Гладиаторы
Шрифт:
Обернувшись, Лоскутов растеряно покосился на него, но потом, посмотрев на собаку, решительно распахнул командирский люк. Через десять минут, весь имевшийся в наличии личный состав погрузился в машины, и колонна стремительно понеслась в сторону города. Это было впервые, когда генерал Лоскутов увидел действие сработанной пары своими глазами. Едва колонна подъехала к развалинам города, как Рой принялся скулить и вертеться, всем своим видом выражая беспокойство.
Услышав команду Матвея остановиться, генерал тут же продублировал её и, развернувшись,
– Где они, дружище?
Обойдя БТР, Рой насторожено принюхался и, бросив взгляд через плечо, уверенно ответил:
– От большой трубы, до железной кучи.
Передав его слова генералу, Матвей по привычке двинулся вперёд, но внимательно следивший за ним Лоскутов, тут же приказал ему вернуться обратно к машине. Достав из БТРа полевой телефон, генерал быстро подсоединил его к спрятанному в кустах разъёму и, связавшись с батареей, выдал координаты.
Обстрел напалмовыми снарядами выжег развалины, и сквозь рёв пламени, Матвей с мрачным удовлетворением слушал истошный свист боли сгорающих ксеносов. Дождавшись, когда пламя утихнет, генерал приказал зачистить территорию, и бойцы, развернувшись цепью, медленно двинулись по пепелищу.
Внимательно наблюдавший за ними генерал, взобравшись на броню, не отводил от лица бинокль, до тех пор, пока вся группа не развернулась обратно. Опустив руку, Лоскутов оглянулся на Матвея и, кивнув на Роя, спросил:
– Ещё есть что-нибудь?
– Рой, ты слышишь врагов?
– переадресовал вопрос проводник.
– Мало, - последовал короткий ответ.
– Попрятались, твари, - перевёл Матвей ответ Роя.
– Тогда, подождём. Прикажи… попроси его проконтролировать участок, - приказал генерал, снова поднимая бинокль.
– Ты можешь долго слушать, чтобы найти, где прячется враг?
– осторожно спросил Матвей, присаживаясь перед собакой.
– Ты хочешь, чтобы я нашёл врагов?
– очень правильно переспросил Рой.
– Да.
– Я найду их, - ответил пёс, медленно обходя БТР.
Неожиданно, до Матвея дошло, что Рой ответил ему не в своей обычной, обрывочной манере, а построил предложение правильно. Удивлённо глядя на пса, он так и остался сидеть на корточках, с растерянной физиономией. Между тем, Рой, остановившись в нескольких метрах от броневика, замер, превратившись в изваяние самому себе.
Лёгкий ветерок дул от леса, унося запах гари и напалма в сторону. Подняв лобастую башку, Рой настороженно принюхивался, и чуть шевелил настороженными ушами, являя собой образец здоровой, породистой собаки. Даже Лоскутов, опустив бинокль, с удовольствием любовался этой картинкой.
Наконец, пёс встряхнулся и, обернувшись, решительно сообщил:
– От брошенной маленькой машины, до большой кучи.
Всмотревшись в развалины, Матвей сообразил, о чём он говорит и, повернувшись к генералу, объяснил:
– От разбитой легковушки, до развалин многоэтажки.
Хищно
– Посмотрим, как им наше угощение понравится.
– Что вы имеете в виду?
– не понял Матвей.
– Я приказал обстрелять квадрат осколочными снарядами. После обстрела, произведём зачистку, и вернёмся на базу.
– А почему не зажигалками?
– Хватит их щадить. Пора научить этих поганцев бояться нас, - улыбнулся Лоскутов, но его улыбка больше напоминала волчий оскал.
Всё прошло так, как генерал и планировал. После артобстрела, группа зачистила почти три сотни раненых ксеносов. Матвей давно уже заметил, что любое ранение приводило к полной потере тварей желания драться дальше. И теперь, всаживая пулю за пулей в едва шевелящиеся тела, он вспоминал всё, что успел услышать утром от учёного сухаря.
Не имея централизованного мозга, эти твари отключались, получив любое, даже не очень значительное ранение. Очевидно, рана, вызывала болевой шок всего организма, что заставляло их терять ориентацию в пространстве и желание сражаться. Только однажды, в решительно двигавшуюся цепь был произведён выстрел из лучевика ксеносов.
Стрелял оглушённый, но не раненый пришелец, но к счастью, его выстрел оказался безрезультатным. В ту же секунду, как прозвучало знакомое всем шипение, три десятка стволов выплюнули куски раскалённого свинца, и аморфная туша моментально превратилась в решето.
Первый командующий армии Леобов сидел в своём кресле, в зале совета, и растеряно наблюдал за бегущими по экрану монитора строками, означавшими потери в последней операции. Из восемнадцати спустившихся на планету десантных ботов, вернулось только три. И те, пустые.
Две с половиной тысячи уничтоженных боеособей, и почти полторы тысячи, пропавших без вести. Сигналов с их чипов слежения не поступало, но и на мониторах, их сигналы тоже не отслеживались. Это могло означать, что десантники, опасаясь обнаружения, сами отключили свои передатчики, но могло означать и то, что их уже нет в живых.
Усилием мысли, вызвав проекцию голоэкрана, первый командующий затребовал данные по всем бойцам, находящимся на планете. Трёхмерная карта самого большого континента, где Леобы столкнулись с самым ожесточённым сопротивлением, замерцала слабым сиянием, и первый командующий, неожиданно понял, что все их планы идут прахом.
Живых бойцов, оставшихся на поверхности планеты было не больше нескольких десятков. Получалось, что аборигены, не смотря на разбитые города и уничтоженную индустрию, просто вышибли их со своей планеты. Точнее, из одной её части. Вызвав карту следующего континента, первый командующий несколько оживился.