Глобус

Дай Андрей

– Ну, Буц - понятно, - занудно начал я, сделав вид, будто не заметил срыва у отважного борца с кибернетизацией человечества.
– У него наверняка противопоказания по индексу интеллектуального развития...

– Чего это тебе понятно?!
– вспыхнул Гарри.
– Всем, блин, все понято! Он не дурак! Понял?! Тесты эти дебильные не проходит, ну и чего?! Он просто медленно взрослеет! Понял? И учится медленно!

– Да я в этом не разбираюсь совсем, - качнул головой я. Спорить не хотелось, да и этот порыв на защиту приятеля внушал уважение.
– Особенным умником

он не выглядит, но я встречал парней из абордажных команд, у которых мозгов всего самую малость было побольше.

– Зато вряд ли хоть один из них смог бы похвастать тем, что родился там..., - гордо заявил тощий, и неопределенно махнул куда-то в сторону оси вращения станции.
– Внизу.

– Где внизу?
– не понял я.

– Ну, там, - поморщился, припоминая слова Гарри.
– В яме. На дне гравитационного колодца. На Глобусе! Во!

– Чего?
– теперь я, вроде бы понял все сказанные им слова. Но вот сразу поверить, как-то не вышло.
– На где?

– Не тупи, военный, - хихикнул задохлик.
– На Глобусе. Чего тут неясного? Двадцать лет назад там одна из мегакорпораций из ЛЛ-1 станцию для отдыха высшего руководства содержала. Прямо на поверхности, прикинь! Типа, бесплатная гравитация в единицу стандарта, магнитные поля и все такое. Типа, полезно для здоровья, ну и зачатие в естественной среде обитания...

– Там же..., - покачал я головой.
– Мрак и ужас. Пылевые бури, засуха, радиация и безжизненная пустыня. И везде адские твари - порожденья Демонов Тьмы!

– И чего? А у нас тут просто ничего! Вакуум, типа. Зато там станцию крутить не нужно, чтоб ноги к полу липли. Халява... Короче, там малыш Буц и родился. Его родители у боссов в услужении трудились. Вот!

– Обалдеть, - согласился я.
– А чего ему мутацию при зачатии сразу не выправили?

– Вот, не выправили!
– снова вспыхнул парнишка.
– Тебе-то какое до этого дело?

– Да так, - на всякий случай распрямляя ногу, так чтоб кобура с игольником оказалась ближе к руке, проговорил я.
– Сидим, общаемся. Чего психуешь-то? Тебе-то самому по какой причине имплантата не поставили?

Гарри еще минуту, добела сжимая маленькие сухие кулачки, пытался прожечь меня взглядом. А потом как-то резко, вдруг, расслабился. Разглядел донельзя довольную физиономию Буца, ссыпающего в рот крошки из опустевшего пакета печенья, и сам не смог сдержать улыбки.

– Мышечный тонус, - все так же продолжая улыбаться, каким-то, как показалось - потусторонним, или даже - безжизненным, голосом, выговорил паренек.
– Ниже допустимого предела. Показания к постоянному пребыванию в зоне стандартной гравитации... Я из приютских... И, типа, доброго дядюшки-миллионера у меня нету. Вкурил?

Я все понял. Слышал о таком. И даже однажды передачу по Гало о таких людях смотрел. Безобидная мутация, тем не менее, достаточно часто встречающаяся у зачатых в секторах с тремя четвертями стандарта. Или даже скорее - некий сбой, каприз человеческого организма, не желающего работать нормально в ненормальных условиях. Единственным и безусловно эффективным лечением этого недуга была жизнь на

верхних уровнях станций. Только пессимизм бродяги из сервисных нор третьего уровня был вполне оправдан. Стоимость жизни на вершине была просто запредельной.

– А этими вашими, тайными, партизанскими тропами, туда не пробраться?

– Неа, - поморщился Гарри.
– На втором-то столько сенсоров понатыкано, что хрен проползешь. А выше - и того пуще. Буц там точно не проползет.

Вариант отправиться к здоровью в одиночку этим парнем даже не рассматривался. Что вызывало искреннее уважение.

– Да-а-а. Дела!
– покачал я головой.
– И каково это? Жить вот так! Видеть это все...

Я неопределенно обвел расслабленной рукой все вокруг.

– Стены, грязь, ржавчину.

– Нормально, - отмахнулся Гарри.
– Сначала мы с Бучем жутко завидовали. Типа, впадлу - все вокруг виртом любуются, а мы среди облезлых панелей чахнем. Потом - ничего. Привыкли. Даже в кайф стало правду видеть... Знаешь, военный. Иной раз ржачно видеть, как люди удивляются, типа, от чего у них весь рукав в грязи! Они-то потеки хладагента на стене не видят!

– Бывает, - согласился я. Пару раз и сам затылок чесал, в попытке отгадать - откуда взялось пятно на новеньком кителе.
– И что дальше? Есть какой-то план у вашего революционного отряда?

– Болтают, будто бы на станциях у вольников кроме как первых, других уровней, типа, и нету совсем, - не слишком решительно, после долгих раздумий, выдал все-таки парень.
– Надо бы туда как-то пробираться. Только страшновато. Еще болтают, типа, там можно так зазеваться, что проснешься уже в криобоксе. Ты, типа, и сам слышал о медицинской клинике "Кальва-Футуратик" на "Асесьоне"? Ну, та, где богатеньким дядям и тетям состарившиеся органы на новенькие меняют... Так эта станция в ЛЛ-3 подвешена...

– Я знаю, - брякнул я в растерянности. Снова эта "Асесьон", и снова в связи с какой-то медицинской темой. Да еще вдруг вплыла фамилия погибшего вместе с Тремейном на "Саратоге" сеньора Фернандо Калавера Кальва.

прода

– Но, думаю, слухи слегка преувеличивают. В конце концов, вольные станции - тоже члены Содружества, и какие-никакие законы там все-таки должны быть. Ни за что не поверю, будто бы там хватают людей прямо в коридорах, и тащат распиливать на запчасти.

Гарри неопределенно дернул плечом, и скривил мордашку. И никак, сволочь, свои ужимки комментировать не стал. Сиди, типа, и отгадывай - чего именно он хотел этим изобразить. То ли: "знаем мы ваши законы Содружества", то ли: "люди зря болтать не будут - нет дыма без огня". В любом случае, на том разговор и затух. А вместе с ним, и всякая прочая активность временных обитателей крохотного тамбура. Мы, кое-как устроились, поужинали и легли спать.

Потом, уже утром, приехал дядя Миша, привез капитана Высоцкого с кейсом оперативной медицинской помощи. Встречать капсулу такси ходил Гарри в то место сектора, которое на давным-давно купленной карте был обозначено, как свободное от следящих камер...