Главный противник
Шрифт:
Людей оказалось чуть больше десяти тысяч, из них лишь тысячи три были серьезными бойцами, за которых можно было не опасаться, они и окапываться умели, и стрелять, и не драпанули бы, если бы паукам удалось прорваться через отравленный вал каким-нибудь слишком уж лихим образом. Пернатых собралось тысяч двадцать, но подавляющее их число было из диких, они были плохо вооружены и могли представлять серьезную силу лишь в сочетании с маневром, с возможностью быстро оказаться на месте прорыва пауков и заткнуть его, сражаясь преимущественно холодным оружием. Бакумуров было почти пятьдесят тысяч, но эти были недисциплинированны, делали что хотели,
– Мало у нас сил, – решил Мурат на том конце линии связи и принялся вздыхать. – Пока нет никакой уверенности, что вы удержитесь…
Все собравшиеся офицеры и сами это понимали, но делать было нечего. Поэтому, еще раз потолковав с Достальским, какие районы Зеленой равнины, лежащей перед отравленным валом, следует осмотреть в первую очередь, Антон с Ростиком отправились в полет. Рост выбрал, конечно, Кима, с которым принялся кружить над равниной по другую сторону отравленного вала, но везде увидел одно и то же.
Небольшие группы пауков, которые вырвались вперед, сначала пытались обойти слишком уж плотные скопления насекомых. Потом, когда они уже глубоко врезались между их гнездовьями, насекомые атаковали их, иногда успешно, иногда неуверенно, словно бы даже не атаковали, а скорее пробовали активно защищаться. Пауки тут же принимали бой, и рубка, пальба и просто свалка длились довольно долго, потому что к паукам и к насекомым постоянно прибывало подкрепление. Пару раз эти свалки как начинались поутру, так и не заканчивались до темноты.
Насекомые дрались отлично, куда лучше, чем Рост мог бы ожидать еще вчера, не раз они с Кимом видели, как пауки буквально таяли в их шевелящейся зеленой массе, почти невидимой на фоне травы. Но напор пауков был слишком велик, и, когда подходили новые волны восьминогих чудовищ, даже богомолам приходилось отступать.
Еще богомолам мешало то обстоятельство, что они не умели оказывать поддержку другим роям, но это было бы слишком хорошо, чтобы оказаться правдой, как сказал Ким. Тогда потери пауков могли быть гораздо значительнее, пожалуй, до трети своих солдат они оставили бы в этой мясорубке… Но не оставили. Потому что к исходу дня Рост понял – пауков эта первая преграда почти не задержит, максимум на пару дней. А значит, к третьему дню их следует ждать у отравленного вала, и придется вступать в бой людям с их союзниками. А их было мало, слишком мало, чтобы победить.
– Что ты предлагаешь? – спросил Ким, когда они летели назад, в центральную крепость. – Ведь не выдержим мы с теми силами, которые у нас имеются. Сомнут нас, вырежут…
– Не каркай, – устало отозвался Рост. – Знал бы, как ответить на твой вопрос, неужели промолчал бы?
Вечером опять состоялось совещание, проведенное при коптящих плошках. Их было уже так немного, что помещение, которое Достальский выбрал себе кабинетом, не освещалось даже на треть. Собравшиеся так и сидели в этом сыром, холодном зале, больше похожем на склеп. Пришли к выводу, что хорошо бы людей было раза в два больше, а пернатых раза в три, а бакумуров хотя бы тысяч сто, тогда можно было бы говорить о достойной защите. Но это были только мечты…
Самое обидное заключалось в том, что силы эти, в общем-то, можно было собрать. Но человечеству, быть может, именно потому, что оно слишком долго считалось
С этим и разошлись по комнатам.
Рост задремал, даже не скинув гимнастерку, только стянул с себя доспехи, чтобы натруженные мускулы отдохнули. Он лежал, иногда просыпаясь, вглядываясь в темный потолок над собой, и чувствовал, что не может уснуть, хотя это было необходимо, потому что силы ему непременно нужны, потому что еще много, очень много работы предстояло сделать, да и ожидание атаки пауков – тоже работа…
И вдруг он почувствовал, что в комнате есть кто-то еще. Он покрутил головой, поднялся, зажег масляную плошку. Его комнатушка была так невелика, что в ней едва ли уместилось бы с десяток людей. Каменного литья койка с травяным матрацем, стол, стул, небольшой шкаф без дверцы, в котором он держал доспехи… Нет, не было тут никого. Не привидения же завелись в их крепости?
И когда он снова улегся, то понял, что его рассматривают почти в упор с расстояния меньше метра. Он быстро вытянул руку и… Наткнулся на что-то твердое, почти теплое и живое. Но он видел через это твердое противоположную стенку. Он даже различал колыхание теней, отбрасываемое его плошкой. Он откатился в угол кровати и сел, нащупал свой палаш. Почему он потянулся к палашу, вместо того чтобы выдернуть пистолет, он не знал, но, возможно, именно это спасло ему жизнь.
Он поднял плошку с коптящим фитилем повыше и спросил:
– Кто тут?
Он и не заметил, что говорит на Едином языке. Почему он забыл русский, как ему удалось проснуться, откуда у него взялась уверенность, что ему ответят?..
– Он знает язык, – вдруг прозвучал из ниоткуда легкий, чуть хрипловатый голос.
– Мне он показался смышленей других, почти как… квалик, – отозвался другой, чуть более низкий и уверенный голос. – Только за него не заплатят, как за квалика.
И тогда Ростик сделал самую мудрую вещь на свете, он отвел руку от своего палаша и сказал всего лишь одно слово:
– Л-ру!
В комнате раздался спокойный и уверенный смех. Это был именно смех нескольких сильных, уверенных в себе существ, почти человеческий… Но по-прежнему никого не было видно, только… Да, теперь Рост видел, что шевеление теней от его плошки в углу было каким-то неправильным, словно несколько прозрачных летающих китов совместились, и их стало немного заметно.
– Мы не скажем тебе слово мира, – отозвался низкий голос, – мы еще не уверены, что нам это подходит.
– Кто вы?
– Мы относимся к племени аглоров, – сказал тот же голос. – Мы охотники и воины. Нас послали уничтожить остатки племени аймихо, которые, как нам стало известно, присоединились к вам.
– Я из племени людей, наш город был перенесен сюда, в Полдневье почти семь лет назад…
– Мы это знаем, люд, – отозвалась какая-то женщина. – Неужели ты думаешь, мы бы появились тут, если бы не понимали ситуацию?
– Вы – с пауками? – Ростика на миг бросило в холод, он и не подозревал, что у пауков имеется такое страшное оружие, как команда невидимых, вероятно, чрезвычайно умелых бойцов… Тогда с человечеством все будет кончено, и очень быстро. Командос, которые легко проникали в охраняемую крепость, наверняка сумеют уничтожить весь командный состав и всех аймихо, которые руководят насекомыми и дикими бакумурами, а потом пойдут дальше, в Боловск… Который тоже беззащитен перед ними. – Как вы сюда попали?