Голод
Шрифт:
Дефективная… нет, я не дефективная. Просто пила таблетки. Илья, думаю, знает об этом. Уверена, он обо мне знает все.
– А ты крутым решил стать, сученыш, - зло прошипел Илья. – Откуда бабки на бригаду? Никогда не подумал бы, у тебя же кишка тонка. Из колонии доносили, что ты как баба орал от ударов охранников.
– Ты бы вообще блевотой захлебнулся. А я выдержал… брат, - с ненавистью ответил Денис.
– Что, и это узнал?
– Как видишь.
– Твоя сука-мать…
– Еще хоть слово о моей матери, - покачал головой Денис, - и одной пулей в висок не отделаешься.
– Ты, - зло рявкнул муж, - такой же, как твоя мамаша. Она в семью влезла, ублюдка специально под одной крышей с нами поселила, чтобы отец наблюдал. И он наблюдал, я видел это. Ты ему нахер не нужен был сначала, он на аборте настаивал, но Марина родила тебя. А потом, когда папа начал видеть тебя ежедневно, он, блть, поговорил со мной. Рассказал о тебе, о твоей мамаше, с которой опять любовь закрутил. Жениться собрался, а тебя в дело ввести. «Дельный пацан растет» - так он сказал мне. Дельный, мать твою, пацан.
– Но он не был против, когда ты упек меня за решетку.
– Еще бы он был против, - процедил Илья. – Условие было: ты сидишь, зато твоя мамашка живет. И не опасается, что идя по улице, не дойдет до дома. Не самая большая цена. Папа выбор сделал, и ты на зону отправился. По-моему, я отлично придумал – из тебя, брат, делают тупое, забитое животное, и я сажаю тебя на цепь.
– Сорвался, какая жалость, - рассмеялся Денис. – А теперь Сашу отпусти.
– Ублюдок твой? – выкрикнул Илья. – Раз ты бригаду себе нашел, значит, и анализы в клинике мог купить. От тебя моя женушка залетела?
– От тебя, - ответил Денис. – Потому отпусти ее.
– Саша, говори. Правду, блть, говори. Я почувствую ложь, и тогда тебе пиз*ец, - громко зашептал муж. – Мой ребенок, или его?
– Твой, - ответила я не своим голосом, и нажим на щеку стал сильнее – Илья не верит. – Твой, - выкрикнула я, плача, - я бы хотела, чтобы не твоим был, но он твой, Илья!
– Верю. Жалкая ты потаскуха, - с нежной злостью произнес муж.
Но оружие не убрал. А я закрыла глаза, устав видеть то, что вокруг происходит. Это кошмар какой-то, непрекращающийся ужас. Раньше, несмотря на ситуацию, я бы раскричалась, надавала пощечин за оскорбления. А сейчас… привыкла, кажется. Дура, шлюха, потаскуха – и все из-за идиотского решения выйти замуж не за того человека, которого никогда не любила, и за связь с тем, кого полюбила.
Вообще все это из-за меня.
Наверное, было бы лучше, если бы не Алиса тогда шла мимо стройки, а я попалась бы им раньше. И захотели бы изнасиловать не ее, а меня. Меня бы не запугали, не купили. Я бы правду на суде сказала, кричала бы об этом громко. Денис бы не сел, может, мама бы его была жива. Я бы не стала женой Ильи, влюбилась бы в Дэна, и ребенка от него бы родила.
– Так что, Соболев? Хочешь ее к себе? – муж ударил меня дулом по щеке, и я открыла глаза. – Нужна тебе баба с моим ребенком в животе?
– Просто отпусти ее.
– Ха, чтобы ты меня грохнул? – хохотнул Илья. – Я на дебила похож? Ушлый ты, парень. Кто над тобой стоит? Не сам же ты застройку заморозил мне, травлю в сети организовал. Руки коротки.
– Уже не коротки. Стимул был отличный, -
– Тьфу. Хоть бы попытался разыграть карту, что тебе насрать на Сашу. Может, я бы поверил, и отпустил ее. Но ты снова как тряпка себя ведешь, - презрительно бросил Илья. – А так твоя Сашенька – моя защита. Я на тот свет не тороплюсь.
– Здесь не только мои люди, но и твои. Оба в одинаковом положении. Просто дай Саше выйти из дома. Или наверх подняться. И мы с тобой поговорим.
Нет.
Меня нельзя отпускать.
Мне дико страшно, я, как и Илья, на тот свет не тороплюсь. Какая бы ни была в последнее время дерьмовая жизнь, но это жизнь. Я дышу, я чувствую, у меня планы есть на будущее. Но сейчас я отчетливо поняла: если Илья позволит мне выйти из кухни, если мужчины останутся без меня, кто-то выстрелит. Илья, Денис, люди Ильи или люди Дениса. Кто-то из них обязательно сделает первый выстрел. А за ним будут следующие. А значит, кто-то погибнет.
– Нет, - прошептала я.
– Что ты там бормочешь? – не расслышал Илья, а Денис…
Он расслышал. И понял. Осуждающе покачал головой, приказывая молчать. И я замолчала. Лучше не лезть, не встревать. А если Илья отпустит – я просто не уйду. При мне они друг друга не поубивают… я надеюсь на это.
– Ничего, - ответила я мужу.
– Так о чем ты хотел поговорить, Соболев? Надеюсь, не о наследстве? Если да, то увы, официально ты – не мой брат. Ты просто непризнанный ублюдок моего отца. Хрен знает, сколько таких по бывшему совку ходит, он тот еще был по молодости лет, - гадко прошипел Илья. – Так что тебе нужно?
– Хорошо. Мое предложение: ты остаешься в живых, отпускаешь Сашу, даешь ей развод, и не мешаешь жить. Я в ответ не трогаю тебя.
– А если я откажусь?
– Ты умрешь, - просто ответил Денис. – И я заберу Сашу. И твои деньги. И наследство, о котором ты пи*дел. Выбор очевиден.
– А ребенок? Как же мой сын? – хмыкнул Илья.
Денис на секунду замолчал, потемнев лицом.
– Не твое дело, - бросил он.
У меня чуть сердце не остановилось.
Денис остался рядом. Но он так и не сказал, что примет меня с ребенком. Он даже сейчас не ответил Илье, что воспитает его, как своего. И что мой сын будет называть отцом не Илью, а Дениса. Так ведь он должен был сказать, раз уж остался рядом? В конце концов… черт, но ведь кровь-то общая. У Ильи, у Дениса, у моего ребенка. Да, не сын он Денису, а племянник. Ведь можно же постараться, представить, что полюбишь его, или хоть примешь.
Может, все не ради меня, а ради мести? Забрать у Ильи то, что он отдавать не хочет – меня. Может… может, Денис не так уж и любит меня? Была детская влюбленность, но мы не виделись долгие годы, и неужели он не представлял, как свернет мне шею за суды, на которых я против него показания давала, и за то, что не любила раньше?! Может, не любовь это, а просто жажда обладать тем, что не твое?
– Не дергайся, милая, а то шмальну нечаянно, попорчу личико, - ласково пропел Илья, и обратился к Денису: - Разговаривать на моих условиях будем. А сейчас пошел нах*й отсюда, выбл*док. Или нашей общей красавице конец.