Глухой
Шрифт:
— Почему мы отталкиваем людей, которые просто хотят быть рядом с нами? Просто чтобы оградить себя от любой действительно глубокой связи за пределами нашей семьи? Это не здорово.
Я разворачиваюсь к окну, как будто не слушаю. Как будто я могу игнорировать ее.
Может быть, она перестанет болтать. Может быть, она перестанет давить на меня. Может быть, она остановится.
— Не игнорируй меня, — требует она громко.
Стоило попытаться.
— Почему, Логан? Почему мы отталкиваем от себя людей?
— Зачем ты это делаешь? — мой голос хрипит, в то время как голова просто разрывается от боли.
— Потому что, возможно, если мы сможем разобраться почему, то сможем понять как, черт возьми, пройти через это. — Эрин заворачивает на парковочное место. — Мы не можем продолжать это вечно, так ведь? Каждый раз, когда мы получаем возможность стать ближе с кем-то, кто заботится о нас или угрожает полюбить, мы убегаем.
Мы не убегаем. Мы, черт возьми, бежим с максимальной скоростью.
— Я не знаю, как ты, Келлар, но я действительно устала убегать...
Ее голова ударяется о сидение, она смотрит в окно в попытке собрать свои мысли в кучу.
Хорошо. Да. Иногда я тоже устаю убегать. Но всю свою жизнь я провел, убегая. Так я остаюсь в безопасности. Так я защищаю то, что люблю. Так я сохраняю то , что люблю, живым.
Глава 2
Макс
Я грызу мягкий крендель, который Тони принес мне на ланч. Соленый вкус остается на языке, пока я продолжаю слушать его идеи для мероприятия, которое состоится через несколько дней. Он показывает мне шаблоны в стиле «вестерн» последние сорок пять минут, и если бы он не принес крендель, я бы подумала о том, чтобы заклеить его рот скотчем. Хоть я и рада, что он с таким пристрастием относится к своей работе, но мне не обязательно знать каждую деталь.
Честно говоря, это прерывает мечты, в которых я теряюсь. Да, конечно, они о Логане! И да, я снова и снова проигрываю сцену, где он толкает меня к стене, пока его пальцы ищут мои трусики, которых на мне нет, но также мое воображение уже живет своей жизнью. Я на коленях, а он открыт передо мною, чтобы я взяла его на диване. Я на ступеньках с широко раздвинутыми ногами, чтобы он меня попробовал. Ого. Признайтесь, вам кажется, что я позволила себе мечтать о нем слишком много за сегодняшний день. После нашей небольшой беседы посредством сообщений неделю назад, все вернулось к обычной рутине. Или к тому, что считается нормальным для нас. Смех. Объятия. Совместный сон. И больше никакого сексуального подтекста. Вы можете в это поверить? Мы вернулись к истокам. После странного эпизода в машине, мы вернулись к гребаной простоте. Ух. Теперь вы можете винить мое воображение за то, что оно озверело?
— Ты слушаешь? — спрашивает Тони, наклоняясь вперед и засовывая карандаш за ухо.
— Мммхм, — я облизываю соль с пальцев.
Не выдавайте меня.
Прежде чем у него есть шанс доказать, что это отъявленная ложь, Эрин открывает
— Ты готова?
— Да! — Я подскакиваю, благодарная за то, что могу убраться из этого волшебного мира компьютеров.
Тони крутится на кресле.
— Куда вы двое направляетесь?
— За покупками костюмов, — быстро отвечает Эрин, пряча свой телефон в карман джинсов. — Макс и Си Джею нужны их костюмы.
— А ты себе уже купил? — спрашиваю я Тони, который теперь откидывается в кресле, сложив руки за головой. Он выглядит как фантазия для ботанки.
Это неправильно, что я хочу взобраться на его колени и прильнуть к его губам? Ага. Вы правы. Мне лучше знать. Но мы можем это просто опустить? У меня не было сексуальной активности всю неделю, и это уже сказывается на мне. Я думала, жизнь до прикосновения Логана была жесткой, но жизнь после — похожа на пытку нового уровня. Я чувствую себя гребаным пленником секс-войны. Я все скажу! Клянусь, я скажу вам все, что вы хотите знать, если я снова смогу почувствовать губы Логана на своих. Или же его пальцы на сосках. Боже, я не могу становиться настолько чертовски возбужденной.
— Это ковбойская тема. Ты, правда, думаешь, что, живя в Техасе, у меня нет пары ковбойских вещичек? — Едва заметная улыбка появляется на его лице. Мне хочется вскарабкаться на его лицо. Плохая Макс! Плохая!
— Как стереотипно, — обращаю внимание я, закидывая свою сумку на плечо.
— О, будто с твоим Неразрушимым мальчиком не так? — Этот укол заставляет Эрин тихо заржать.
Напомните мне позже задать ей жару.
— Ты о ковбойской одежде или стереотипах?
— Ты мне скажи…
Прежде чем мне удается ответить, Эрин хватает мою руку.
— Идем, нам уже пора начать. Что-то подсказывает мне, что этот процесс продлится дольше, чем другие.
— Повеселитесь, девочки, — голос Тони стихает за нами, когда Эрин вытаскивает меня из кабинета.
Это я нафантазировала, или Тони кажется раздраженным по поводу этого разговора о Логане? Это была ревность? То есть, я поняла, что он немного ревновал, но это звучало, ну… почти грубо. Эти слова так и должны были быть грубыми по отношению ко мне или к Логану? Черт возьми! Почему Эрин нужно было увести меня так скоро?
***
В машине я слушаю, как Эрин болтает о своих занятиях, которые подходят к концу, как она выпустится в пятерке лучших студентов и как ее волнует последний экзамен.
Даже я это знала. Вот одна вещь касательно нее. Когда Эрин нервничает — она готовит. Не просто готовит, типа: «Эй, на обед — горячее», а готовит типа: «Эй, теперь в нашем доме весь ассортимент меню мексиканского ресторана». Мексиканская кухня — ее слабость. Ее родители встретились в мексиканском ресторане, так что ее мама довольно часто готовила блюда мексиканской кухни и привила эту привычку ей. Хорошо, что нам всем нравится мексиканская кухня.