Гладиатор
Шрифт:
22
Машина тут же быстро скрылась,
Восьмой главы исчерпав часть,
Судьба опять не возмутилась,
Забыв всю жизненную страсть.
Я видел смерти злую власть
Под хохот призрачной вселенной,
Она карала нас, смеясь,
Где жизнь была для нас презренной.
23
Анастасия.... Боже мой!
Она лежит и еле дышит,
Струится кровь по мостовой,
И сердце боль уже не
Душе подняться нужно выше,
Чтоб ощутить судьбы итог,
Чтоб дух предать заветной нише,
Но ангел смерти изнемог.
24
Она жива, жива, для смерти
Ещё не пробил в жизни час,
Вы жизнью боль души измерьте
Меж сбитых смертью тихих фраз.
Реанимация....... Сейчас
Наркотик плоти даст истому,
Её шприц мягкий в этот раз
Предаст в услужливую кому....
25
Когда ж, ликуя, дух освободиться
Из плоти пагубных темниц,
Когда его взмах крыльев распрямится,
Не ведая физических границ...?
Но всё же во время чуть-чуть остывший шприц
Ласкает промедолом тело,
И боль уходит из ресниц,
Не доведя жизнь до предела.
26
Часы идут, хирург усталый
Берёт то скальпель, то зажим,
Да случай право не бывалый.
Страх смерти в жизни вечный сын,
Такое не случалось с ним,
Чтоб тело так могло терпеть,
Плоть под стремительный нажим
Могла уж трижды умереть.
27
А где мой Ян? Ещё не знает...?
Да нет, мой друг, уж мчится он,
В нём сердце дико замирает,
И просыпается дракон.
В больнице гул со всех сторон
Страшится денежных затрат,
Мой Ян не слышит этот звон,
Забыв набросить здесь халат,
28
Он рвётся в запертую дверь.
Жизнь без неё кромешный ад.
Попробуй боль его измерь,
Смерть завершает променад.
В душе беснуется набат
Крик боли.... Гул.... Колокола!
В мгновенье это рот зажат,
В миг вера в счастье умерла.
29
Так шли часы, как верный пёс,
Он ждал известье из-за двери,
Он мог бы смерти всякий взнос
Внести уже в конце недели.
Владыка мрачных подземелий,
Та дама с острою косой
Порой стреляет мимо цели
Своею дряхлою рукой.
30
Я б сбросил с лир её оковы,
Вернув отверженных поэтов,
Их воскресив строками снова,
Среди открытий и запретов.
Но нет в театр смертей билетов,
На
Среди молчанья и советов
Кто в смерть войдёт здесь как поэт?
31
Проходит день за ним другой,
Она жива, но плоть блуждает в коме.
Мой Ян, ты сам себе чужой,
Едва ли вспомнишь здесь о доме.
Чего уж ждать от этой боли,
Страданье в жизни лишь закон,
Дух во плоти всегда в неволе,
Он здесь утратой ослеплён....
32
Что ж в ожиданье дух всегда томится,
Он ярко чувствует в себе добро и зло,
И вряд ли это может долго длиться
И грызть уставшее нутро.
Так быть наверно не должно,
Пора бы небу силой поделиться,
Быть в вечном страхе не смешно,
Дух должен снова возродиться.
33
Он должен возродится.... Всё же
Душа в судьбе потребует обман,
Ложь духу истины дороже,
Когда он встанет от удара сам.
Здесь волю страхам новым я не дам,
Они не чтят удачу производства,
Дух принимал восторженный Коран,
Где красоту не ждал впредь от уродства.
34
В глухих трущобах мирозданья
Дух воскрешал убитые сердца,
Включив в груди резервы испытанья,
Он доводил дела все до конца.
Вот и сейчас Ян вспоминал отца,
Который не был никогда героем,
Он жил всегда для красного словца
И промышлял бесчувственным разбоем.
35
Вдруг.... Тсс.... Быть может это голод,
Галлюцинаций променад?
В конечности врывался слабый холод,
Ян не страшился его лат.
Постой, он может и не враг.
Хлад не стремит прибрать всё тело,
Он подаёт здесь Яну знак,
Но как-то вяло и не смело.
36
Уж ночь, блуждая по палатам,
Меж коек задувает сны,
Она не слишком виновата,
Во снах теряются мечты.
Пройдя сестринские посты,
Ночь погружается в раздумье....
Читатель мой, не дремлешь ты,
Готов меж строчек посетить безумье?
37
Да, да.... Вот и она....
Плывёт по тёмным коридорам,
Рукой касается стекла
Всё тем же дьявольским узором.
Вдруг страхи стен бегут по норам,
Нечёткий свет касается лица
Холодным потом прилипает к порам,
Ян в тени узнаёт отца.
38
Он поседел, утратив солнца свет,