Глупая девчонка
Шрифт:
Затяжка. Последняя. С гневом отбрасываю сигарету и достаю новую. Последний вдох. Так нужен. Ещё один. Твои глаза, стеклянные, полные слёз. Только я дрожу и ни слезинки.
– Они ушли. Сначала охранники. Последним уходил их хозяин. С яростью в глазах он прошептал: «Не пытайся звонить в полицию. Они ничего не сделают». И я знала, что это правда. С такими, как он, полиция ничего не может сделать. Ему не было до меня никакого дела, он потерял то единственное, ради чего был готов даже на убийство. Помню, как он поцеловал его бледную щёку, прежде чем покинуть квартиру, оставив меня один на один с моим горем. Я сползла на пол и прижалась к его телу. Всё ещё тёплому, такому родному. Я плакала навзрыд, ревела, кричала, нервно стирая пальцами мнимый след от поцелуя этого сукиного сына. Мой Ангел. Мой бедный Ангел. Я не просила его очнуться – я знала,
Ты плачешь. О боже, Бри! Слёзы! Они так и льются из твоих серых глаз. Ну что ты, детка! Не надо!
Я невольно встаю с кресла и подхожу к тебе, прижимаю к своей груди, глажу твои белые волосы, шепчу: «Успокойся, не плачь!». Почему я не могу выдавить и жалкой слезинки, но ты продолжаешь рыдать так же, как и я в ту далёкую ночь. Ты плачешь, отчаянно всхлипываешь, уткнувшись носом мне в живот, а я блуждаю взглядом по стене. И тут останавливаюсь глазами на зеркале. В нём моё отражение. В нём моё лицо, мои ледяные голубые глаза, а из них неудержимым потоком льются тихие слёзы.
========== Часть 3 ==========
Ну вот. Всего несколько бумажных салфеток, и мы обе снова в порядке. Только в сердце по-прежнему ноют старые рубцы. И боль, такая привычная, такая родная.
Я снова сажусь в кресло, а ты накидываешь кофту на обнажённые плечи. Замёрзла? А как же ты собиралась в таком виде колесить по ночному городу на байке, Бри?.. Смущённо опускаешь взгляд в пол. Я что, сказала это вслух? Нет. Ты просто поняла мои мысли.
Улыбаюсь. Раньше мы с тобой никак не могли понять друг друга.
– Как родилась Энжи?
Твой вопрос возвращает меня назад, в прошлое, в ту проклятую ночь. Ночь, когда я потеряла свою вторую любовь.
– Сразу после гибели Макса. У меня начались схватки. Я вызвала скорую. Его тело и меня, мучающуюся от преждевременных родов, увозила одна машина. Я увидела его бледную тонкую руку, свисающую с носилок, и невольно крепко вцепилась в неё, словно он был ещё живой, словно это могло унять мою боль, физическую или душевную. Родила я уже в больнице. К счастью, девочка была в полном порядке, — по моему лицу скользнула улыбка. – Но когда врач отдал мне её на руки, я плакала не только от счастья, но и от горя, что Ангел так и не увидел, какая прекрасная у него родилась дочь. Как две капли воды похожая на отца. Голубоглазая, светленькая. Маленький ангелочек. Теперь она стала моим земным ангелом. А Макс присоединился к Лине. И там, на небесах, им не будет одиноко.
Я верю в это. Всем сердцем верю.
– Я назвала дочь Анжелиной. В честь двух ангелов, которые, наверняка, будут присматривать за ней с небес.
Куда ты смотришь? Ах, на ту фотографию. Там Энжи переходит в пятый класс. Этот снимок сделала бабушка, совсем недавно. Красивая фотография. Ты так пристально вглядываешься в её белокурые локоны до плеч, в голубые глаза. Представляешь, как мог выглядеть её отец? Мой Ангел?.. Да, в точности, как она. В точности…
– А мой отец? – твой голос снова серьёзен.
– Что твой отец? – не понимаю я.
– Что он значит в твоей жизни? Он твоя третья любовь, ведь так? Или он просто так, увлечение…?
Улыбаюсь. Люблю, когда ты так серьезна. С тобой сложно спорить в такие моменты. И этот прямой взгляд твоих серых глаз – в точности как у Джеймса.
