Гитлер против СССР
Шрифт:
Самую суть, «сокровенный смысл» германской, особенно прусской, истории, по представлению национал-социалистов, составляет «идея вождя» и «его приближенных». «Вождь» высоко талантлив, управляет единолично и диктаторски, в противоположность чисто династическому или чисто демократическому правителю, и является воплощением и центром кристаллизации германской расовой силы, германской нравственности и способности, германской миссии и германской мощи на протяжении всей истории последнего тысячелетия; это подлинный и единственный оплот великой германской «государственной идеи» («Европейско-Германской империи»). Во все те моменты, когда Германией правили такие цезаристско-монархические вожди со своими глубоко преданными «приближенными», страна неизменно была великой, могучей, неуклонно шествующей по пути к империи. И, наоборот, когда вместо персонального цезаризма
Первым «вождем» был саксонский князь Видукинд, противник христианского короля Карла Великого. Его продолжателями были Генрих Лев, Фридрих Бранденбургский — создатель Пруссии, Фридрих Великий и, в иной форме, Бисмарк. Последним германским «вождем», здравствующим и поныне, является Гитлер, создавший самодержавное имперское национал-социалистское княжество и правящий, подобно своим предшественникам, лично и абсолютно в силу мифической расовой миссии. Именно он является, согласно этой теории, непосредственным носителем исторической преемственности, законным наследником древних германских князей и основателей Пруссии, а государство есть, следовательно, не что иное, как личная, а быть может, и династическая монархия. [6] Вся власть исходит только от Гитлера и принадлежит только ему, а вовсе не какой-либо особой организации или движению. Это он — пожизненный выборный монарх Германии, а национал-социализм, партия, СА существуют и действуют не сами по себе, а как его орудия.
6
Розенберг также сформулировал постулат прямой исторической преемственности власти Гитлера по другому случаю (Лекция «Борьба за идеологию» — «Weltanschauung») в следующей форме: «Ныне, в конце тысячелетия, мы утверждаем, что если князь Видукинд потерпел поражение в восьмом столетии, то в двадцатом столетии он восторжествует в лице Адольфа Гитлера».
Однако Гитлер смертен, а система национал-социализма вводится отныне на века. Нужно поэтому найти перманентную форму, новую государственную организацию такого типа, которая конституционно, раз и навсегда, установила бы режим монархического государства во главе с «вождем», в отличие от всякой иной государственной формы или политического устройства.
Нужно узаконить новую систему управления, по которой, подразумевается, будут отныне править Гитлер и его преемники. Это не должна быть ни в коем случае ни монархия, ни республика: ведь обе эти формы были присущи в прошлом покоренной, смирившейся Германии.
Ныне, якобы знаменуя перелом в нашей эпохе, в историю Германии должна войти, покончив с временным государственным устройством, возникшим после прихода Гитлера к власти, новая форма правления; имя ей «Национал-социалистский орден».
Идея ордена это «завершение» идеи «вождя». Вокруг «вождя» Гитлера должен быть образован новый тайный совет избранных, который станет преемником всего национал-социалистского движения. Это будет узкая, изолированная, подчиненная лично Гитлеру, иерархия непосредственных его «приближенных». И этот-то орден (испытанных за последние годы борьбы рыцарей и паладинов) во главе с самим Гитлером в качестве «великого магистра» (фюрера) и явится правительством Германии. Он — лучшее воплощение национал-социалистской системы и всей германской расовой теории. Фюрер национал-социалистского ордена, Гитлер, точно так же, как его преемники, является в то же время органически государственным вождем (Staatsfuhrer des Deutschen Reichs), абсолютным и несменяемым. Члены ордена — рыцари, назначаемые им согласно специальным принципам, а впоследствии подготовляемые к этому званию с юности, — являются лидерами государственной администрации, армии, СС и СА, молодежи, всех корпораций, крупных организаций и т. д.; они ответственны только перед вождем или его рыцарями-командорами и правят от имени фюрера остальным национал-социалистским движением как низшей массовой системой (народом).
