Гнездо
Шрифт:
Со Лай руководил обороной островков с командирского дискоида. Хотя позитроника дискоида подвергалась воздействию норнов, летательные аппараты не прекращали поддерживать десантников с воздуха и преследовать тех ґыргов, которым удавалось прорвать линию. Теперь экипажи многих дискоидов перешли на ручное управление. Командирская «летающая тарелка» успевала везде, попеременно выполняя роли штурмовика, корректировщика орбитальных батарей и эвакуатора. Управленческий хаос первых минут боя уступил место более или менее скоординированному взаимодействию всех элементов обороны.
Островок,
Капитан-лейтенант решил морально поддержать бойцов группы Гарсия. Он связался со старшим сержантом и поздравил всех десантников и операторов с первыми наградами.
– … унтер-офицеры Гарсия и Бехеште приказом адмирала Кортнея награждены серебряными, а остальные бронзовыми медалями Ордена Корабля и Звезды [61]. Всем, кроме оператора Макса Лиме, присвоены очередные звания и предоставлено имперское гражданство первой категории. Приветствую вас, герои!
– Служим Империи!
– бодро ответили с островка.
– Что у вас нового, Гарсия?
– Атаки ксеноморфов прекратились, сир. Ни одного не видим. Операторы восстановили боеспособность четырёх «пауков». Готовимся к ночному дежурству. Бойцы ужинают. Прошу пополнить боекомплект и немедленно эвакуировать «сотых» [62].
– Сколько их у вас?
– Шесть, сир, включая Макса, который сдулся при высадке.
– Понятно. Эвакуационная команда будет у вас в час. Всё?
– Есть одна непонятная вещь, сир.
– Доложите.
– Ґырги не понятно почему не трогают оператора Махонико.
– То есть?
– не понял Со Лай.
– Объясните.
– Уже трижды на её пост выбегали ґырги, останавливались перед Махонико, как загипнотизированные или парализованные, и так стояли, пока их не сжигали.
– Действительно, это странная вещь…
– Очень странная, сир. Феномен.
– Хорошо, Гарсия, мы разберемся с эим вашим феноменом. Ждите эвакуаторов.
«Человек умеет гипнотизировать ґыргов? Силой мысли останавливать эти тупые и упрямые машины для уборки мяса? Какая-то мистика!
– подумал Со Лай.
– Надо доложить командиру».
Он уже открыл канал оперативной связи со штабом, когда получил сигнал вызова с орбитальной базы. Со Лай переключил канал на «орбиту».
– Капитан-лейтенант, к вам обращается координатор Службы Предотвращения капитан-командор Тавберг.
– Слушаю вас, сир!
– Вы только получили доклад сержанта Гарсии об определённом непонятном явлении.
– Так точно, сир!
– Приказываю вам забыть этот доклад, не включать его в рапорт и сводку, не рассказывать о нём никому. Ни одному человеку. За разглашение - трибунал и приговор по законам военного времени. Поняли меня?
– Понял, сир!
– Конец связи.
«Интересно, а кто
– спросил неизвестно кого Со Лай.
– Я вроде знаю всех здешних координаторов Джи Тау, но о командоре с такой фамилией слышу впервые… Имперские секретные программы»- решил он. Дольше останавливать мысли на странных феноменах и запретах Со Лай не успел. На северном отрезке его участка группа ґыргов двинулась в атаку на островок карантинной линии.
16
Лабиринт Анвол,
планета Фаренго (9КВ97: 2),
система звезды Талис.
9 юна 417 года Эры Восстановления.
Скеґер доставил на Фаренго шесть приглашённых представителей земной расы - Зорана, Тарасвати, Вольска, Мулан, Гумма и Кишу Шайнар. Древняя планета встретила их ветреным розовым рассветом. Змейки мелкой пыли прытко бежали по плоским камням. Ветер одиноко бродил кустами-клетками, не способный расшевелить колючие заросли.
«Салют, Фаренго!
– мысленно поздравил знакомый пейзаж Вольск.
– Наша с тобой разлука оказалась недолгой…»
А ещё он подумал, что, возможно, где-то здесь живёт теперь слепая Шерма. Он даже представил слепленый из глины домик на берегу фаренгийского океана и стройную женщину, которая стоит рядом с нищим жильём, прислушиваясь к всплеску слабых волн. Коварное воображение техноархеолога нарисовало Шерму-изгнанницу обнажённой, и лучи Талис сладострастно блуждали по её телу, словно накладывали багровые валёры на кожу цвета тёмной меди.
Мечты о Шерме Вольска отвлекла забавная фигура её дочери, одетой в великоватый для неё биологический скафандр. Мулан посадила Кишу в корзину транспортного «паука» и шла рядом, следя, чтобы та не упала.
«И зачем ящерам здалось это дитё?» - мысленно спросил Вольск и пристраиваясь предпоследним в процессии, двинулся в сторону Лабиринта Анвол. Замыкал походную колону пафосный Гумм, который непрерывно бормотал молитвы Велудуману. Он знал, что идет в Храм Жизни, и просил у Держателя Свода, чтобы Силы этого святого места надоумили грозных Пифийских жриц простить Мулан все её ошибки и проступки.
Вскоре перед экспедицией вырос одинокий холм, в котором ещё угадывались разрушенные некогда величественные ворота. Их огромные, поставленные торчком гранитные плиты давно потеряли признаки тщательной обработки, а пологий пандус, ведущий к воротам, растрескался и просел в нескольких местах. Во входном створе стояли ящеры в невыносимо блестящих скафандрах. Их, как и людей, было шестеро, и вид у них был торжественный.
– Клан Бьедор приветствует нас у ворот Храма, - прокомментировала ситуацию Тарасвати. Вольск уже знал, что Знающие умеют телепатически общаться с ґормитами, и не удивился. Ящеры как ящеры. Взрослые здоровенные особи. Хвосты забавно шевелятся, шлемы удлиненные и непрозрачные. Но на других встреча представителей двух разумных галактических рас всё-таки произвела впечатление. Гумм прошептал «Яще-э-эры» с таким отчаянным восторгом, что Мулан оглянулась на своего мужа. Вольск не мог видеть её лицо, но был уверен, что на нём в этот момент не было одобрительного выражения.