Гоблин
Шрифт:
Не прошло и минуты, как тот самый «Фольксваген» вернулся и заехал на площадку. Андрей засунул руку за отворот куртки.
– Андрей, не спеши, может быть, это просто туристы.
Открылась дверца и с пассажирского места вылез тощенький улыбчивый паренек. Одет он был в гавайскую рубаху и шорты. На ногах шлепанцы. В руках паренёк держал свернутую карту. Одна шлепка у паренька свалилась, и он стал шарить её ногой. Открылась водительская дверь, и из неё, потягиваясь, стал вылезать второй парнишка. Ага, заблудились, туристы. Выстрел из Тайзера из-под свернутой карты
Очнулся я от того, что Теди шлепал меня ладошкой по щекам. Теди заулыбался. Перед глазами сверкнули на солнце какие-то золотистые паутинки. Постарался сосредоточить взгляд. В груди у Теди торчало две пары электродов, от которых отходили тоненькие проводки. Теди отследил мой взгляд, выдернул электроды у себя из груди и отшвырнул их в сторону. Я повернул голову вбок, Андрей уже сидел возле колеса джипа, тряс головой, пытаясь прийти в себя. Я попытался подняться, Теди мне помог. Напавшие на нас «гавайские» парни лежали на спинах возле своего «Фольксвагена», раскинув руки в стороны. Я вынул пистолет и пошел к ним. Рядом с парнями валялись разорванные в хлам два тайзера. Лица у парней были красные, как у вареных раков. Волосы на их головах торчали торчком. Вот оно что! Видать, Теди вернул по проводам парням потраченное на него электричество, и ещё от себя добавил. Подошел Андрей, поддерживаемый Теди.
– Суки, ногу всё еще сводит судорогой. Мать их, кто это такие? И что им от нас было надо?
– Андрей, я думаю, что это и есть агенты Ватиканских спецслужб. Наверно, они всё же отследили деньги.
– Нет, я понял. Меня им слил литовский таможенник, у которого я купил штампик в паспорт падре. Вернусь, грохну падлу. Или нет, я его подставлю на взятке. Деньги я снял раньше, а уже потом занялся паспортом. Поэтому деньги они не отследили. Они следили за мной от Литвы, а потом в Калининграде поставили жучок на купленную мной машину. Не пойму, почему они так долго тянули, а не напали на нас раньше.
– Наверно, их напугал спецназ, помнишь, там, в закрытом поселке.
– Ну, теперь мы это уже никогда не узнаем.
– Нет, – сказал Теди.
– Что нет? Теди, ты, конечно, молодец, действовал по обстановке. Жаль только, что вот так всё вышло.
– Нет, – снова сказал Теди.
– Сергей, ты говорил, что Теди кроме слова «Нет», выучил еще и слово «Да».
– Да, – сказал Теди.
– Подожди, Андрей, – я нагнулся и пощупал пульс у парней, – Теди хочет сказать, что они живы, просто, в отключке.
– И что теперь нам с ними делать? Запытать их до смерти и сжечь в машине?
– Жалко, парни ещё совсем молодые. Бросим их здесь, очухаются – их счастье. Андрей обшарь салон, забери все документы и выдерни им провода из двигателя, какие сможешь, а я пойду, найду жучок – по дороге мы его прицепим к какой-нибудь другой машине.
4
Мотель на окраине Перми. Теди достал ноутбук и режется в какую-то онлайн-игру. Мы с Андреем беседуем, закусывая водку гамбургерами.
– Чертовы Макдональдсы, добрались
– И не говори, Серёга! Знаешь, я бы с удовольствием поел астраханскую «кильку в томате» или «Гурьевскую кашу».
– Точно, мне в зоне уже обрыдла эта тушенка из аргентинской свинины. Хочется чего-нибудь нашего, родного, кабачковой икры, что ли, или икры минтая со свежим луком.
– Да, в Макдональдах такого не купишь.
– Хорошо, хоть водка осталась прежней, давай выпьем.
– Это ты хорошо сказал, водка – это наше всё! Будем!
Выпили, закусили. Не сговариваясь, посмотрели на Теди. Теди, злой как черт, сидит перед ноутбуком, фыркает и тихо ругается «форфлюхтами» и «швайнами», наверно, эльфы его в игре уделали и обчистили, отобрали все магические кольца и амулеты. Мы прыснули и отвернулись. Чтобы Теди не обиделся, я громко спросил Андрея:
– Ну и как мы будем добираться до горы Сакх …, Сак-ла-им-сори? – медленно и членораздельно выговорил я.
– Значится, так. Завра наймем в чартер какой-нибудь гидроплан и облетим гору Сакх… облетим гору с этим самым названием. Отметим на карте все мансийские стойбища оленеводов, все охотничьи заимки и домики егерей. Потом посидим, покумекаем и наметим маршрут.
– Отличный план, Андрюха, за это надо выпить!
5
Мы переправились на левый берег реки Вишера и доехали до урочища 71 первый квартал. Отсюда открывался вид на хребет Чувал или, как его тут называют, Чувальский камень. Дорога, или, скорей, тропа, была достаточно трудна, она заросла тайгой, встречались множественные завалы, но, как на мой взгляд, это одно из самых красивейших мест среднего Урала. Даже отсюда видно, что при подъеме на Чувал происходит смена нескольких природных поясов. Андрей говорил, что на самом верху находится гольцовый пояс и высокогорное болото. Ещё он рассказывал, что на вершине Чувала много красивых камней-останцев, есть группа останцев с названием «каменные портреты». Жаль, нет времени полюбоваться этими красотами.
– Вот, Сергей, вон в тех заброшенных Гулаговских бараках мы и жили. Нас завезли сюда на лето и оставили. Без охраны. Всем заправляли лагерные паханы. Вон там на склонах горы Чувал мы валили лес. А вот по той старой французской дороге мы вывозили лес к реке. Дисциплина, я тебе доложу, была похлеще лагерной. За непослушание – смерть. Запросто могли прирезать и сбросить в старую штольню. Вот такие дела были, брат.
– И что, никто не пробовал сбежать?
– А куда? Тут на сотни верст ни одного населенного пункта.
– А где ты видел кобольдов?
– Это вон там, ближе к вершине, возле старых заброшенных шахт. Хочешь туда сходить?
– Нет, посмотри, что тут творится. Целый лагерь сплавщиков и байдарочников. А вон по той дороге к Чувалу идут сразу две группы пеших туристов. Какие к черту кобольды, тут туристская братия всё местное зверьё давно своим гитарным звоном распугала. Тут и лемминга не отыскать.
– Лемминги тут не водятся.
– Причем тут лемминги, лемминги нам нафиг не нужны?