Гейзер. Дилогия
Шрифт:
— Ну, кого пакуем? — спросил один из них.
— Тебя, — Гейзер с разворота врезал ему ногой в лицо.
— Чего? — только и успел сказать второй, получив не менее жестокий удар в грудную клетку и добивающий по голове.
— Чего, чего? Минус три, — последовал ответ.
Гейзер понимал, что заманить следующих бойцов в дом будет намного сложнее: «Могут и не придти, а если придут, то на стороже, не то, что эти, которые даже автоматы из-за спины не вытащили. Но почему бы и не попробовать?»
Перетащив одного на
— Первый, Первый — это Третий, клиентам стало плохо, надо тащить. Ждем помощь.
После этого Гейзер лег у входа в комнату, изображая поверженного бойца, но сейчас он был расположен лицом к входящим.
В этот раз ждать пришлось минут десять. Тихонечко скрипнула входная дверь, потом наступила тишина. Вдруг в проеме одновременно появились два бойца с пистолетами в руках, на которых темнели глушители. Быстро присев на одно колено, они моментально соорентировались и выстрелили, каждый в свою мишень. Так как ответной реакции не последовало, они не спешили сменить огневую позицию. Но сидеть вечно и ждать, тоже нельзя было.
Один из них встал и, вытянув вперед руку с пистолетом, пошел проверить, в кого же они попали. Второй прикрывал сзади, готовый выстрелить на любое движение. Но среагировать на вдруг ожившего человека рядом с собой он физически был не в состоянии.
Гейзер, схватив поворачивающуюся к нему руку с Береттой, придал ей обратное движение. И стреляющий пистолет, нашел свою мишень — спину стоящего впереди бойца.
Пальцами второй руки он ударил бойца в глаз. Шутки закончились. Кто хотел его убить должен получить адекватный ответ, а уж увечья вообще не в счет. Оставшегося без глаза бойца, парализованного от боли он добил ударом ноги в голову.
— Минус пять. Третья машина не подъехала, значит здесь осталось трое: два водителя и один главный. Вот он мне и нужен, — Гейзер решил действовать быстро, пока первый не вызвал помощь.
Он взял два пистолета, сменил в них обойму и пошел к выходу. На улице уже совсем стемнело и разобрать, кто идет было сложно, и тем более увидеть в руках у него оружие. Воспользовавшись этим обстоятельством, Гейзер побежал навстречу машине, размахивая руками, как бы говоря, что все в порядке. Когда до машины осталось метров пять Гейзер начал стрелять в ее водителя. Вторая машина стояла дальше метрах в десяти, там оставался только водитель. На свою беду он курил, а в темноте огонек превосходно был виден.
«Везет сильнейшему», — подумал Гейзер, отправляя в светящую точку не менее пяти пуль со второй руки. Подбежав к машине, он резко открыл дверь, выставив вперед пистолет.
— Не надо! — покачал дулом Гейзер. — Жить хочешь или идейный?
Вопрос был лишним. Такие как боров не стали бы рисковать жизнью не то, что за идею, но и за большие деньги.
— Значит, сидим, руководим? Ты его хоть вынимал? — ткнул Гейзер в кобуру, висящую на борове. — Рацию отдай!
— Не, да, на, — попытался тот что-то сказать, но рацию протянул.
— Ты Первый?
— Да.
— Есть два варианта, Первый, ты отвечаешь на мои вопросы и я даю тебе шанс выжить. Второй, ты отвечаешь на мои вопросы, но я тебя убиваю. Какой выбираешь?
— Я жить хочу! — четко произнес боров.
— Значит, выбираешь первый вариант. Тогда первый вопрос: кто вы такие?
— Служба безопасности «Золотого Альянса».
— Кто конкретно давал тебе указание?
— Председатель совета директоров, лично.
— Имя?
— Ева Борисовна Вознесенская.
— О! — не удержал удивление Гейзер. — Что надо было сделать?
— Сначала, она сказала, что там есть семейная пара в возрасте, которые нам задолжали и надо было их привезти в головной офис.
— А если бы они отказались?
— Кто бы стал их спрашивать? — удивился боров.
— Что дальше?
— Когда мы потеряли две машины, указание изменили. Надо было их допросить на причастность к этим авариям. Если будет выявлено их участие, то тем более надо их доставить в обязательном порядке.
— Так в чем изменение указаний? — поинтересовался Гейзер.
— При угрозе жизни или появления новых потерь, возможна ликвидация клиентов и возможных свидетелей.
— Где живет Вознесенская?
— У нее отдельно стоящий дом на Якиманке, у набережной.
— Кто охраняет?
— Ее личная охрана. Мы их зовем япошками.
— Сколько их и откуда они взялись?
— Человек десять. Да мы и не считали. Они все похожи, на одно лицо кроме их главного, который покрупней и постарше. Обычно с ней ходят двое-трое, но все они живут в ее доме. Нам сказали, что они из элитных частей Японии. Их специально отбирают и воспитывают с детства по особым программам. Насколько я слышал, они не чувствительны к любой боли.
— Вполне может быть, — задумался Гейзер, — я слышал про остров в Тихом океане. Был там?
— Нет. Это строго засекреченный объект. Нас ни разу не брали даже на аэродром, откуда туда летают.
— Точнее?
— Из Шереметьево один.
— Хорошо, дам тебе шанс выжить, как обещал. Если же тебе это удастся, то мой совет, забирай всех своих и отсидитесь где-нибудь день-два. А то вас могут убрать свои, Ева таких ошибок не прощает.
— Я тоже об этом подумал, — боров уже смирился с поражением.