Гиперкомпенсация
Шрифт:
Еще около полугода я провел дома, не учась и не работая, ведя образ жизни, похожий на тот, что вел до поступления в МИФИ.
Молиться Богу стал гораздо меньше, потому как Он, как мне казалось, толкал меня на действия неосуществимые из-за запрета отца. Молитва, как мне тогда казалось, ничего не могла изменить, а только повышала нервное напряжение и травила душу. Поэтому я постарался оставить ее и подчинить свои действия здравому смыслу.
Мой невроз не проходил. Принесшая временное мощное облегчение попытка слушать голос Бога и следовать своей Судьбе оказалась неудачной. Как неудачный побег
Однако, весной того года я пережил еще одно мощное озарение. Благодаря нижегородскому психотерапевту, к которому я продолжал примерно раз в полгода ездить на консультации, мне под руку попалась популярная книжка по психологии, что-то вроде кратенького учебника жизни… Сейчас я не помню ни автора, ни названия. Не помню, хороша или плоха была книга… Из всей книги мне запомнилась и глубоко поразила меня (настолько, что повлияла на всю мою последующую судьбу) мысль о том, что в жизни, чтобы быть счастливым, не обязательно с кем-то соревноваться, не обязательно быть первым и лучшим. В момент, когда я глубоко осознал это, я почувствовал себя исцелившимся от невроза.
Полным и окончательным исцелением это, конечно, не было. Невроз возвращался во всей своей мощи еще много раз на протяжении лет. Но хотя это не было победой в войне, это было победой в одном из ключевых сражений. Победой, о которой мне до сих пор, через больше чем десять лет, радостно вспоминать. Я чувствовал себя освобожденным. В острые моменты, когда я был на людях, когда страхи усиливались, я повторял про себя формулу «Я ни с кем не соревнуюсь!», и мне становилось легче, страхи отступали.
Я приехал в Нижний Новгород, в Центр неврозов к своему психотерапевту, и заявил, что излечился. И даже выступил перед группой невротиков, проходивших в тот момент психотерапию в Центре, с рассказом о своем излечении.
Все это происходило весной, и я был совсем юн. Казалось, это начало новой, радостной жизни…
***
Однако летом перед вступительными экзаменами в МФТИ фобии опять усилились. Так или иначе, все равно нужно было соревноваться с другими абитуриентами. Однако, на этот раз я не стал приматывать к члену презерватив. И даже, как бы назло своему страху, пошел на экзамен в тонких светлых летних штанах. И скоро пожалел о своей дерзости…
В гудящей от нервного напряжения тишине экзамена страх перед возможным оргазмом съел весь запас моей смелости минут за пятнадцать. Осознание того, что на этот раз я никак не защищен, и если оргазм случится, то сперма точно проступит наружу, и все всё увидят, повергло меня в парализующий ужас. Ничего не соображая, в холодном липком поту, с расплывающимся условием задачи перед глазами я лихорадочно повторял про себя: «Я ни с кем не соревнуюсь! Я ни с кем не соревнуюсь! Я ни с кем не соревнуюсь…», – потом, так же лихорадочно стал молиться первыми пришедшими в голову неумелыми словами… И тут я как будто увидел себя со стороны.
Бледного, потного и дрожащего, парализованного страхом, унизительным из-за сочетания подавляющей личность мерзкой силы с карикатурной мелкостью повода. Вдруг страх сменился возмущением. Злостью на судьбу, которая так унижает, беспросветно мучает меня уже не первый
Поступил, правда, только на платное отделение. Родители, готовы были отдать последнее, лишь бы я учился в заветном физтехе… И все равно ничего не вышло!
Повторилась та же история, что в МИФИ. По мере учебы и приближения сессии фобии страхи стали усиливаться. На занятиях, которые, ко всему прочему, были гораздо интенсивнее и сложнее мифишных, я чувствовал себя некомфортно, а потом и мучительно. По успеваемости был в числе последних. Среди одногруппников друзей не завел.
Начал молиться Богу и снова почувствовал, что Он хочет от меня, чтобы я бросил все и стал писателем. Кое-как, на тройку, сдал осенний коллоквиум, а вот зимней сессии уже испугался. Позвонил домой и снова сказал родителям, что хочу бросить МФТИ и поступать в какой-нибудь гуманитарный вуз.
С родителями тоже все повторилось: уговоры, предостережения, а потом и угрозы. Опять убедили не бросать, а взять академ и попытаться возобновить учебу со следующего года. И снова несколько месяцев я «ничего не делал» (работать из-за невроза я тоже не мог). Целыми днями гулял в одиночестве и молился Богу, пытаясь понять, чего Он хочет от меня, что мне можно и нужно делать, чтобы страхи прошли, и я смог нормально жить?
И только следующей осенью, когда я, восстановившись из академа и проходив на занятия две недели, понял, что учиться в МФТИ по-прежнему не могу и не хочу, родители, наконец, меня отпустили – сказали «поступай куда хочешь!».
***
Опущу следующие два года, которые ушли на то, чтобы понять, куда же я хочу поступить. И вот, наконец, я студент Литературного института! Бог позволил мне встать на правильный путь к писательству! Если раньше целью было вырваться из сценария, навязанного родителями, то сейчас цель была – четко выполнять сценарий, предлагаемый Богом.
От «просто веры в Бога» я перешел к православию. Литературный институт я уже не бросал, а учился и сдавал экзамены. Невроз потихоньку проходил. Перед первой сессией, он, правда, опять обострился. Казалось, история с МИФИ и МФТИ повторится, я опять не справлюсь и брошу учебу. Но потом я решил, что раз уж Бог привел меня сюда, то Он должен помочь мне на экзаменах при условии, что я буду стараться быть праведным. И я старался быть праведным, по мере сил.
Регулярно ходил в храм. Как мог, соблюдал посты. Постоянно про себя молился. Даже честно исповедовался и причащался несколько раз в год. А Бог за это помогал мне на экзаменах. По крайней мере, я успешно все сдавал. Да, не блестяще, да ценой большого нервного напряжения, но, все-таки, сдавал! Казалось, все идет хорошо. Я учился в институте, писал стыдливо-православные рассказы (в смысле, что стыдился своей православности), укреплялся в праведности и вере и, чем православнее становился, тем слабее становился невроз. Казалось, еще немного и вообще все наладится… Однако осенью на втором курсе в моем внутреннем мире разразился очередной кризис…