Глоссарий
Шрифт:
наш разговор с Натали, - во-первых она просила не для себя, а во-вторых, тобой просто
воспользовались».
Я нахмурился, на мои мечтания и розовые облака набежала туча сомнений в виде
темной стороны, но я старательно отогнал её.
– «Она пообещала, что это услуга только для неё».
– «Угу, - его голос был полон иронии и если бы я прислушался лучше к его
чувствам, то поостерегся встречаться сегодня с принцем».
Конечно же вечером, когда мы обсуждали
владельцем удела барона Росского, своего протеже, что лишило бы нас пары медных шахт, де Берзе улучил минутку и рассказал принцу все про сегодняшнюю встречу.
– Анри скажи четно – ты дибил? – принц устало потер веки и откинулся от стола, пристально посмотрев на меня при этом.
– Диметр, я не могу ей отказать, ну что я могу поделать, - проклиная свою
обнаглевшую до крайности половину, влезающую в мои сердечные дела, я пытался
оправдаться, - прошло уже больше пяти лет, я почти забыл и её, и свои чувства, а тут сам
представь. Открывается дверь и входит Она!
Принц грустно посмотрел на меня и тяжело вздохнул.
– Понимаешь, что за привлечение сотрудников к своим личным делам, я вычту их
услуги из твоего жалования? А поскольку слежка нужна еще и в течение двух недель, твоя
причуда выльется тебе в копейку. Я не знаю, как еще тебя наказывать.
Я резко погрустнел и так последнее время приходилось во многом себя
ограничивать, я пытался накопить приданое для Оливии, чтобы выдать её замуж и это с
учетом того, что принц недавно выгнал меня из дворца, сказав что пора мне обеспечивать
себя самому. Так что много денег стало уходить и на свою одежду, еду и остальные
расходы, которые раньше были не моей проблемой. Я не мог появиться при дворе в
неопрятной или штопаной одежде, и так со своим низшим дворянским званием, да еще и с
такой должностью я был белой вороной во дворце, так еще и малейшая небрежность в
моей внешности или одежде тут же аукнулась мне волной пересудов и слухов. Но более
всего расходов все же уходило на накопление приданого для Оливии, мне было совестно, что она жила в моем доме, практически никуда не выходила и ни с кем не общалась, её
редкие прогулки в парке были не в счет. Я чувствовал себя обязанным сделать это, хотя бы
ради памяти отца, ведь она из-за возраста не смогла бы найти себе мужа без достойного
приданого. Так что наказание принца было действительно пугающим, но на другой чаще
весов была благодарность Натали… Я не стал раздумывать.
– Хорошо, вернемся тогда к нашим ответным действиям. Я предлагаю подложить
письмо компрометирующего содержания, его племяннице. Вы же помните,
относиться?
– М-м-м, - принц задумчиво потер подбородок, - да, что-то такое слышал.
Думаешь, сработает?
– Уж мы точно ничего не потеряем, - убежденно ответил я, - письмо с нами никто
связать не сможет, а хвосты можно и подчистить, в его доме нет никого с кем бы жалко
было бы расстаться.
– Хорошо, - принц подумал и согласился с моим планом, - когда займешься этим?
– Сегодня же.
Вот только первое, что я сделал, так это сформировал отряд и послал его на
наблюдение за виконтессой Веронской, со слов Натали та замыслила что-то против её
мужа и семьи. Я пообещал последить и показать отчеты о её встречах и передвижениях. В
принципе, если бы де Берзе не рассказал об этом маленьком моем грешке принцу, я мог
совершенно безнаказанно сделать это сам, мои возможности, как заместителя главы
тайной канцелярии были обширны и порой я сам не видел их границ.
Остаток вечера я провел в мягкой неге дум, вспоминая приход любимой, иногда
вдыхая в себя воздух кабинета, мне казалось что он до сих пор хранил в воздухе её аромат.
Глубоко за полночь я отправился домой.
– Анри, - Оливия с сияющими глазами всегда встречала меня дома, не позволяя
слугам раздевать меня и сопровождать в небольшую обеденную комнату. Я позволил ей
помочь мне раздеться и умыться, и она сама подкладывала в мою тарелку кусочки, когда
повар принес еду.
– Оливия, я ведь говорил тебе, мне страшно неудобно, что ты за мной ухаживаешь,
ведь есть слуги.
– Мне приятно это делать, - девушка была настойчива и я давно махнул рукой её
отговаривать, - ведь мы живем только вдвоем.
Я все эти годы старательно обходил темы, связанные со мной и её совместным
проживанием, вот только Оливия день ото дня становилась настойчивее и сама все время
вызывала их в разговорах. Может быть действительно настала пора поговорить по душам?
Я отложил приборы и отодвинул от себя недоеденный ужин, девушка удивленно
посмотрела на меня своими сияющими от счастья глазами. Я сглотнул, то что я хотел
сказать, совсем её не обрадует.
– Думаю пора поговорить, - я серьезно посмотрел на неё, - ты должна знать, что я
сейчас собираю солидное приданное для тебя, и ищу кандидатуру будущего мужа, мы не
можем жить под одной крышей, тебе нужно строить собственную семью, жизнь.
Девушка отшатнулась от меня, как будто я её ударил. Кулачки сжались, а на глазах