Гипершторм

Зорич Александр

Сталтех бросил еще две гранаты, проверяя защитное «поле неэвклидовой метрики», как определил его Вырин, на прочность.

Результаты были теми же: гранаты взрывались, поражая сталтеха и автоны отраженной взрывной волной и не причиняя никакого вреда крепости или ее защитникам.

А затем стало ужасающе тихо.

Так тихо, что у Штурмана возникло неприятное ощущение полета на сверхзвуковом лайнере, когда невидимая вата закладывает уши, а во рту становится так сухо, что язык скрипит о небо.

В следующую секунду Юл услышал, как

под землей тяжело гудит и ворочается стальной крот марки «Могера». [1]

…Сталтех клана Минелли погиб спустя четверть часа, полностью выполнив свою задачу — отвлечь внимание защитников Тройки от «Могеры» — подземохода, подбиравшегося к технокрепости змеепоклонников. Подобно своему собрату в живой природе, «Могера» продвигалась через грунт с помощью мощного землеройного механизма, основу которого составляли две лопатообразные лапы.

1

Могера большая, лат. Mogera robusta — самое большое животное семейства кротовых.

Подземоход пропускал землю и глину через себя, формируя из нее плотные цилиндрические брикеты. Эти брикеты грузились на приземистые транспортеры размером с детскую электромашину. Они переправляли грунт к началу подземного хода, которое находилось в районе Второго Радара.

Там земляные брикеты поступали в распоряжение специальной вспомогательной команды из самых молодых сталкеров и ученых-аспирантов. В их задачу входила предельно скрытная утилизация извлеченного грунта. Чтобы средства инструментальной разведки Тройки не обнаружили подкоп раньше времени.

Конечно, будь ход покороче, оборачиваемость транспортеров была бы выше. И тогда подземоход мог бы передвигаться в два, а то и в три раза быстрее. Но главным достоинством подкопа является скрытность. Так что демаскировать факт своих работ стратеги союзных кланов не хотели.

Параллельно с «Могерой» двигался еще один подземоход, «Утюг». Хотя он и имел совершенно другую конструкцию, с функциональной точки зрения «Утюг» являлся полным аналогом «Могеры».

Штурмана весьма впечатлило, когда он узнал, что подземоход «Могера» принадлежит Ордену и является механоидом-симбиотом, который полностью подчинен двум опытным мнемотехникам из команды Гидеона Крамера.

«Утюг» же, подконтрольный ученым из группы Вырина, был обыкновенным примитивом — давно уже укрощенным, лишенным собственного аккумулятора и оттого находившимся в постоянной энергозависимости от своих хозяев.

— Мой алкаш, — усмехался Вырин всякий раз, когда речь заходила об их землерое.

Штурман знал, что именно с помощью своего «алкаша» люди Вырина нарыли в новосибирской Академзоне немало тайных галерей, в которых оборудовали наиболее совершенные подпольные мастерские по вживлению и комплексной настройке самых мощных на сегодня имплантатов. В том числе и боевых, традиционно

пользующихся повышенным спросом у сталкеров Пятизонья.

Вслед за подземоходами к Тройке по свежевырытым туннелям продвигались штурмовые группы «Пламенного Креста» и два десятка «варягов».

— Мой алкаш запросто крошит гранит. И даже железобетон ему не преграда, — хвастал Вырин.

Останки сталтеха Минелли тем временем догорали посреди огромного выжженного пятна среди тех самых невысоких зеленых автонов. Автонов, которые, по мнению Вырина, скрывали люк-ворота в подземный ход.

Сталтех успел опробовать и стены крепости, и защитное поле еще в четырех местах. Но при этом всякий раз терпел неудачу.

Штурман, с азартом наблюдавший за действиями боевой антропоморфной машины, уже почти поверил, что опыты «Уробороса» с генератором пи-волн зашли достаточно далеко и что защитное поле неведомой природы (как его ни называй — «силовым» или «неэвклидовым»!) является первым результатом этих опытов. Также он с тревогой прикидывал, какие еще сюрпризы змеепоклонники готовят для объединенных союзных кланов.

…Что же касается погибшего сталтеха Минелли, то его крупнейшим предсмертным достижением стало разрушение южных ворот. Увы, временное.

Выглядело это так.

Сталтех Минелли бил неимоверно мощными, сверхкороткими импульсами. Воздействие лазерного оружия на металл в подобном режиме нельзя описать словами «режет» или «расплавляет». Каждое попадание десятимегаваттного импульса армганов в ворота было подобно попаданию 100-мм бронебойно-фугасного снаряда.

Точечное воздействие мощнейшего лазерного импульса, мгновенно испаряя металл в сравнительно небольшом объеме, приводило к возникновению в створке ворот сильнейшей волны тепловых деформаций. Которая и причиняла металлу основные повреждения.

Вспышка ярче Солнца.

Оглушительное «Бумм!».

Сноп осколков.

В итоге — пробоина с рваными краями.

Пробоины множились. Какие-то были размером с кулак, другие — с голову. Множились, пока не образовали полноценный пролом.

Но дроид не успел завершить шлифовку своего шедевра — а именно, оплавить острые сколы по периметру дыры для удобства проникновения внутрь технокрепости штурмовой группы, — как стена вокруг ворот вдруг ожила.

Заботливые ветви автонов протянулись к бреши, обдав ее серебрящимися потоками крошечных наноботов.

Под этим живительным душем острые кромки пролома зашевелились и начали стремительно обрастать стальным мхом. А вот уже из мха навстречу друг другу потянулись металлические усики, латая пробоину, словно суровые нити — прореху в рваном сукне.

— Черт возьми, — потрясенно прошипел Вырин, судорожно вцепившись в локоть Рекса Минелли. Последний мрачно взирал, как буквально на глазах исчезают плоды отменной работы его дроида.

Сталтех открыл огонь по штопающим пролом автонам. Но с таким же успехом он мог палить из пистолета в кисель.