Голод
Шрифт:
— Давай, растряси жирок, — громко произнес незнакомец.
— Мое колено… Не могу быстрее, — едва сдерживая стон, на выдохе произнес его собеседник.
В голосе второго мужчины легко можно было угадать Геннадия с «девятки».
Управившись с сумкой, запасливо проверив ее содержимое, Коля шагнул навстречу вышедшим на восьмой уровень людям.
— О, — на мгновение забыв о боли, Гена приветливо усмехнулся. — Живой…
— И ты, я вижу, не бедствуешь, —
Вместе с Геной сюда по шахте сюда спустились четыре человека: трое мужчин и одна женщина. Невысокая сероглазая девушка, со светло-каштановыми волосами и грубо очерченным ртом — казалось, облик незнакомки был отмечен печатью бесконечного уныния. Она смотрела на Островитянина с едва прикрытым недовольством, словно он разрушил ее обитель, какой-то комфортный мирок.
Вместе с Геной сюда пришел и Николай, но остальных мужчин Икя не знал. Верно, эта горстка была тем, что осталось от «девятерых выживших» с шестого уровня.
— Куда путь держишь, тезка? — выдавив улыбку, громко спросил русоволосый здоровяк.
— Почему вы оставили нас умирать? — спокойно спросил его собеседник.
Еще раз окинув взглядом пришедших сюда людей, Икя убедился, что Славы здесь не было. Блондин то ли погиб, то ли отстал, то ли уже успел превратиться в одного из «болванчиков».
— Девчонка… — с наигранным сожалением произнес Николай. — У нее запястья было разворочено, как будто бультерьер постарался.
— Вот как, — теребя свою щетину, задумчиво произнес Икя.
Сомнений не было. Сейчас голос Николая был совершенно неискренним. Да и сам русоволосый здоровяк казался каким-то пустым, бездушным.
— Куда путь держишь, тезка? — повторив свой вопрос, полюбопытствовал Николай.
— Наверх… — с едва прикрытой насмешкой ответил Икя.
— Смотрю, у тебя фонарик появился… Дал кто-то? — со столь же насмешливым любопытством спросил русоволосый Николай.
— Нашел, — вновь соврал Островитянин.
Фонарик был даром Антона — надеждой на успешный спуск вниз, в мрачные глубины Острова.
— А нет пути наверх, — вмешался в беседу один из незнакомцев.
— Мы прорвались на первый уровень. Многих людей потеряли… — не сдержавшись, подхватил другой мужчина. — А люк-то внешний заблокирован… В общем, генераторы нужно включить. Иначе — ни хрена нам светит.
— Вот как, — пожав плечами, с наигранным удивлением ответил Островитянин.
— Мы идем вниз, — спокойно произнес русоволосый Николай.
— Попробуем запустить электрогенераторы, — неожиданно вставила девушка.
— Спуститесь по шахте? — вновь полюбопытствовал обитатель Острова.
— Не, не получится, — отмахнулся один из незнакомцев.
— В трех шахтах, на двенадцатом уровне, стоят кабины лифтов, —
— Мы дойдем до «десятки». Там, спустимся на «больничку». А с больнички перейдем на уровень электростанции, — подхватила тему беседы девушка.
— Возьмете меня с собой? — сжав губы, спросил Островитянин.
— Конечно, — с беззлобным смешком ответил русоволосый Николай. — Мы, кто выжил, должны помогать друг другу…
Расплывшись в улыбке, он добродушно похлопал своего тезку по плечу.
Глава 8
Прошло лишь мгновение, и яркий свет ослепил людей, стоявших в диспетчерской комнате. Лампы, работавшие в аварийном режиме, отключились, уступив место системе постоянного освещения.
— Все в порядке? — неуверенно, себе под нос, произнес Гена.
— Ага, — кивнул Островитянин.
Открыв карман комбинезона, Икя достал оттуда листки, исписанные пояснениями Яворского. Просмотрев их вновь, обитатель Острова убедился в правильности действий Николая. Сложив их, Коля был готов всунуть их обратно, но он промахнулся — три листка соскользнули на пол, в небрежную кучу бумаг.
Резко наклонившись, Икя подхватил ее, но валявшаяся рядом фотография казалась до боли знакомой.
— «Икя…», — прошептал Островитянин.
Эта надпись отчетливо виднелась на обратной стороне фотокарточки. Неровные корявые буквы выдавали руку ребенка.
Повернув фотографию, Островитянин вновь посмотрел на веселого задорного парнишку — мальчика с золотисто-каштановыми волосами.
— Ну как? Красава? — удовлетворенно рассмеявшись, произнес один из незнакомцев. — Сейчас лифты запустим.
Антон был прав. Русоволосому здоровяку и двум мужчинам, помогавшим ему, понадобилось лишь четверть часа на то, чтобы включить электроснабжение жилых блоков.
— Твой сын… — протянув Николаю смятую фотокарточку, произнес Островитянин. — Береги его. Сделай все, чтобы вернуться к нему.
Сжав губы в подобии улыбки, русоволосый здоровяк молча кивнул.
— Как тебя называл сын, когда был совсем маленьким? Когда учился говорить? — неожиданно начал обитатель Острова.
Его собеседник молчал. Лишенным чувств, пустым взглядом он смотрел куда-то в сторону.
— Он пытался выговорить твое имя — Николай? А получалось — «Икя»…
— Ага, — русоволосый здоровяк попытался улыбнуться, но смог выдавить из себя лишь глуповатую ухмылку.
— Давайте, пошевеливайтесь, — приблизившись к собеседникам, произнес из незнакомых Островитянину мужчин. — Четвертая кабина сейчас спустится.