящую тему. Так продолжалось, пока дверь нужного бокса не отъехала в сторону с привычным шорохом. Внутри оказалось обыденно и скучно, Мальтис разочарованно выдохнул. Монохромная палитра от тёмно-серого до белого, почти прозрачного цвета, нагоняла тоску. Вдоль одной стены тянулась широкая столешница, а над ней виднелись ряды плотно заставленных полок. Непроницаемые контейнеры с персональными метками стояли повсюду. А напротив входа мерцала многофункциональная панель. Кинеграфическое 1 изображение на ней загораживала спина тучного мужчины в оранжевом комбинезоне.
1
Кинеграфика – создание многомерных движущихся изображений, которые, вне зависимости от угла зрения, сохраняют свою диспозицию по отношению к смотрящему. Допускается создание
Войдя в бокс, лаборант поздоровался с толстяком и принялся выкладывать принесённые лотки на свободный край столешницы. Мальтис решил тоже поприветствовать оранжевую спину. В ответ мужчина махнул рукой, даже не взглянув в его сторону. Лаборант быстро разложил образцы из лотков в контейнеры на полках, а затем, пожелав успехов в работе, умчался прочь.
Мальтис уходить не собирался. Всё искал причину остаться и завязать разговор теперь уже с учёным. Но «оранжевая спина» совсем не замечала его присутствия.
Внезапно в бокс, едва не сломав дверь, ворвалась девушка с асимметричной стрижкой. Не глядя на Мальтиса, почти слившегося с блёклым тоном стен, она пролетела мимо как ураган, схватила тучного мужчину за рукав и несколько раз дёрнула.
– Папуля! Это потрясающе! – воскликнула она.
– Рад за тебя, – отозвался учёный и, нехотя оторвавшись от работы, повернулся лицом к двери.
Увидев толстые щёки и расплющенный по лицу широкий нос, Мальтис едва не рассмеялся в голос. Эдакий мужичок-пухлячок. Ни его имени, ни должности Мальтис не помнил. Судя по знаку с левой стороны груди, какой-то учёный-естествоиспытатель. Но тут на глаза попалась яркая отметка на рукаве комбинезона ураганной девушки.
– У тебя лётная нашивка?! Ты можешь выходить во внешний мир?! – восторженно выкрикнул Мальтис.
– Конечно. Мне же пятнадцать. Я три года на внешнем периметре… – с насмешкой в голосе ответила она и запнулась, взглянув на заговорившего с ней юношу. Следом на него уставился и папа-учёный. Мальтис привык, что на него все таращатся, но всё равно не очень приятно. Отец и дочь переглянулись.
– Мне шестнадцать, – начал Мальтис, но закончить ему не дали.
– Леночка, ну что ты такое говоришь. Ты же картограф. Не путай молодого человека. Ты ведь никогда не была за пределами базы. Только обрабатывала информацию с дронов, – учёный сдавленно рассмеялся.
– Ах… да, ну-у… – девушка замялась, не находя, что сказать. – Я наблюдатель? Папа, послезавтра ты …
Тут учёный одёрнул дочь, но было поздно. Мальтис уже заинтересовался должностью «наблюдателя», засыпая вопросами. Лена начала было отвечать, но отец в очередной раз осадил её порыв.
– Тебе пора идти, готовиться к… ну, ты сама знаешь, к чему. Мне работать надо, – сказал он, выталкивая дочь вон. – А… эм… тебе тоже пора? У тебя ведь есть чем заняться?
– Нет, нечем. Я абсолютно свободен, – ответил Мальтис, глядя на него широко открытыми глазами. – Я могу работать наблюдателем? Для этого нужно разрешение опекуна?
Услышав последнее слово, учёный побледнел. Мальтис не придал этому значения, посчитав отличительной особенностью тех людей, кто много времени проводил во внешнем мире, сумев нарастить тёмный защитный покров.