Гейб
Шрифт:
Взвыла сирена, и все в комнате пришли в готовность.
Холмс коснулся ближайшей панели связи.
— Патруль ящеров подобрался слишком близко к базе, — он поднял твердый прямой взгляд. — Отряд Ада, вы сняты с дежурства. Летите к месту назначения и убейте хищников.
Отправляясь следом за командой, Гейб бросил последний взгляд на Эмерсон. Она наблюдала за ним, вскинув голову, и с мятежным выражением глаз. Да, разумеется, он знал, что должен избегать этой женщины для ее же блага. Но это не означало, что Гейб не сделает все возможное, чтобы защитить ее…нравится ей это или нет.
***
В
Опустив планшет на рабочий стол, Эмерсон принялась изучать результаты последних тестов. Маленькая комнатка в дальнем углу больницы была переоборудована в лабораторию. Эмерсон смотрела на стеклянные пробирки и трубки, заполненные жидкостями различных цветов — растворителями, химикатами, физиологическими жидкостями, кровью. Сегодня она уже попыталась уснуть, но вернулись ночные кошмары. При воспоминании о них у нее участилось сердцебиение. Эмерсон совершенно не хотела всю ночь напролет ворочаться и метаться или — еще хуже — прятаться в ванной, пытаясь спрятаться от воспоминаний.
Схватив шприц с взятым у пациента анализом крови, она перелила содержимое в пустую пробирку. Чтобы блокировать воспоминания, Эмерсон вставила трубку в анализатор и полностью сосредоточилась на приборе. У нее не было никакого права страдать после своего кратковременного столкновения с хищниками. Нет, не когда столь многие пострадали в разы сильнее. Однако ей постоянно слышались хрипы и гортанные рыки ящеров, а удары ощущались будто наяву. И, Господь милосердный, Эмерсон помнила ту боль.
Стекло разбилось.
Задыхаясь, она посмотрела на упавшую пробирку. «Черт возьми».
Всякий раз, сопротивляясь приступам, она делала то, что помогало прогнать дурное. Эмерсон думала о Гейбе. Засунув руку в карман халата, она достала ограненный камень, найденный ею на столе в больнице.
Он был красивым, темно-зеленым. Она покрутила его в пальцах. У нее уже собралась самая настоящая коллекция. Эмерсон находила такие на столе в своей комнате, в больнице, а некоторые — в карманах халата.
Как же она волновалась о Гейбе в тот день, когда он потерял Зика. Между близнецами была связь, не заметить которую невозможно.
Эмерсон всегда тянулась к Гейбу. Сначала из-за интереса к аномальным результатам его анализов. Армия что-то с ним сделала, но Гейб, по своему обыкновению, упорно не желал ничего обсуждать. Вот только тесты не лгали — он был быстрее и сильнее обычного человека, лучше видел и слышал.
Но стоило посмотреть сквозь страх перед неизвестным, и становилось очевидным, что этот бунтарь — лакомый кусочек. С выбритой головой, серебристо-серыми глазами и смуглой кожей, которую хотелось облизывать.
Большую часть времени Эмерсон любила его скрытое кипение. Он не спешил говорить, но если начинал, то делал умные замечания. Так что да, она считала его привлекательным с самой первой встречи.
Гейб отличался ото всех ее прежних мужчин, как небо от земли. Хотя не сказать, что у нее был большой опыт по части отношений. У Эмерсон всегда на первом месте стояла карьера, а безумные
Но ничего общего с тем безумием, какое началось у нее с Гейбом.
Она никогда не думала, что он увидит в ней не только врача — часть команды, поддерживающей отряд.
Пока не умер его брат.
В ту ночь она проснулась с бешено колотящимся сердцем и знала, что в ее комнате кто-то есть.
Эмерсон увидела большую темную тень, а секунду спустя почувствовала запах — насыщенный мускус и сексуальный мужчина — и сразу поняла, что к ней пришел Гейб.
Он не проронил ни слова. Просто наклонился и поцеловал ее. Стоило об этом вспомнить, как Эмерсон задрожала и впилась пальцами в край рабочего стола. Тот поцелуй был жестким и сильным. Затем Гейб сорвал с нее одеяло, раздел донага и заставил кончать от его пальцев и языка, а потом раздвинул ей ноги и начал в нее вколачиваться.
Эмерсон закрыла глаза. Господи, даже сейчас она возбудилась. Он не останавливался до рассвета. К утру она была вялой и истощенной, а Гейб ускользнул, так ничего и не сказав.
И все остальные ночи он делал то же самое.
Эмерсон сжала переносицу. Но она, наконец, призналась самой себе, почему Гейб выворачивал ее наизнанку и оставлял в замешательстве.
Ей хотелось большего. «О, Боже». Эмерсон закрыла глаза. Она хотела большего от Гейба Джексона, и очень сомневалась, что он разделяет ее чувства. Или вообще в состоянии дать ей то, в чем она так нуждается.
«Будь оно все проклято». Опустив руку, Эмерсон снова сосредоточилась на своей работе. Ей нужно было заняться делом.
Услышав тихий звук, она обернулась.
Словно Эмерсон его вызвала, на пороге стоял Гейб, глядя на нее опаляющим взглядом серых глаз.
Глава 5
Гейб не знал, какого черта пришел сюда. Он твердил себе держаться от Эмерсон подальше, но просто…не мог.
Она замерла, глядя на него, такая и опрятная и строгая в своем халате. Наконец, Эмерсон двинулась с места и принялась ощупывать Гейба.
— Ты ранен? — она внимательно осмотрела его броню.
«Твою мать». Он был разгоряченным, потным, и весь провонял кровью хищников. Он не должен здесь находиться. Гейб сорвался на ящерах и убил почти всех в одиночку, пока Рид с Крузом его не оттащили. Маркус снова был вне себя и угрожал выпнуть Гейба из отряда.
Одна мысль об этом кромсала изнутри. Гейб остро нуждался в своей команде. Они были всем, что у него осталось. Они и стоящий перед ним умный красивый доктор.
Она осматривала его.