Гнэльф
Шрифт:
– Чепуха! – Гейзеровский досадливо махнул рукой. – Ну, вот мы и приехали…
Он припарковал машину на автостоянке неподалеку от бара и повел Катю в «Райский уголок», где уже вовсю гремела музыка и откуда доносился задорный и веселый голосок новой поп-звезды Малютки Мика.
Они сели за столик в укромном местечке, и Аркадий Борисович, сделав официанту заказ, приступил к последним наставлениям.
– Ты видишь солиста, Катя? – спросил он и чуть заметно повел головой в сторону
– Вижу, у меня хорошее зрение. Боже, как он мал!.. Интересно, что мы будем делать с ним в постели?
– Он тебе сам об этом скажет. Не отвлекайся, ты пропустишь самое главное.
– Я вся внимание! – Девушка выпила шампанское и, поставив фужер на стол, с преувеличенной серьезностью уставилась на профессора.
Аркадий Борисович достал из кармана маленький пакетик и передал его девушке.
– Это – снотворное. Подсыпь ему в рюмку, когда будете в отеле.
– А это не мокруха? – спохватилась девушка, и в ее глазах промелькнул непритворный испуг.
Профессор поспешил ее успокоить:
– Нет-нет, не волнуйся. С ним ничего не случится, я наблюдаю за ним давно, он – мой пациент.
– Так вы – доктор?
– Да, я врач. Малютка Мик стал выступать здесь и заработал большой успех. Но его здоровье… Ему нужно обследоваться, а он не желает. Его родственники очень беспокоятся.
– Такой артист может заработать кучу денег… На их месте я тоже бы беспокоилась за его здоровье!
Гейзеровский снова сунул руку в карман и достал оттуда пачку купюр.
– Вот тебе двести баксов. Получишь еще три сотни в отеле, когда Мик уснет.
– Я все сделаю, папочка. – Катя быстро спрятала деньги и пакетик со снотворным в свою сумочку. – Лишь бы в отеле не нарваться на неприятности…
– Не волнуйся, там все улажено. Ваш номер двести тридцать восьмой, мой – двести сорок второй. – Профессор поднял бокал с шампанским и произнес тост: – За успешную операцию!
– Под наркозом! – добавила Катя и весело хихикнула.
Гейзеровский кисло улыбнулся в ответ на шутку девушки и тихо проговорил:
– Теперь осталось главное – нужно соблазнить Мика.
– Если он бабник, то дело в шляпе. Вряд ли к нему липнут красотки. И потом, не забывайте о моей профессии: я – бакалавр любви!
Произнеся эту тираду, Катя набросилась на еду. Аркадий Борисович тоже взялся было за вилку, но быстро передумал и положил ее на место. Он боялся, что от активной работы челюстями его усы могут снова отклеиться, и тогда все планы по отлову гнэльфа просто рухнут.
Глава двадцать вторая
Было уже далеко за полночь, когда к отелю «Карамболь» подъехало такси, и из него вышла Катя в сопровождении гнэльфа Микки.
– До сих пор не могу поверить, что ты со мной! – восторженно произнесла девушка и, нагнувшись, чмокнула кавалера в лоб. – Сам Малютка Мик!.. Я без ума
Она взяла гнэльфа, как ребенка, за руку и потащила к дверям отеля. Микки еле поспевал за ней, и это его сердило.
– Ты мне тоже нравишься, Котенок, но две – три минуты ничего не решат… Куда ты летишь?
– Прости, дорогой! Но мне так не терпится обнять тебя… – Катя снова нагнулась и снова поцеловала Микки в лоб. – Ты – гений! Король сцены!
Гнэльф самодовольно улыбнулся и перестал сердиться на взбалмошную поклонницу. Он даже захотел по-джентльменски распахнуть дверь и пропустить вперед девушку, но здесь его поджидал конфуз: ему не удалось дотянуться до большой бронзовой ручки, хотя он и попробовал привстать на цыпочки и даже два раза подпрыгнуть.
– Ты очарователен! – с восхищением произнесла Катя и открыла перед смущенным гнэльфом дверь.
Микки переступил через порог. Катя хотела поправить сползшую с плеча сумочку и на секунду выпустила ручку двери. Сработала пружина – и Микки влетел в вестибюль. Портье, который до этого дремал за своим столиком, резко вскинул голову вверх, но никого перед собой не увидел. Перевел взгляд вниз и заметил лежащего на полу Микки.
– Ты не ушибся, сынок? – спросил сочувственно портье. – Где твоя мамочка?
– Здесь его мамочка, – ответила за гнэльфа разозленная девушка. Она подошла к пострадавшему и помогла ему подняться на ноги. – Я, кажется, слегка тебя задела?
– Нет… Ничего… – Микки кисло улыбнулся.
– Ну, слава Богу! – Катя повернулась к портье. – Мой ключ, пожалуйста. От двести тридцать восьмого.
Портье вспомнил о своем договоре с Гейзеровским и быстро протянул ключ.
– Прошу!
– Спасибо, – поблагодарила его Катя и, лукаво подмигнув гнэльфу, направилась к лифту. Микки, прихрамывая, побрел за ней.
Поднявшись на нужный этаж, они зашагали к своему номеру.
Вдруг одна из дверей открылась, и в коридор вышла подозрительная парочка: накрашенная девица в коротком до предела платье и здоровенный детина в кожаной куртке и таких же кожаных штанах. Мужчина посмотрел на Катю, и лицо его посуровело. В глазах Кати поселился страх: она-то знала, что ступила на чужую территорию!.. Здоровяк и девица захлопнули дверь и направились к лифту. Катя опомнилась и, взяв гнэльфа за руку, повела его дальше по коридору.
– Почему ты остановилась? – полюбопытствовал Микки, выдирая свою руку из цепкой ладони девушки. – Это был твой знакомый?
– Нет… Кажется, я видела его по телевизору…
– В спортивной или уголовной хронике? – пошутил гнэльф.
Но Кате теперь было не до шуток.
– Не знаю. Может быть, вспомню потом… Наш номер! – Девушка изобразила на своем лице вымученную улыбку и, отперев дверь, впустила кавалера. Потом прошла в номер сама и включила свет. – А здесь мило! Ты не находишь?