Глина
Шрифт:
Я оставила себя в морозильнике, на случай, если будет одиноко.
Ее дубликатор – изящная модель, произведенная в Габоне – занимал примерно четверть объема крохотного салона. За затянутой морозной дымкой дверкой морозильника виднелась гуманоидная фигура, формой и размерами напоминающая Клару, вероятно, уже одушевленная и готовая к печи. Разглядывая знакомый силуэт, я чувствовал себя мужем, чья уехавшая к маме жена оставила ему в холодильнике приготовленный ужин. Разогрей и ешь. Странная
Что ж, возьмем, что дают.
Но не сейчас. Я был на ногах почти сорок часов и, выбирая между сном и суррогатным сексом, не колебался. Тем не менее, возвращаясь домой, я чувствовал неясное беспокойство.
– Что с официантом из «Ванадиевой башни»? – спросил я у Нелл, поставив «вольво» в маленьком гараже.
Домашний компьютер ответил привычным меццо-сопрано:
– Из ресторана сообщили, что трудовой контракт с одним из официантов расторгнут. Причина – невнимание к посетителям. С сегодняшнего вечера на работу выходит другой дитто.
– Черт!
За мной должок. Рабочий контракт – дело нелегкое; получить место в хорошем ресторане почти невозможно. Хозяева желают видеть служащих с одним лицом. Идентичные официанты более предсказуемы и не дерутся между собой из-за чаевых.
– Имя?
– Они не дают такой информации. Но я попробую узнать. У вас три текущих дела. Займемся ими, пока будут готовиться копии?
В тоне Нелл звучала укоризна. Заведенный порядок совершенно разладился. Обычно к этому часу двойники уже отправляются с поручениями, а риг ложится спать, сохраняя драгоценные клетки мозга для творческой стороны бизнеса.
Вместо того чтобы свалиться на кровать, я подошел к печи и лег, предоставив Нелл разморозить несколько заготовок для импринтинга. Они скользнули на прогревающиеся лотки, и миллионы клеток-катализаторов начали свою короткую, но энергичную псевдожизнь. Тестообразная плоть стала подниматься, набухать, наливаться цветом. Нынешние дети принимают это как нечто естественное, но большинство людей моего возраста до сих пор испытывают неприятное чувство, как будто на их глазах оживает труп.
Я отвел взгляд.
– Начинай.
Нейронные зонды обвились вокруг моей головы. Наступила решающая стадия импринтинга.
– Во-первых, мне пришлось все утро отбиваться от Джинин Уэммейкер. Она рвется поговорить с вами.
Я моргнул, ощутив нечто похожее на щекотку. Дубликатор сравнивал мою нынешнюю Волну с заложенной в его памяти.
– Дело Уэммейкер закончено. Контракт выполнен. Если у нее вопросы по расходам…
– Маэстра полностью оплатила счет. Никаких претензий, никаких уверток.
От удивления я чуть не сел.
– На
– Возможно, мисс Уэммейкер заметила, что вы были резки с ней сегодня утром. А потом еще отказались принимать ее звонки. Тем самым вы укрепили свою позицию и стали в положение диктующего условия. Возможно, ее тревожит тот факт, что она слишком часто провоцировала вас. Наверное, опасается, что лишится ваших услуг навсегда.
В рассуждениях Нелл что-то было. Я мог обойтись без маэстры. Не так все плохо, чтобы хвататься за любое предложение.
Гудение тетраграматрона усилилось – аппарат снимал мой симпатический и парасимпатический профили.
– Какие услуги? Я уже сказал, что дело закончено.
– Очевидно, она придерживается другого мнения. Ее предложение – ваша высшая ставка плюс десять процентов за конфиденциальную консультацию сегодня после полудня.
Я задумался, хотя принимать ответственные решения во время импринтинга не рекомендуется, потому что в мозгу возникают случайные токи и поля.
– Что ж, если будет настаивать, сделай контрпредложение. Высшая ставка плюс тридцать процентов. Или так, или никак. Если согласится, пошлем Серого.
– Серый разогревается. Эбенового готовить?
– Хм. Дороговато получается. Может быть, Серый успеет пораньше закончить с Уэммейкер и вернется домой, чтобы помочь здесь.
– Но нам все равно нужен Зеленый… Нелл остановилась, не закончив.
– Есть звонок. Срочный. От некоей Риту Лизабет Махарал. Вы знаете эту женщину?
И снова я едва не сел, что закончилось бы весьма печально для процесса трансфера.
– Познакомился сегодня утром.
– Могли бы сказать мне.
– Ладно, Нелл, соединяй.
На стене вспыхнул экран, и на нем возникло лицо юной ассистентки вика Каолина. Она вовсе не казалась успокоенной, как час назад, когда мы расстались.
– Мистер Моррис… то есть Альберт…
Она запнулась, поняв, что застала меня не в самый подходящий момент. Многие относятся к процессу дублирования как к некоему глубоко интимному делу и смущаются, словно увидели, как ты одеваешься.
– Извините, что не встаю, мисс Махарал. Если дело срочное, я сделаю перерыв. Или позвоните попозже…
– Нет, простите за беспокойство, я не знала… но… у меня плохие новости.
Об этом она могла бы и не говорить – я так и понял с первого взгляда. Что ж, попробуем угадать.
– Ваш отец?
Риту кивнула, и на глазах у нее появились слезы.
– Нашли его тело…
Она судорожно вздохнула.
– Настоящее? – Вот уж неожиданность! – Не копию, которую я видел? Так ваш отец мертв?
Риту кивнула:
– Вы не могли бы прислать вашего двойника? В поместье Каолина. Говорят, что это несчастный случай, но я уверена, что папу убили!