Глазами тьмы
Шрифт:
Изображение исчезло резко, без предупреждения, оставив зеркальную поверхность сиять в свете солнечных лучей, проникающих через широкие окна с оборванными портьерами и выбитыми кое-где стеклами. Магия Кары развеялась, выполнив свою задачу.
— Их не могло быть двое! — решительно запротестовал инквизитор в тишине, установившейся в комнате. — Одержимые враждуют между собой!
— Да и грабли обнаружены одни, — задумчиво кивнула Ариана. — По очереди вламываться в дом одержимые не могли, здесь и после первого визита наверняка остались только трупы.
— Тогда что это было?! — воскликнул
Девушка тоже терялась в догадках и не понимала, каким невероятным чудом магия, приложенная к зеркалу, воссоздала смутный образ, хранящийся в ее памяти. Она должна была бы рассказать коллегам о своем прошлом… Но голос неожиданно ей изменил. Сначала образница не могла говорить, а чуть позже сознательно решила молчать. Ничего ведь не случится, если вместе с нынешней преступницей — с ней, Тэйрой — сыскари поищут в городе и другую одержимую? Конечно, существовала небольшая вероятность того, что убийцу родителей уже давно нашли, схватили и подвергли экзорцизму… Однако существовала и менее оптимистичная вероятность.
— Ничего не понимаю, — вздохнула Кара. — Но я уверена в том, что все сделала абсолютно правильно!
— Верю, — кивнул Иден, после чего аккуратно вытащил у Тэйры из-под руки лист бумаги и принялся рассматривать преступниц. Они отличались как день и ночь — светловолосая и темная, высокая и низкая, откровенно сексуальная и просто элегантная. Но ведь в городе сотни женщин, к которым подходят подобные эпитеты!
Инквизитор заглянул сыскарю через плечо и констатировал:
— К сожалению, у тьмы нет лица. Слишком мало информации дают эти образы.
— Мы с Тэйрой сделали все, что могли, — проворчала Кара. — Иден, Риа, теперь дело за вами, придумайте, как поймать одержимых.
— Как, как… Положиться на случай и судьбу! — язвительно заметил сыскарь. — Если не обнаружится случайных свидетелей и допрос соседей ничего не даст, то другого нам не останется.
— Я могу немного дополнить информацию, — впервые за полчаса подала голос Эстер, которая в отличие от остальных не отвлекалась от своего основного занятия и продолжала ворочать и рассматривать трупы. — В данном случае можно сделать вывод, что бесовки вселились в психически неуравновешенных женщин. Возможно, трудное детство, обида на окружающих, неудовлетворенность собственной внешностью. Надо тщательнее проверить прошлое всех подозреваемых и знакомых хозяйки дома. Люди, принявшие одержимость ради достижения какой-то цели и удовлетворения своих запросов, обычно не так жестоки и подсознательно немного сдерживают темную сущность, не дают ей на первых порах так разойтись. А наши фигурантки не просто убивали, они наслаждались самим процессом.
Выслушав экспертку, Тэйра почувствовала, как ее охватывает паника. Перед глазами замелькали смутные воспоминания — размашистые удары граблями, вопли. Неужели она действительно наслаждалась?! Нет! Этого просто не может быть! Образница вновь оказалась на грани истерики. Хотелось кричать, что это не она, хотелось, чтобы ей поверили… Возможно, девушка так бы и поступила, если бы горло не перехватил
— За что?.. — вырвался у нее через несколько мгновений сиплый шепот. Тэйра хотела знать, почему судьба так измывается именно над ней.
Но оказавшийся рядом инквизитор услышал и понял по-своему.
— Для жестокости не бывает оправданий, — посмотрев девушке в глаза, произнес Феликс.
Прочитав в его взгляде смертный приговор виновницам преступления, Тэйра непроизвольно отшатнулась и спряталась за Идена. Она и так боялась крестов и белых одеяний храмовников, но в сочетании с хмурым лицом и высокой фигурой данного конкретного индивида все выглядело еще кошмарнее!
— Да какого беса?! — возмущенно воскликнул Иден. — Фел, прекращай пугать моих сотрудниц своими грозными воспитательными взглядами! В такой обстановке и так у всех нервы сдают! Образница первый раз увидела результат визита одержимых, а тут еще ты ведешь себя ничуть не милосерднее…
— Нашел, с кем меня сравнивать. Спасибо! — неожиданно зло отозвался паладин, показав, что и у него все-таки есть нервы.
— Всегда пожалуйста.
— Да ты!.. — эмоционально начал инквизитор. Он молниеносным движением резко выкинул руку вперед и схватил сыскаря за рубашку на груди. Чуть потянул на себя, но тут же отпустил и отступил на шаг. — Придурок.
— Я, по крайней мере, не кидаюсь душить людей за два вежливых слова, — иронично, одним уголком губ, усмехнулся Иден и потер сзади шею.
— Извини, довел, — буркнул Феликс ин Гебор и опустил взгляд в пол, словно смиряясь. Однако напряженные плечи свидетельствовали о том, что он отнюдь не успокоился и говорит не то, что чувствует. Под тонкой тканью белой туники явственно проступили мышцы. Это доказательство огромной физической силы вкупе с только что продемонстрированным умением неожиданно атаковать заставили попятиться даже Риа и Кару. Инквизитор казался им чужим и непонятным, они не взялись бы предугадать его действия и реакции.
— Учтите, что мне трупов для изучения и без вас хватит, — вновь подала голос Эстер в наступившей тишине. — Хотите бить или душить друг друга — милости прошу дойти до соседнего квартала, чтобы расследование поручили другой группе.
— Дорогая, ты жестока! — провозгласил Иден, картинно схватившись за грудь.
— Сердце еще левее и чуть ниже, — взглянув на начальника, спокойно прокомментировала девушка. — Или ты хочешь сказать, что я разбиваю тебе не сердце, а бронхи?
— Ты терзаешь мне душу, — подмигнул Иден.
— А от нее еще что-то осталось после всех твоих подружек? — подхватив его легкомысленный тон, осведомилась Эстер, чтобы разрядить обстановку.
— Да сколько их было?..
— Ну да. Мы с девочками сбились на третьем десятке.
— Только давай без проповедей о скромности и пользе воздержания, — почему-то посмотрел сыскарь на инквизитора, хотя тот молчал и ничем его больше не задевал. — Надеюсь, ты знаешь, что с людьми можно просто общаться, получая удовольствие. А не молчаливо пугать немигающим взглядом, словно подозреваешь собеседника во всех смертных грехах. Кстати, ты женат?