– Джеймс появился несколько лет спустя. Я медленно возвращалась к жизни, под присмотром родителей. В память о Максе, я старалась обеспечить Энжи той любовью, которой бы переполнил её жизнь он. И всё равно я понимала, что не смогу заменить ей любовь отца. Бабушки и дедушки и даже сумасшедшая мамочка, неумело ухаживающая за ней день и ночь напролёт, – это ещё не всё. Далеко не всё. Бабушка Энжи, моя мама, старалась помогать мне во всём. Едва я снова «встала на ноги» и начала выбираться из своей раковины, она принялась подсовывать мне «приличных» ухажёров. Конечно, из самых светлых побуждений – ей не хотелось, чтобы дочь стала матерью-одиночкой и поставила крест на своей личной жизни. Но я была разбита. Смерть Макса всё ещё не давала мне прийти в себя. А мысли о других мужчинах просто вызывали во мне ярость. Он был тем, кого я полюбила! Мне никто не нужен! И почему безжалостная судьба забирает у меня любимых с такой лёгкостью?.. Нет, я не сломалась, но была зла, чертовски зла!.. Свою агрессию я выплеснула в работу, с новой силой включаясь в дела.
– Ты тоже влюбилась в него с первого взгляда? – безразлично бросаешь ты, но в глубине души с замиранием сердца ждёшь ответа. Я вижу это по лёгкому румянцу на щеках. Бри. Ты не умеешь врать. Только не мне.
– Нет, — улыбаюсь в ответ, пожимаю плечами. – Мне было совсем не до любви. У меня подрастала дочка, смерть Макса всё ещё зияла открытой раной в сердце, ресторанный бизнес требовал всех моих и без того скудных сил. Какая к чёрту любовь!?.. Но твой отец…
– Он влюбился в тебя сразу же, — констатируешь очевидный факт. Мы обе знаем, что Джеймс был очарован мной с первого взгляда. Как странно. Ведь я была уже далеко не молода. Впрочем, не стану врать, что выгляжу совсем ужасно. Я всегда слежу за собой. Не позволяю себе расслабиться.
– И усердно добивался моего расположения, — дополняю я, — даже несмотря на то, что по негласным правилам личные отношения с клиентами это табу. Однако Джеймсу было наплевать на любые правила. Это в нём и подкупило меня. Но гораздо позже. Когда мой бизнес снова пришёл в норму, а дочка уже незаметно стала такой самостоятельной, что я только диву давалась со своей усердной первоклашки. Помнится, он в очередной раз пригласил меня в ресторан. Кажется, хотел отметить успешный контракт, который мы вместе заключали с конкурирующей фирмой. Но вместо очередного отказа я приняла приглашение. С условием, что мы отправимся не в ресторан, а в одну из моих кофеен, что-то вроде контрольного визита. Наверное, я просто боялась признаться себе, что Джеймс тоже мне симпатичен, и я вовсе не против сходить с ним на настоящее свидание. По правде говоря, по ночам мне было безумно одиноко. И снова хотелось любви, будто не было позади всего того груза пережитых бед. Глупое сердце. Почему оно снова и снова просится на нож?
Бросаю короткий взгляд в твою сторону. Ты не смотришь на меня. Словно о чём-то задумалась. Интересно, о чём?
– Ну, а дальше всё началось. Встреча за встречей. Первое официальное свидание. Первая ночёвка в чужой квартире, первая забытая вещь у меня дома, третья-«запасная» зубная щётка в ванной. А после его предложение — как гром среди ясного неба. «Выходи за меня».
– Но ты отказалась! – выдаёшь ты, и в серых глазах сверкает … обида? Что это, Бри? Что это значит?
– Да. Я отказалась. Потому что у нас обоих позади была целая жизнь. У меня подрастала Энжи. У Джеймса тоже оказалась взрослая дочь, — ехидно поглядываю на тебя, скрещивая руки на груди. – Какой был смысл произносить пустые клятвы? И он меня понял. Он кивнул и сказал: «Значит, мы просто будем жить вместе». И я не смогла сказать нет. Потому что он не спрашивал. Он утверждал. Он поступил так, как должен поступить настоящий мужчина. Он просто взял и принял это серьёзное решение за нас двоих. Даже не так. За нас четверых. И я почувствовала, что снова обретаю опору, снова ощущаю себя счастливой, снова люблю…
Ты молчишь. О чём же ты думаешь в эту минуту?
– Ты знаешь, твой отец мне очень дорог, Бри… — я встаю с кресла и подхожу к окну, наблюдая, как за окнами алеет рассвет. – И мне тяжело видеть, как ты причиняешь ему боль. Ему и себе. И мне. Пусть я и никто для тебя. Я не хочу заменять тебе маму, не смогу и не буду. Но то, что происходит с тобой… это…
– Я напомнила тебе Лин.
Глупая. Какая же ты всё-таки глупая! Оборачиваюсь.
– Ты напомнила мне, что жизнь дана для того, чтобы учиться на ошибках. Когда-то я была слишком слаба, чтобы всё исправить. Сейчас я тоже не намного сильнее, просто знаю, что должна что-то сделать. Хотя бы что-то. Ради твоего отца, ради тебя и ради себя. Ради той глупой девчонки, которая ничего не смогла возразить судьбе… Просто подумай над всем этим. Ладно? Пока не поздно.