Прежняя национал-социалистская партия, насчитывающая миллионы членов, со всеми ее разветвлениями и организациями, становится,
Остается открытым только один вопрос, вопрос о том, будет ли преемник Гитлера назван им самим при жизни как его «представитель» или он будет избран советом ордена только после смерти Гитлера, согласно его завещанию. Возможно, что это будет позднее решено самим Гитлером. Это решение будет тогда иметь силу закона в течение столетий.
Это, однако, лишь второстепенный момент: непосредственной задачей нового режима и конституционной реформы в Германии остается только образование «ордена-государства».
В чем же заключается смысл всего этого чудовищного бреда, звучащего как эхо феодальной романтики или как вымысел Честертона, [7] этой невероятной фантазии, предлагающей ввести в Германии середины XX столетия конституцию государства раннего средневековья? Это — в высшей степени хитроумная политическая комбинация, это — большой маневр триумвирата. Триумвират должен был его сделать. Аристократическое кастовое государство, которое создавала эта группа, было уже почти готово. Но этому государству угрожали экспроприированные и угнетенные массы, и оно нуждалось теперь во что бы то ни стало в фиксации тем или иным путем внешней политической формы. Государству были необходимы: твердая структура, законность и вытекающие из них добавочные средства физического и идеологического господства.
7
Честертон — популярный в Англии писатель. Мастерски пользуясь фантастическими построениями, он во многих своих произведениях («Наполеон из Ноттингхилла», «Перелетный кабак», «Новый Дон-Кихот» и др.) вносит в обстановку современной Англии романтику и «реальность» средневековья. — Прим. редактора.
Существовала только одна внешняя форма, в которую могла облечься система эксплоатирующей, деспотической аристократии; этой формой была империя. Существовал только один законный глава такого государства — самодержавный император, стоящий во главе привилегированных каст, олицетворяющий их своей персоной и правящий как их избранник низшей частью нации. Существовала также лишь одна форма политической исполнительной власти, административного управления в этом государстве — старая феодальная форма наследственной знати. Это рыцари, которые защищают интересы привилегированных каст и служат императору!
Таков невероятный проект «Германского ордена-государства», проект до мелочей разработанный Розенбергом и с энтузиазмом принятый Гитлером. Проект являлся строго логическим завершением пути, пройденного национал-социалистскими лидерами, которые, начав свою деятельность как ораторы лавочников, неизбежно должны были кончить объявлением империи. И вот почему попал в точку именно Розенберг, этот архаический гений, который мог бы выйти непосредственно из баронского замка XIV столетия. Розенберг происходит из Ревеля, старого города Ордена ливонских рыцарей, и «миф германской истории» для него то же самое, что воздушный флот для Геринга или пропаганда для Геббельса. Он придумал нечто такое, что было наиболее настоятельно необходимо в тот момент — новую законную форму, овеянную величественным и мистическим романтизмом, столь привлекательным для фашистских юнцов и простаков. Новые тевтонские рыцари — вот «историческое» название, найденное для образующейся в Германии гитлеровской аристократической касты. «Вождь» Розенберга это только синоним «фюрера», а фюрер это и есть новый император. План ордена добавлял последнее недостающее во всей системе звено — верхушку.
Этот план отметал раз навсегда идею государства СА и узаконивал одним росчерком пера социальный переворот против мелкой буржуазии и рабочего класса. Господин Розенберг оказался очень современным мыслителем. Фашизм, представлявший до сих пор плохо замаскированное смешение всевозможных трудно сочетаемых лоскутьев и отбросов корпоративизма, цезаризма, бонапартизма, монархизма, военной диктатуры и даже теократизма (в католических странах), нашел здесь, наконец, свою безукоризненно ему соответствующую фундаментальную форму государства — олигархический деспотизм.