Гнездо
Шрифт:
«Чем они там питаются?
– удивлялся Ланс.
– Пещерных полипов Libasta siphonophora должно хватить такой армаде суток на трое, не больше. Но они клубятся в этих пещерах годами. Может, они умеют культивировать какие-то примитивные жизненные формы? Создавать подземные плантации?»
Вдруг со стороны входа началось суетливое движение. В дежурную комнату забежал сержант и доложил:
– Сир, прибыл имперский комиссар по особо важным делам, генерал-лейтенант Рене Марков!
«Сюрприз!
– сказал
– Наконец я увижу вживую этого легендарного сыщика».
Он поднялся навстречу комиссару. По негласной иерархии имперский генерал считался выше рангом аврелианского. Но Лансу эта традиция показалась неактуальной, и он не поздравил Маркова первым. К его удивлению, тирониец не заметил нарушения субординации. Он вполне демократично пожал Лансу руку и спросил:
– Когда начнут бомбить?
– Я - генерал-полковник Маккослиб, - решил представиться Ланс.
– Руковожу местной Кризисной службой, - он посмотрел на таймер.
– начнут бомбить через восемь минут.
– Маккослиб?
– Ланс показалось, что Марков проснулся в тот момент, когда услышал его фамилию.
– Вы человек баронессы Вэй?
– Уже двадцать шестой год.
– Очень рад, очень рад!
– улыбка комиссара была искренней настолько, насколько можно было ожидать от человека, каждая мышца которого стонала от непривычной аврелианской силы тяжести.
– Мы с вашей женой на Кидронии попали в такие приключения! Эта проклятая Шерм поводила-таки нас за хвост… [49]
– Да вы тот самый Рене Марков?
– Да. Разве в нашей Империи ещё какие-то не «те самые» генералы с фамилией Марков? Один я такой, - полицейский стряхнул несуществующую пыль с генеральского шеврона, старая тиронийская борзая… Провожу на Аврелии специальное расследование по поручению нашего уважаемого монарха.
– Высокочтимого.
– …?
– На Аврелии говорят или «нашего любимого монарха», или «нашего высокочтимого монарха».
– И давно вы стали знатоком аврелианских верноподданнических формул?
– Несколько недель назад. Пообщаетесь с местными лордами - и сами станете знатоком формул.
– Все может быть, - кивнул тирониец.
– Впрочем, специфика моего расследования предполагает общение со здешней аристократией.
– Мне докладывали о ваших поисках… А в этой глуши вы по какому случаю?
– Пилот дискоида убедил меня, что у скалы опасно.
– Прав… Хотите посмотреть на ядерные взрывы?
– Если честно, то хочу. Никогда такого не видел. А вы?
– Однажды на Бальсан, - Ланс жестом предложил Маркову кресло за пультом.
– Но это было давно. Двадцать три года назад.
– Будем смотреть отсюда?
– Марков облегченно выдохнул, когда гидроподушки приняли на себя вес его тела, затем скептически осмотрел обшарпанные стены бункера.
– Может, выйдем на поверхность?
–
– Неужели действительно существует риск? Но всё правительство собралось около скалы. Кажется, они там даже бруствером не защищены.
– Нет, но двадцать три года назад, на Бальсан, нам также говорили, что на расстоянии ядерный взрыв не вреден.
– И что?
– Лучевая болезнь. Почти у всех, кто был тогда на станции «Скарла». Я, к счастью, отделался легкой формой. А вот Гвен долго болела.
– Я не знал.
– Чего вы не знали?
– Что баронесса в молодости претерпела облучение.
– Она об этом не любит вспоминать. А в официальной медицинской истории Гвен тот случай не записали. Никто не желал утечки информации.
– Ну, конечно… Там также бомбили гнёзда ксеноморфов?
– Что-то на манер того…
– А знаете, Маккослиб, в моем списке аврелианцев, с которыми у меня запланированы беседы, есть и ваша фамилия.
– И под каким номером?
– А что?
– Да, в молодости увлекался нумерологией… - Ланс внимательнее присмотрелся к картинке, которую транслировали с орбитального аппарата.
– Смотрите, генерал, твари то предчувствуют!
– Это Адельмы?
– Марков прищурился на экран, где происходили странные сдвиги. От гнёзд ксеноморфов побежали концентрические волны. Орда Адельм начала разбегаться ущельями, оставляя окраины гнездилища.
– Менее чем три минуты до удара, - констатировал Маккослиб, бросив взгляд на таймер.
– не убегут.
– А каким образом они смогли почувствовать наши намерения?
– Они не намерения почувствовали… - Ланс посмотрел на боковую панель демонстратора.
– Они другое почувствовали… Несколько минут назад «Ригуело» сбросил первую бомбу.
– То есть вы хотите сказать, что местные скорпионы чувствуют то, что происходит на орбите Аврелии, на высоте четыреста километров?
– Триста десять километров в момент сброса, - уточнил Ланс.
– Сейчас бомба тормозит в верхних слоях атмосферы. Через тридцать шесть секунд включатся её корректирующие двигатели.
– А ведь у скорпионов нет телескопов.
– Телескопов у тварей нет, вы правы, генерал… А вот чуйка есть, - Ланс увеличил изображение на центральной панели.
– Нам бы такую… Смотрите, как убегают. С максимальной для данной ксеноформы скоростью.
Зрелище действительно поражало. Орда Адельм покрыла горные склоны, как пёстрое подвижное одеяло. Из гнездилища живой рекой вытекали все новые и новые потоки монстров, бежали и бежали по скалам и по спинам сородичей. Сотни тысяч ксеноморфов разбегались точно от того места, которое было определено, как точка ядерного взрыва.