Глубина
Шрифт:
Чтобы Амаранта могла передвигаться по улице в дневное время, мы пользовались довольно нехитрым способом, к которому иногда прибегали вампиры. Смысл его заключался, конечно, в одежде, она не пропускала солнечные лучи, оберегая чувствительную кожу. Эмми носила черные джинсы, облегавшие стройные ноги как вторая кожа, и такой же темный плащ с длинными рукавами, скрывающими руки почти до самых кончиков пальцев. Еще Амаранта на всякий случай надевала перчатки, а голову прикрывала капюшоном, надвигая его на самые глаза так, чтобы никто не мог рассмотреть ее лица.
— Не хочешь
В ответ Амаранта только повела плечами, что, надо полагать, означало отказ. В отличие от людей Эмми не чувствовала ни жары, ни холода, так что подобный наряд, несмотря на теплый летний день, совершенно ее не беспокоил. Но девушку тревожило что-то другое, и я должен был узнать, что именно.
С тобой все в порядке? — спросил я, подходя ближе, но ответом была тишина. Я положил руку ей на плечо; от неожиданного прикосновения Амаранта вздрогнула и повернулась ко мне.
Странное место, — пробормотала она как бы про себя. — Я бы хотела пройтись, — неожиданно добавила Эмми.
Такой поворот событий удивил. Обычно Амаранта предпочитала не выходить на улицу до заката, а своим защитным костюмом пользовалась только в случае крайней необходимости, при первой же возможности скрываясь в помещении. И вдруг она сама выразила желание прогуляться, да еще и в самый разгар дня. Часы как раз показывали половину второго — время, когда солнце особенно активно посылает свои лучи на землю. Но я не стал противиться, так как слышал по голосу, что она не отступит.
— Позволишь составить тебе компанию? — спросил я. Могу поклясться, что она улыбнулась, хоть и не видел лица из-за капюшона.
— Конечно, — пропела Эмми своим потрясающим голосом, и я почувствовал себя вполне счастливым.
Наверное, я никогда не привыкну к тембру ее голоса. Как любой вампир, Амаранта, помимо других атрибутов, помогающих завлечь жертву, обладает чудесным голосом неземного существа, и он не перестает поражать меня. До нашей встречи даже не подозревал, что в мире существуют такие ноты. Голос Эмми напоминает легкий ветерок, который, слегка касаясь щеки, уносит с собой все печали. Он переливается всеми красками мира и открывает перед вами такие глубины, о которых простые смертные не смеют и мечтать. Я влюблен в него не меньше, чем в саму Амаранту, и, всякий раз слыша ее голос, поражаюсь, что такое сокровище принадлежит именно мне.
— Идем, — Амаранта поторопила меня, выводя из задумчивости.
Мы направились в близлежащий парк, расположенный прямо напротив гостиницы. Шли абсолютно молча, потому что Эмми погрузилась в какие-то только ей ведомые мысли. Я же, за неимением другого дела, принялся рассматривать окружающее.
В первую очередь обратил внимание на солнечный свет и сделал это намеренно, помня о словах Амаранты. Теперь, когда уже не мешало тонированное стекло, я тоже смог убедиться, что со светом что-то неладно. Это было странное и непонятное ощущение. Вроде яркое солнце, как и прежде, висело в самом центре небосвода, но при этом создавалось впечатление,
Заметил? — спросила Эмми, наблюдавшая за тем, как внимательно я смотрю по сторонам.
Действительно странно, — задумчиво кивнул я в ответ.
Помимо всего прочего, озадачивала реакция прохожих на Амаранту, а точнее, ее полное отсутствие. И я, и Эмми уже привыкли, что люди, видя девушку, невольно удивляются тому, как она одета. Но здесь прохожие скользили по ней взглядом и просто шли дальше, как будто нет ничего необычного в том, чтобы носить плащ в тридцатидвухградусную жару.
— Они даже не смотрят на тебя, — удивленно произнес я.
Мило, не правда ли? — усмехнулась Эмми. — Может, мне следует подумать о том, чтобы остаться здесь? Кажется, я совершенно не буду бросаться местным жителям в глаза, — с иронией добавила она.
Они даже не заметят твоего присутствия, — поддакнул я в тон.
Чем же так заняты их мысли, что окружающее настолько их не интересует? — Эмми осмотрелась кругом, как если бы ожидала увидеть ответ где-то поблизости. И действительно заметила что-то за деревьями и направилась туда.
Поспешно следуя за ней, я думал о ее последних словах. Она высказала интересное предположение. Но чем можно так увлечься, чтобы не реагировать на происходящее вокруг? Вдруг мелькнула забавная мысль. Показалось, что, если я подойду к кому-нибудь из прохожих и задам вопрос (неважно какой), тот просто пройдет мимо, так и не заметив, что к нему кто-то обращался. Я решил немедленно проверить эту теорию, так велико было чувство нереальности окружающего.
Я выбрал мужчину лет сорока, который шел мне навстречу, и спросил первое, что пришло на ум:
— Не подскажите, который час?
Мужчина отреагировал не сразу, но, когда я уже был уверен, что он не обратит внимания на мой вопрос, тот остановился и часто заморгал, глядя прямо на меня. Подумав, что он не расслышал вопроса, я собрался его повторить, но, к моему удивлению, человек поднял руку, посмотрел на часы и произнес:
— Без четверти три. — Он даже улыбнулся и вообще выглядел вполне дружелюбно и, что важно, совершенно нормально. Даже обыденно. — Вы недавно в нашем городе? — вежливо поинтересовался он.
— Да, мы туристы, здесь проездом на пару дней.
— Это ваша жена? — кивнув на Эмми, ушедшую вперед, спросил мужчина.
Выходит, он понял, что мы вместе, отметил я про себя. Ведь Эмми стояла шагах в двадцати от нас, и ничто не говорило о том, что она со мной.
Да. — Я не хотел вдаваться в подробности наших отношений.
А дети? — неожиданно резко и даже нервно спросил прохожий.
У нас их пока нет, — озадаченный таким поведением собеседника, на автомате ответил я.