Глубоководье
Шрифт:
Спустя мгновение, Беренгария подошла к Адону. «Наш договор все еще в силе?» — робко спросила она. «Мы по-прежнему друзья?»
Адон кивнул. Наказывать халфлингов не было никакого смысла. «Друзья. Ты ни в чем не виновата».
«Она попросту не поняла, что представляла собой эта книга», — раздался чистый, мужской голос. На прогалину вышел сухопарый халфлинг-мужчина. Его кожа была бледно-серого цвета, глаза покраснели, а лоб был повязан грязным бинтом.
Остальные халфлинги подались назад, о чем-то перешептываясь между собой. Новенький присел подле костра
Келемвор взял кролика, но налегать на него не торопился. Что-то в этом халфлинге настораживало воина, и не только потому, что его боялись остальные. «Кто ты?» — потребовал он.
«Атертон Купер», — ответил халфлинг, ни на миг не сводя взгляда с воина. «Но остальные зовут меня Пронырой. А теперь ешьте. Беренгария показала себя не лучшей хозяйкой этой ночью».
«Да-да, пожалуйста, ешьте», — спохватилась Беренгария. «Мы всегда сможем поймать еще кроликов». Женщина убрала кинжал и тепло улыбнулась.
От внимания Адона не ускользнул тот факт, что Общий язык Беренгарии заметно улучшился. Жрец понял, что до этого халфлинги разыгрывали перед ними комедию.
«Вы все это время знали, что это не мы напали на вашу деревню?» — почти утвердительно спросил Адон. «Вы крали наши вещи в то время, как мы заботились о ваших погибших соплеменниках!»
«Ты прав», — вздрогнув, ответила Беренгария. Затем она обернулась к Келемвору и добавила, — «Но это не отменяет нашу сделку. Что было, то было. К тому же, мы по-прежнему находимся в великой нужде».
Зеленоглазый воин что-то буркнул и впился зубами в кролика. Он не собирался требовать назад то, что уже подарил халфлингам, так как Беренгария была права — маленький народец по-прежнему находился в большой нужде. Тем не менее, он не был в особом восторге от того, что лишился своих вещей путем обмана.
Воин неторопливо жевал, мысленно оценивая Атертона Купера. Проныра был выше и худее любого из представителей его расы и в его манере поведения было что-то настораживающее. Высокий халфлинг был единственным трудоспособным мужчиной во всем лагере, и уже само по себе это обстоятельство вызывало подозрение. Но все же, Проныра был единственным халфлингом, который ничего не украл у героев и не потчевал их заведомой ложью, поэтому Келемвор на первых порах решил отнестись к нему со всем уважением.
«А где остальные мужчины?» — спросил воин, проглатывая очередной кусок кролика. «В деревне не было почти ни одного, и здесь всего несколько».
«Отправились тешить свое тщеславие, в то время как их женщины голодают в лесу», — отозвался Проныра.
Беренгария отвернулась от Миднайт, которую она пыталась успокоить, и добавила, — «Когда пришли Зентилары, почти все мужчины охотились…»
«Зентилары?» — прервал ее Адон. «Ты уверена?»
«Да, уверена», — ответила Беренгария. «Они были одеты в доспехи Зентил Кипа. В любом случае, мужчин не было, иначе история Черных Дубов сложилась бы
«На верную смерть», — горько добавил Проныра.
Беренгария бросила на Проныру угрожающий взгляд. «Они обойдутся и без тебя», — резко произнесла она.
В ответ Проныра лишь фыркнул. «Их меньше, они ниже и глупее людей».
Келемвор мысленно согласился с Пронырой, но оставил свое мнение при себе. Даже если халфлинги и смогут настигнуть всадников, то Зентилары с легкостью покромсают неопытных воинов на кусочки. Воины из Зентил Кипа были беспощадными убийцами, которые никогда не вступали в бой, если не были уверены в легкой победе.
После некоторой паузы, Проныра мрачно добавил, — «Вы даже не можете себе представить, как я хочу оказаться сейчас рядом со своими друзьями».
«Так почему же ты не с ними?» — поинтересовался Адон, подозрительно поглядывая на хафлинга.
«Они меня не взяли», — пожал плечами халфлинг.
«Это из-за него они пришли в нашу деревню!» — вспыхнула Беренгария, указывая узловатым пальцем на Проныру. «У него был пони и магический меч. Вот за ними-то они и пожаловали!»
Адон повернулся к Проныре. «Это правда?»
Халфлинг покачал головой и опустил глаза в землю. «Может быть», — едва слышно пробормотал он, затем поднял взгляд. «Но все же, я бы не стал делать поспешных выводов. Для того, чтобы получить эти вещи им не нужно было разрушать все поселение — они схватили меня еще по пути к нему».
Взгляд халфлинга стал тяжелым и отстраненным. «Скажите, вы случаем не на север держите путь? Я бы хотел поймать этих зентильских свиней!»
Келемвор проглотил кусок кролика, — «На север…»
«Келемвор!» — резко прошипел Адон. «У нас и своих забот хватает».
Проныра подскочил к Адону. «Без вашей книги, вам пригодится любая помощь. А я один из лучших следопытов во всей округе».
Адон решительно покачал головой. «Боюсь…»
«Он сможет поехать на моей лошади», — невозмутимо произнес Келемвор, хотя в его голосе явно читались натянутые нотки. «Куда подевалось твое чувство учтивости, Адон?»
Юный жрец зло посмотрел на воина, вновь оскорбленный нежеланием Келемвора выслушать его. Наконец, он решил не спорить. И все же Келемвор должен был хоть в чем-нибудь ему уступить. «Тогда мы выступаем на рассвете!» — произнес Адон непререкаемым тоном.
Но пронять Келемвора было не так-то просто. «Нет. Мертвые халфлинги…»
«Будут похоронены халфлингами!» — закончил Адон, указывая на Келемвора грязным пальцем. «Тебе наплевать на них! Ты лишь хочешь доказать самому себе, что избавился от проклятья. Ты думаешь, мы не догадались?» Он бросил взгляд на Миднайт, которая все еще не могла отвести взгляда от тлеющих останков своей книги. «Твое испытание обошлось нам слишком дорого, Кел».
Жрец опустил руку на плечо черноволосой чародейки. Затем его взгляд скользнул по огню, и он добавил, — «Я надеюсь, что мы сможем добраться до Уотердипа без помощи заклинаний Миднайт».