Гимн шута 8

Федотов Антон Сергеевич

— Ты в безопасности, Виктория, — негромко произнес Николай Александрович, продемонстрировав знакомую с детства легкую улыбку.

«Принцесса» кивнула. Вот ее и освободили из логова «дракона». Но рада ли она этому? Вопрос хороший. С одной стороны, она возвращается домой. Это неплохо. Та же ванная комната, в которой легко может уместиться вся квартира Фила — несомненный плюс. С другой стороны, скандалы, интриги, расследования перед голосованием Управления… Тут смотреть нужно. В оба. Просто затем, чтобы вдруг не стать разменной монетой

в общей игре. Недаром же ее отправляли к «мужу» пожить. В целом, происходящее вокруг можно было описать очень подходящим словом «неопределенность». И это давило на нервы.

Под чуть сильнее сжавшимися пальчиками зашелестел пакет. Однако дядя, пусть и испытавший некое удивление в первый момент, уже принял новую реальность. И даже практически не косился на ношу двоюродной племянницы.

— Что-то очень ценное? — поинтересовался безопасник, чуть подавшись вперед к Виктории.

— Да, Николай Александрович, — мягко согласилась «принцесса» тем самым тоном, какой никак не предполагал продолжения доверительной беседы.

«Странная реакция!» — отметил мужчина. Мужчина знал девушку с рождения и не припомнил, чтобы она так «закрывалась». Во всяком случае, не от него.

— Виктория, — негромко начал начальник «спасательной миссии». — Что-то случилось? Я бы мог подобрать хорошего психо…

Девушка улыбнулась. Совсем не той сдержанной улыбочкой, а по-настоящему.

— Думаю, справлюсь, — заверила она. — Кстати, ты когда-нибудь пробовал сырники?

Вопрос сбил с толку. Во всяком случае, Юсупов, занятый оценкой морально-психологического состояния «спасенной», такого ответа не ожидал.

— Это какое-то блюдо? — негромко поинтересовался он.

— Лучшее на свете! — заверила племянница с таким видом, что не поверить ей было решительно невозможно.

Впрочем, предложенная тема куда больше интересовала Николая Александровича в качестве «крючка». Впервые с момента посадки Виктория «ожила». Этим следовало воспользоваться.

— Думаю, наши повара вполне смогут… — начал негромко он.

— Нет, — тут же уверенно покачала головой «принцесса». — Я сама справлюсь. Полагаю, на кухню меня пропустят без проблем?

Девушка мысленно усмехнулась, наблюдая за довольно явной задумчивостью на лице собеседника. Тот явно легких «подколов» в стиле Павла, как говаривал Кроль, не вывозил.

— Николай Александрович, — негромко позвала Виктория минуты две молчания спустя. — Куда мы летим?

Отчего-то привычное обращение «дядя» казалось девушке ныне не слишком подходящим.

Родич приподнял бровь. Вопросительно. Мол, а почему ты спрашиваешь?

Такие вопросы были совершенно не в характере «уралочки». Это ведь дело всякой «черни» знать конечную точку маршрута, как готовить яичницу и откуда в ее шкафу берутся постиранные и поглаженные вещи.

— Мы сменили маршрут пятнадцать минут назад, — объяснила свои сомнения девушка. — Теперь же явно вылетели за границы столицы.

Тут

поспорить было трудно.

— На этажах сейчас небезопасно, — негромко ответил Николай Александрович. — До собрания Управления еще целых две недели. Твоему отцу не хотелось бы, чтобы за это время с тобой что-то произошло.

Виктория удивила родича, понятливо кивнув.

— Безопасность, понимаю, — вздохнула она, и тут же хмыкнула. — Хоть без мешка на голове. И на том спасибо!

Мужчина на миг подумал, что ослышался. Мешок на голове Юсупова?! Да не бывать такому!

— У Волконских очень… своеобразное представление о гостеприимстве.

— Ты себе даже вообразить не можешь! — с таким чувством выдохнула племянница, что безопасник еще более утвердился в мысли, что нужно будет провести психологическое освидетельствование девушки.

Естественно, когда все закончится. Он искренне надеялся, что удачно. Для всех. Потому что ценой ошибки может быть чья-то жизнь. И мужчина искренне надеялся, что не его собственная.

— Я хочу связаться с отцом, — неожиданно сменила тему Виктория.

Николай Александрович только мягко покачал головой.

— Безопасность, — с удивительной смесью отвращения и понимания выдохнула «принцесса», но тут же продолжила перечислять. — Игнат, Павел?..

Вот тут настала очередь мужчины удивиться:

— А причем тут Волконский? — поинтересовался Юсупов аккуратно.

По его данным, «муж» заботился о Виктории в рамках обычной коммерческой сделки.

— Он волноваться будет! — убежденно выдала девица еще один довольно абсурдный тезис.

— Думаешь? — негромко переспросил Николай Александрович.

— Конечно, — без всякого сомнения, кивнула «уралочка». — Он так и сказал: «Ну ты… это… доберешься — позвони!».

Юсуповой без труда удалось передать интонации клановца, который хоть и смог сдержать пожелание «Скатертью дорога!», но не тон.

— Я думаю, что сейчас не лучшее время, — спокойно произнес командир «спасательной миссии».

— И почему же? — поинтересовалась Виктория, скрывая легкое беспокойство.

Ей ответ пришелся не по нраву.

Обычно она вопросов не задавала. Но за последний час, похоже, что-то изменилось. Она без проблем обменялась парой слов с отцом до выезда. Так что же случилось такого, что воевода вдруг стал недоступен? Да и Игнат с Павлом тоже.

— Особая ситуация, — посерьезнел мужчина. — Согласно регламенту руководство клана недоступно для связи. Стандартная процедура.

— И как давно? — тут же задала абсолютно несвойственный ей, но такой правильный в данной ситуации вопрос.

— Со вчерашнего дня.

Настаивать «принцесса» не собиралась. Да и не до того вдруг стало. Глайдер явно «провалился» в посадочную глиссаду.

— Мы прибыли! — сообщил девушке Александр Николаевич, протягивая не слишком модную, но, что куда важнее, теплую куртку.