Гладиатор поневоле
Шрифт:
– Арена! Ненавижу… Пошли, я готов! – Слава мягко отстранил Леру, вскочил на ноги, подхватил мечи. – Я готов!
Против них на этот раз выпустили пять мохнатых пауков, каждый размером с холодильник. (Гексаны. Паукообразные. Планета Шшаран. Ядовиты. Бьются клешнями и выбрасывают липкую паутину. Очень опасны. Уничтожать органы зрения. Нервный центр, управляющий движением – на головогруди, между первой и второй парой лап. Невероятно живучи.).
С этими существами Славе и Лере пришлось попотеть – в буквальном смысле слова. Они бегали по арене, спасаясь от ядовитых гадов, постепенно, одного за одним, уничтожали человекопауков. Плохо было то, что Лера до сих пор до ужаса боялась пауков, как и многие из женщин. Она просто визжала
Наконец бой закончился. Запыхавшись, обжегшись желтыми каплями яда, красные от прилипшей едкой паутины гладиаторы отправились в комнату отдыха.
Халкор был счастлив, тренер не удержался и сказал, что хозяин очень доволен крупным выигрышем, сегодня они отработали свою стоимость пять раз!
Слава был совершенно «счастлив», о чем и сказал тренеру с максимальной степенью искренности, на которую оказался способен. Видимо, искренность перла у него изо всех щелей, потому что Халкора перекосило, и его лицо стало похоже на маску какого-то африканского божка-упыря.
Залечивание ран заняло около часа – эта пауковая пакость въелась глубоко в тела бойцов, потому пришлось довольно долго вымывать яд и заживлять то, что осталось. Погрузились во флаер только через час, когда их как следует вылечили, умастили гелями и притираниями, – они были ценным имуществом, а рачительный хозяин заботится о ценном имуществе.
Халкор и два охранника отправились с ними. Флаер оказался другим – теперь они вылетели на легкобронированном аппарате, вооруженном корабельными лучеметами.
Слава подозревал, что у Агарлока не все в порядке, – похоже, хозяин сумел испортить отношения с несколькими довольно влиятельными кланами, в том числе и со своим постоянным покупателем, который забрал последнюю партию рабов. Сильмара, перед тем как уволиться, успела рассказать Славе о том, как Агарлок продавал его «коллег».
Зачем она это сделала? Кто ее знает… Он сам не понимал. Может, хотела как-то отблагодарить Славу, помня, что тот обещал убить всех, кто измывался над его подругой, – все-таки она тоже женщина, то ли наоборот, показывала, где находятся его товарищи, чтобы помочь их спасти, – разум инопланетников был отличен от разума простого землянина – то, что ему казалось ужасным и отвратительным, для них было в порядке вещей.
Сильмара исчезла из их жизни, Слава думал, что навсегда. Ее слова про пять миллионов кредитов, которые женщина пообещала каким-то там рабам, он не воспринимал всерьез. Рабам ни к чему деньги.
Лететь оставалось недолго, но неожиданно Халкор сообщил, что они отправятся не на Базу, а в соседний город – пока информация о беспроигрышных бойцах не разошлась по планете, требовалось снять сливки – на темных лошадках, выставляемых против сильных и опытных бойцов, можно было хорошо нажиться. Потому-то они сейчас полетят в южное полушарие, что займет часа три. По большому счету Славе было все равно, куда лететь, да и по сравнению с тренировками выступление на арене не так уж его и утомило. Если месяцами каждый день по двенадцать часов подряд делать практически то же самое – три-четыре боя покажутся совсем легким делом.
Рука Леры успокаивающе лежала у него на колене, и Слава закрыл глаза, обдумывая, что с ним случилось перед выходом на арену. Складывалось впечатление, что его душа вышла из тела, как у людей, испытавших клиническую смерть. Он раньше не верил в эти рассказы, хотя читать о подобном было очень интересно – тем более что некоторые, побывав в состоянии клинической смерти, получали особые способности –
Слава придерживался версии, что люди, видевшие всякие тоннели и полеты, просто погружались в видения умирающего мозга, и все. Он был материалистом до глубины души и не особенно верил в божественные сущности и жизнь после смерти. Таковым остался и до сих пор, оказавшись рабом на чужой планете. Слава всегда спрашивал тех, кто говорил, что Бог всеведущ и любит людей – где был Бог, когда людей сжигали в Освенциме?
Теперь Слава тоже не верил во что-то божественное и, обдумывая происшедшее, исходил из того, что видел, или ему казалось, что видел.
Итак: вокруг была тьма, наполненная светящимися нитями, летящими между сгустками светлячков, – он заметил их и вдалеке, и вблизи. Эти сгустки светились, в них перемещались огоньки и нити, сгустки обменивались ими друг с другом. Что это было? Об этом можно было узнать только одним способом – снова попробовав погрузиться в транс.
Слава расслабился, глаза у него были закрыты, ничто не отвлекало от мыслей. Он уходил все глубже и глубже в себя, концентрируясь и прислушиваясь к окружающему, пока не стал ощущать что-то, похожее на то пространство, в котором он случайно оказался перед выходом на арену. Для этого пришлось отбросить все мысли и очень сосредоточиться на себе самом, как бы уйти внутрь себя, закрыться оболочкой-скорлупой от всего мира. Тут было тихо, темно, светились сгустки светлячков, пространство наполнялось мельканием нитей, хаотически перемещающихся во всех направлениях.
На этот раз Слава постарался удержать контроль над собой и свою личность, ощущаемую им как сгусток-светляк, он как будто видел себя со стороны и очень удивлялся – надо же, он на самом деле тоже сгусток светлячков! Вячеслав задумался – получалось, что он видит процессы, происходящие в мозгу живых существ, как светлячки и нити? Но живых существ тут было только пятеро – они с Лерой и Халкор с охранниками. Почему же он видел множество сгустков? И до него дошло – это компьютеры, это другие сложные механизмы, в которых протекают процессы обмена информацией, – вот это он и воспринимал в виде летящих нитей. Пакет информации – нить. Светлячок – ячейка, где информация хранится. Вот эти небольшие ручейки и жилы с пульсирующим внутри светом – энергетические каналы, по которым идут питание и информация.
Слава взлетел над собой, над тем местом, где отдыхало его тело, и увидел, как на уровне головы сгусток светлячков посылает и принимает нити от другого светлячка, который находится напротив него. Восстановил в памяти расположение тех, кто находился во флаере: перед ним сидел Халкор, по бокам – охранники, справа – Лера. В кармане Халкора находился пульт, который управлял их контроллерами. Вот с ним и обменивались информацией эти мерзкие штуки. Слава «завис» над Халкором и смотрел, как нити деловито ныряли туда и обратно. Потом спустился вниз, к сгустку-пульту, и, подчиняясь интуитивному знанию, втянул в себя светлячков из сгустка. Сгусток потух, нити перестали метаться туда-сюда, а Слава пришел в восторг, от которого чуть не вылетел из дубль-пространства (так он для себя его назвал). Итак, он может остановить прибор, высосав из него энергию! Подлетев к своему телу и к Лере, проделал то же самое с контроллерами. И, кстати, ему даже стало получше, он напился энергии и немножко опьянел от нее. Подумал – надо осторожнее, эдак можно напороться на информационные излучения и лопнуть. Или взорваться. Оглянулся по сторонам – пришла мысль: а если остановить флаер? Сможет? Он тут же отбросил мысль как безумную – ну остановит, и что? Грохнуться с высоты нескольких десятков километров, на скорости, в несколько раз превышающей звуковую, – вот приключение! Только на фига ему это?