Глушь
Шрифт:
Влад пожал плечами. Что удивительного в том, что у дома стоит машина? Однако Косте что-то в ней не понравилось. Выйдя из «семерки» он взглянул на следы. На молодой траве почти не было отпечатков шин, только пара полос от только что отъехавшей машины. Значит она не отсюда? Может родственники?
Он уже поднял кулак, чтобы постучать в калитку, как она тут же сама распахнулась. Костя столкнулся лицом к лицу с женщиной.
– Вы кто? – спокойно, но неприветливо спросила она, – чего хотите?
Костя немного растерялся. Расчет
– Извините, -неуверенно проговорил он, – мы…хотели спро…
– Мы журналисты, – неожиданно нашелся Рыжий, -, газета «Студенческая правда и не только». Пишем статью в газету о местном чудище. Не могли бы вы что-нибудь рассказать о нем?
Костя незаметно показал ему большой палец. Однако находчивость Рыжего не произвела ожидаемого эффекта.
– Еще одни! – нервно проговорила женщина, – только что из органов приезжали, мучили, теперь газетчики. Час от часу не легче!
– Из органов? – переспросил Костя, – полиция была здесь? Этим делом уже занимаются?
– Полиция не полиция, а должностное лицо было. Вот только сейчас буквально отъехало. Мы ему уже все рассказали, у него вот теперь и спрашивайте. А нас нечего доставать.
С этими словами женщина попыталась закрыть калитку, но Костя подпёр ее ногой.
– Но послушайте! Ведь эта тварь может еще кому-нибудь навредить! Может у вас есть какие-то догадки?
– Нету у меня никаких догадок, зато есть дочь, которая в семнадцать лет сидит на успокоительных и ходит к психологу, поэтому оставьте нас в покое!
– Вы не единственная! – Костя схватился рукой за дверь, – наших девчонок тоже напугало это существо, чуть не убило. Подумайте, если мы его не остановим, вы можете пострадать снова!
Женщина прекратила попытки закрыть ворота. На ее еще не старом, но худом и уставшем лицо, видевшим бессонные ночи и нелегкую работу, появилось сомнение.
– Я в первую очередь мать, – заговорила она наконец, – и мне присущ материнский эгоизм. Мне важнее то, что происходит сейчас с моей дочерью, а не то, что произошло с другими. Поэтому еще раз прошу: оставьте ее в покое.
– Мама, подожди! – донесся из-за ее спины девичий голос.
У ворот появилась молодая девушка. Пожалуй, чуть помладше Кости. Но в глаза тут же бросилась седая прядь, которая странным образом затесалась в пышных светлых локонах. Девушка вышла из-за спины матери.
– Что вы хотите знать? Я расскажу.
Мать вздохнула и, что-то бормоча себе под нос, зашагала вглубь двора. Девушка же присела рядом на лавку и пригласила ребят. Костя же в очередной раз замялся, пытаясь понять, что он хочет выведать и с чего начинать разговор.
– Как тебя зовут? – снова спас его Рыжий.
– Наташа.
– Значит, святилище здесь было? – Влад осматривал Гнилой овраг с нескрываемой иронией, – удачнее места не найти, конечно.
Костя брезгливо толкнул ногой кучку
Костя поежился, поднял ворот джинсовки. Вокруг белели лужи, видимо, неподалеку было болото, отчего по ветру принесло сырость и холод.
– Вон там, – указал Костя на восток, – была наша стоянка.
– А там, – кивнул в противоположную сторону Влад, – завод и свалка.
– И где-то здесь, – Костя присел, – на Наташу напал бес. Следы видишь?
– Да, – Влад присел рядом, рассматривая вмятины на земле, – девичьи туфли, берцы, наверно, лесника, и такие же следы, как и у нашего ночного гостя. И ведут они…
Они проследили глазами за цепочкой следов, уходящих в чащу, туда, где столбы черных заводских труб стояли железными изваяниями над лесом, нависали, будто горы, грозные и загадочные.
– Недалеко вроде, – Рыжий прищурил глаза.
– Дойдем, – не то спросил, не то утвердил Костя.
– Зачем? – спросил Рыжий.
– Интересно.
Парни молча зашагали в сторону завода. С каждым шагом все сильнее ощущался запах нашатыря и еще какой-то пакости, отчего начинало щипать глаза. Всё чаще попадались кучки отходов, от которых и раздавалось дрянное зловоние. Однако мусор был не только с завода. Где-то валялась старая мебель, где-то – пластиковые упаковки и целлофановые мешки, даже попадались остовы машин и покореженные проржавевшие запчасти.
Краем глаза Костя уловил движение. Машинально нащупал во внутреннем кармане пистолет, повернулся. Маленькое серое существо бегало между кучками мусора на задних лапках. Костя выдохнул. Заяц. Обычный заяц…Или нет?
Зверек, заметив непрошеных гостей, молнией помчался обратно в чащу, но зоркий глаз успел заметить, что с ним не всё в порядке. К хвосту прилип мусорный пакет, шкурка запачкана машинным маслом, местами на ней были плеши, видимо оставленные какой-то кислотой или щелочью. У Кости сжалось сердце.
«Что ж вы наделали…»
– Подсадите.
– Тихо, руки не отдави!
– Аккуратнее с часами, мне их на днюху подарили!
– Да успокойся ты!
Костя подтянулся на узком подоконнике, перевалился ногами на другую сторону и оказался в цеху. Спрыгнул, старясь не угодить в кучи металлолома.
– Как обстановка? – послышался снаружи голос Влада.
– Пока тихо.
Костя на корточках засеменил вглубь помещения. Этот цех был давно брошен, потому и лес подходил к нему вплотную. Однако он стоял на территории завода, и лучшего способа прокрасться туда незаметно нельзя было придумать.