Глава рода
Шрифт:
Прохладный ветерок налетел из ниоткуда, коснулся обнажённых участков кожи. Душу остро царапнуло беспокойство, стремительно переросло в тревогу.
Пред высшими силами он поклялся любить меня до смерти. Его чувство не взаимно. Правильно ли поступаю?!
Вдохнув полной грудью, я задержала дыхание. Медленно выдохнув вместе с воздухом последние сомнения, твёрдо сказала:
— Да. Я Александра Петровна Апраксина беру в мужья Димитрия Иоанновича Рюриковича. Клянусь хранить ему верность и заботиться.
От
— Ваши клятвы приняты, — неожиданно мощно пророкотал голос неведомого существа. — Брачный союз благословлён и скреплён высшими силами. Отныне вы муж и жена.
От прикосновения чужой энергии по телу пробежала дрожь. Краем сознания отметила, как отяжелел безымянный палец на правой руке. Отмерев, Дима шагнул ко мне. Легонько коснулся губами моих и сразу перестал светиться.
— Ну здравствуй, жена, — шепнул на грани слышимости.
— Привет, муж, — я смущённо улыбнулась.
— Я обещал тебе прогулку, пойдём на воздух? — супруг спрятал мою ладонь в своей.
М-да уж. Ночь у меня и так уже выдалась насыщенная. Но голову проветрить действительно не помешает.
Кивнув, я пошла за Рюриковичем. Уверенно проведя по тёмным, узким коридорам, Дима распахнул деревянную дверь, вывел на улицу. Отпустив руку мужа, посмотрела в небо: на тёмном небосводе мерцала россыпь созвездий.
Довольно улыбнулась. Неожиданно некромант встал предо мной. Заслонив собой красоту, накинул мне на голову капюшон, застегнул верхнюю пуговицу на шубке. Подмигнув, приобнял за талию и повёл…куда-то.
Остановившись неподалёку от края склона, я затаила дыхание: там внизу раскинулось озеро. Берега укутаны снегом, а в неподвижном чернильно-чёрном зеркале воды отражаются звёзды.
Красиво.
Дима стоял рядом. Мы не разговаривали, но молчание не тяготило, напротив, было уютным. Накопленная за эти безумные дни моральная усталость, неспешно отступала. Окончательно расслабившись, я прижалась головой к плечу свежеиспечённого мужа.
— Спасибо, — выдохнула и счастливо улыбнулась.
Дмитрий повернул меня к себе, наклонился, нежно поцеловал.
— Нам пора. Ты озябла, — крепко-крепко прижал к себе и отпустил.
Я наблюдала, как Дмитрий вычерчивает в воздухе сложные символы рун. И ловила себя на том, что где-то внутри формируется смутное беспокойство. Не понимая, что со мной происходит, тряхнула головой.
Нечего себя понапрасну накручивать.
Улыбнувшись некроманту, взялась за его локоть и вошла в призрачный зеленый свет.
Глава 18
Зеленоватое
Домовые поменяли? Но зачем?
Под ложечкой засосало. Тревожный взгляд метнулся на стену: вместо большого окна — узкая бойница. Сомнения разом отпали. Эта спальня не моя, чужая.
— Дима, почему мы не в особняке Апраксиных? — спросила обеспокоенно, поворачиваясь к императору.
Тот молча отошёл. Щёлкнул выключатель, яркий свет резанул по глазам. Проморгавшись, требовательно воззрилась на Рюриковича. С непроницаемым лицом он опустился в роскошное кресло. Закинул ногу за ногу, небрежно поинтересовался:
— Предположения есть?
Внутри всё свернулось в тугой узел, во рту пересохло. Неужели интуиция предупреждала именно об этом? Император меня запрет?!
— Ты же обещал, — выдохнула я, всё ещё не желая верить.
— Люди лгут, — бросил он безразлично.
А я ведь ему поверила…
Лавиной нахлынуло отчаянье. Хотелось завыть от душевной боли и собственной глупости. Глуша рвущийся из горла крик, я закусила губу до крови, вонзила ногти в ладони.
— Ты беспринципная сволочь, — процедила сквозь зубы.
Он смотрел на меня безучастно, покачивал начищенным туфлем. Гнев клокотал, грозил пролиться наружу.
— Это всё? — лениво поинтересовался Дмитрий.
И тут меня накрыло.
— Ненавижу! — заорала я вовсе горло.
Не задумываясь, зачерпнула силы, резко замахнулась. Пламя сорвалось с руки, помчалось в этого лживого подонка. Радостно взревев, огонь жадно накинулся на кресло, скрыв под собой мужчину. В этот же миг поняла, что кто-то стоит за спиной, а предплечья крепко прижаты к телу. Дёрнулась, пытаясь освободиться
— Успокойся, уже всё, — шепнул государь и громче добавил: — Я не собираюсь сажать тебя под замок. Прости, мне надо было тебя разозлить.
— Что? — переспросила, не веря своим ушам.
— Ненависть ко мне, лучшая защита. Для тебя, — тихо сказал он. Разжав бульдожью хватку, обнял. Прижимая спиной к своей груди, ровным тоном попросил: — Посмотри на правую руку.
Убью гада! Сначала послушаю, а потом убью!
С трудом контролируя эмоции, подняла ладонь. На среднем пальце красовался перстень главы рода Апраксиных, а вот на безымянном теперь было два кольца. Но ни одно из них, не узнавала.
— То, что потоньше, я надел тебе при помолвке. Второе обручальное.
— И-и-и? — протянула многообещающе — кровожадно.