Главный противник
Шрифт:
– Ваша крепость не очень хорошо охраняется, – отозвался главный аглор. – Нам даже не пришлось никого убивать.
Рост протер глаза, чтобы хоть что-нибудь увидеть, и сел удобнее, свесив ноги. Потом подпалил еще одну плошку, чтобы света стало побольше. Поправил гимнастерку, дошел до стола, умылся из глиняного тазика, вытерся полотенцем, которое давно следовало бы постирать. Сел на стул и обулся.
– Я готов к переговорам, – сказал он. – Вы аглоры, и вы охотитесь за аймихо. Сколько вас?
– Шестеро, –
– Аймихо не показались мне очень уж простой добычей, неужели… шестерых невидимок хватает, чтобы добить их племя?
– Для тех, кто у них остался, хватило бы двоих-троих наших, – сказала какая-то женщина. – Просто мы все в свое время получили приказ их уничтожить… А приказы не отменяются. Поэтому нас тут так много.
– Покажитесь, – попросил Ростик. – Трудно разговаривать, не зная, кто перед тобой. – Он подумал и добавил: – Меня зовут Рост, я человек.
И произошла удивительная вещь. Воздух… Нет, само пространство каким-то образом распалось, и перед Ростиком оказалась голова. Вокруг нее вился легкий туман, словно невидимый капюшон упал на плечи высокого, за два метра, существа. И Ростик увидел совершенное, почти античной красоты лицо. Правильные человеческие черты, умные жесткие глаза, такие светлые, что в этом неправильном свете видны были лишь зрачки, короткие соломенно-желтые волосы, правильные уши, светлые усы и бородка.
– Я – Бастен-вар-нис, – сказал бородач. – Командир тех, кто оказался тут.
– Ты в… плаще, который делает тебя невидимым? – не очень уверенно спросил Ростик.
– Мы все в плащах, они называются «нузы». Если аглора лишают нузы, он перестает быть членом нашего племени.
– Вы пришли убивать аймихо?.. И нас тоже, ведь они теперь – это мы?
Бастен задумался, его глаза даже стали чуть другими, в них появилось что-то кошачье. И Ростик понял, что у алгоров иное устройство зрения, чем у людей, они могут видеть очень далеко и различать предметы даже в полной темноте.
– Мы думаем, что вели слишком долгую войну с теми, кого собирались убить… – Аглор коротко, по-человечески вздохнул. – Теперь аймихо нет, они влились в ваше племя. Следовательно, они исчезли. А убивать вас… У нас нет такого приказа.
– Вы, должно быть, издалека?
– Мы прошли за ними весь путь.
– Они говорят, что этот путь составлял почти восемьдесят тысяч километров. И вы шли за ними?..
– Мы гнались за ними и убивали тех, кто попадался, – отозвался другой, очень властный женский голос. Потом капюшон еще одной нузы отвалился, и Ростик увидел перед собой то же правильное, изумительно красивое, но и немолодое лицо женщины. Она смотрела на Ростика внимательно, почти презрительно, потому что он казался ей слабым и плохо подготовленным для войны. И все-таки она решила представиться: – Меня зовут Ихи-вара.
– А
Женщина чуть удивилась:
– Мы умеем плавать в воде.
– Но… морские викрамы? Они убивают всех, кто им не нравится!
– Мы умеем сражаться в воде, – отозвалась женщина. – Викрамы попрятались, когда поняли, что нас… – Она чуть обернулась в тот угол, где Ростик уже видел подозрительное шевеление. – …Что нас так много.
– Кто же вы, если… переплыть море для вас… естественно?
– Мы воины, – отозвался Бастен. – Лучшие воины этого мира.
Рост помолчал, подумал.
– Мы можем быть союзниками?
– А что ты можешь нам предложить?
– Нашу дружбу и…
– Вас атакуют комши, скоро вас, наверное, не будет вовсе. Зачем нам дружба мертвецов?
И тогда Ростик сказал другую, весьма непростую фразу. Но она прозвучала спокойно, даже уверенно:
– Мы будем сражаться. Возможно, мы даже победим, потому что пока побеждали всех, с кем воевали тут.
– А что еще вы можете нам предложить? – Бастен, как его там дальше… смотрел на плошку с язычком огня, похоже было, что разговор его совсем не интересовал.
Ростик еще раз очень крепко подумал, разглядывая лицо Ихи-вара. И сказал то, чего совсем не собирался говорить, но искать путь к дружбе с этими невидимками приходилось на ощупь.
– Еще мы умеем любить наших женщин и, должно быть, как следствие, дружим со многими… теми, с кем не воюем. Разумные трехногие и трехрукие полурастения, которые называются тут Шир Гошоды, присоединились к нам, назвав «торговцами жизнью».
– Мы слышали о них, – кивнула женщина. – Почему они вас так назвали?
– У них не очень хорошо… появлялись дети, но они выслали к нам тридцать своих… семей, и дети стали появляться. Им даже понравилось в нашем городе. Хотя… – Рост снова подумал, его голова от перенапряжения буквально трещала. Наконец, он решил не рассказывать, что Ширы в конце концов ушли в свой город из Боловска. – Они решили не сражаться на нашей стороне, но мы считаем их не очень крепкими бойцами, будет лучше, если они останутся в тылу.
– Вы решили сражаться, – протянула женщина, – и у вас рождаются дети…
Тогда Бастен заговорил на каком-то другом, очень певучем и ясном языке. Возможно, он был похож на древнегреческий, Ростик был в этом не уверен, но ощущение подходило к совершенной красоте этих существ и к их невероятной, фантастической способности побеждать.
– То, что вы будете сражаться, – хорошо, – наконец перешел он на Единый. – Так как у нас теперь нет врагов, чтобы убивать… Мы, возможно, присоединимся к вам. – Он улыбнулся одними губами, глаза по-прежнему смотрели холодно и жестко. – Потому что у вас действительно очень сильный противник. Это нам подходит.