Глазами тьмы
Шрифт:
— Эй, красотка! — позвал сыскарь разносчицу и окинул ее фигуру одобрительным взглядом. — Нам бы сделать заказ.
— Хоть при нас мог бы не флиртовать, — поджала губы Ариана.
— Да я просто позвал! Не сердитесь, вы у меня все равно лучше всех!
— Подхалим, — фыркнула Эстер.
— Что будете заказывать? — поинтересовалась разносчица, глядя только на симпатичного улыбчивого сыскаря.
— Романтическая прогулка под молодой да ранней луной в меню присутствует?
— Могу поискать, — кокетливо заулыбалась в ответ девушка, потеребив край короткого передника.
Ариана, не выдержав, с силой
— А нам что-нибудь посущественнее, — заявила она. — Мы не привыкли довольствоваться лунным светом, кашу какую-нибудь неси.
— На выбор есть только отварной или обжаренный картофель с зеленью и котлеты, — неприязненно посмотрела на брюнетку разносчица. — Будете? Вы жена?
— Коллега по работе, у нас деловая поездка, — с вызовом сообщила Риа.
— Неси картофель, дорогая, — попросил Иден и примирительно положил руку на запястье сотрудницы. — И эль для меня.
— Мне травяной чай к еде, — вмешался Феликс.
Девушки согласились с инквизитором в выборе питья и быстро сошлись во мнении, что картофель хотят получить в отварном виде. Мужчины предпочли зажаренный, и разносчица убежала.
— Зачем она тебе? — утомленно поинтересовался у сыскаря Феликс.
— Я просто был вежлив и улучшил девочке настроение коротким флиртом, — пожал плечами Иден. — Да вы что все, ревнуете?
— Только не я, — открестился паладин. — Но неужели ты ничего вокруг не замечаешь?
— А что должен замечать? — раздраженно поинтересовался сыскарь, у которого, по-видимому, все больше и больше портилось настроение от нравоучений, лицо застыло, как восковая маска. Впрочем, при свете лампад в гостинице с самого начала стало ясно, что он, похоже, сильно устал и чувствует себя не лучшим образом. Дорога и прошлая бессонная ночь с утренним метанием по лесу в поисках пропавших подкосили всех.
— Да так… Не мне об этом говорить, — заявил Феликс.
— Вот и молчи!
Паладин неодобрительно покачал головой и не стал продолжать спор. Разное у них с сыскарем отношение к жизни. Идену все бы повеселиться, покуражиться, рискнуть, пройтись по краю… Феликсу же и так хватало в жизни моментов, когда требовалось рисковать. Он не любил дополнительно искать острых ощущений, легкомысленно относиться к чужим чувствам и желаниям. Груз ответственности давил и заставлял быть серьезнее, обдумывать каждый свой поступок.
Заказанную еду пришлось подождать, но не так уж долго, как можно было ожидать при полном зале и всего одной разносчице. Девушки даже заметили, что их обслужили раньше компании, сидевшей перед пустой столешницей через проход. Все-таки у выходок Идена иногда бывали и положительные стороны.
— Видите? — заговорщицки прошептал сотрудницам начальник, накалывая на вилку половинку небольшой картофелины, тщательно обвалянной в обжаренном луке. — Хорошо налаженные отношения с персоналом помогают добиться многого… Тебе, Фел, тоже стоило бы хоть иногда улыбаться девушкам. Хотя… Нет, лучше и дальше сиди, хмурься. А не то ненароком бедняжка еще что-нибудь не то подумает и предпочтет скрыться подальше от перспективы свидания один на один в темноте подвалов.
— Я улыбаюсь, кому хочу, без лицемерия, — спокойно пояснил инквизитор. — Скупая искренняя улыбка лучше, чем лживый оскал во весь рот.
— Кому как, — пожал плечами Иден. —
— Приходится, — вздохнула успокоенная насчет разносчицы Ариана. Расчет со стороны начальника она могла понять.
Кара тоже согласно кивнула.
И лишь Эстер сверлила сыскаря подозрительным взглядом. Откуда ей знать, когда именно и кому Иден говорит правду, а когда лукавит, добиваясь своей цели? При ее специализации быстро приобретается цинизм и привычка верить лишь тому, что подтверждено фактами: пощупано руками, осмотрено со всех сторон, проверено исследованиями.
Не прошло и получаса, как оголодавшие за день путешественники расправились со своими порциями. После чего Феликс поднялся из-за стола, положил рядом с грязной посудой несколько монеток, номинал которых явно немного превышал стоимость еды, уточнил у стоящего за стойкой под лестницей хозяина гостиницы номер комнаты и отправился наверх. Похоже, инквизитор чувствовал и осознавал, что его присутствие стесняет и нервирует окружающих. Ведь не считать же обычным делом, что большая часть присутствующих стала говорить между собой тихим шепотом?
— Демоны! — почти сразу после ухода инквизитора прошипел Иден. Словно только этого и дожидался, хотя в то, что он смущался говорить в обществе Феликса, верилось с трудом. — Что-то у меня живот прихватило, надо выйти, пока можно, пока полночь не пробило. Девочки, подъем! Давайте проводим друг друга на улицу, после чего вы отправитесь по комнатам и больше не будете шататься по округе, как нынче по лесу.
Сыскарь быстро и почти не глядя сыпанул монеты за себя и за сотрудниц, подхватил сидящих по бокам Тэйру и Риа за руки и повлек к входным дверям. Следом шли Эстер и Кара. Никто не пытался спорить с начальником. Во-первых, они действительно устали, а во-вторых, до сих пор чувствовали вину. В лесу скромно и поодиночке «на минуточку» успели отойти все. Избалованные цивилизацией дамы как-то не привыкли уединяться группой, предварительно предупредив об этом окружающих. Да и под куст с собой вооруженного Идена как подающего большие надежды защитника все равно было не взять…
На улице ощутимо похолодало и потемнело. Несколько масляных лампадок, подвешенных вдоль дорожки к уличным клозетам, едва позволяли различать окружающее. Поэтому Тэйра сочла ситуацию удобной, чтобы пропустить других девушек вперед и на обратном пути незаметно скрыться. Ведь гораздо лучше, если ее предполагаемые соседки по комнате даже не узнают, что она должна ночевать с ними. А Идену, судя по всему, в ближайшее время будет не до слежки за сотрудницами. Как удачно все складывается!
«Удачно — это мягкая кровать и одеяло», — проворчала бесовка.
«Тебе-то что? Ты все равно не спишь. Оно и видно, как ты кровать предпочитаешь — при первой же возможности в город сбегаешь».
«Да тут даже пройтись некуда! Тюрьма! Вдоль забора мне, что ли, ночной променад совершать?! Эх, я совсем не так представляла себе эту поездку…»
«Я конюшню видела, а при ней наверняка сеновал имеется. Можно там устроиться… если ты не будешь трогать лошадей».
«Нужны они мне! — фыркнула темная сущность. — Этой ночью я вообще не планировала тебя контролировать. Если получится».