Голод
Шрифт:
Возле входа в штольню было достаточно светло — проникающего снаружи света вполне хватало, чтобы видеть неровный свод, стены и выложенное обтесанными прямоугольными бревнами дно туннеля. Но чем дальше они уходили от входа, тем гуще становилась подступающая темнота, а проклятая щепка никак не хотела разгораться. Крохотный огонек едва освещал низкий каменный свод над головой, на стены и дно его уже не хватало. Макс перевернул щепку, надеясь разжечь ленивое пламя. Поначалу показалось, что ему это удалось. Огненный лепесток на конце щепки
Макс резко обернулся. Перед ним во тьме копошилось что-то низкое и приземистое.
— Что?! Что случилось?
— Нога! Я подвернула ногу, — отозвался сгусток темноты голосом Катерины.
Трясущимися от волнения руками Макс снова зажег огарок щепки. Он вообразил какого-то невиданного монстра, но вместо него увидел сидящую на дне туннеля женщину, обхватившую двумя руками правую лодыжку.
— Запнулась об эти долбаные шпалы, будь они неладны! — выругалась она, пнув здоровой ногой по одному из уложенных на дно туннеля бревен. Похоже, она знала не только название бревен, но и их назначение. Но сейчас важнее было другое.
— Что с ногой? — обеспокоенно спросил Макс.
— Обычное растяжение, — недрогнувшим голосом объявила Катерина, но Макс все равно почувствовал, что она лжет.
— Дай посмотрю.
— Макс, я сама врач и знаю, что со мной случилось.
— Идти сможешь?
Женщина кивнула, но когда, пытаясь встать, оперлась на поврежденную ногу, вскрикнула от боли и снова опустилась на землю.
— Не в этот раз, — она покачала головой. — Увы, но остаток пути тебе придется пройти в одиночку. Помнишь, что надо сделать?
— Помню. А как же ты?
— А я подожду тебя здесь. И не бойся, ничего со мной не случится. Если что, я смогу за себя постоять. — Катерина выразительно похлопала себя по карману, где лежал пистолет.
Макс растеряно глядел на нее. Отчего-то он думал (да был просто уверен!), что с Катей в подземелье ничего не случится. И вот она сидит на земле со сломанной, наверняка, сломанной ногой и предлагает ему оставить (бросить!) ее.
— Ну что же ты? — нахмурилась Катерина. — Иди! Время не ждет!
Однако Макс все еще колебался.
— Но как я узнаю то место, где нужно заложить мину?
Женщина улыбнулась:
— Это должна быть трещина в скале или что-то вроде разлома.
— Да тут полно трещин! — Макс обвел рукой испещренные сколами и выбоинами стены туннеля.
Катерина задумчиво покачала головой:
— Поверь мне, ты узнаешь. А теперь иди! — приказала она и отвернулась, давая понять, что разговор закончен.
Вставай, дочь!
— Папа, можно я еще немного полежу?
Нельзя. Иначе будет поздно.
— Что — поздно? — не размыкая век, вздохнула Юля.
Твой
Голос дяди Вани. Похоже, они с отцом решили разыграть ее. Макс — лучший следопыт на Заставе. Он просто не может заблудиться!
— Что-что я должна сделать? — улыбнулась Юля сквозь сон.
Остановить его.
— Остановить Макса? Но зачем?!
Его ведет тьма.
Юля резко открыла глаза. Она лежала на слабо освещенном железном полу в каком-то… (углу контейнера!), заваленная замороженными звериными тушами. Юля вспомнила, как поджигала фитиль взрывной шашки, как забилась в угол, ожидая взрыва. Похоже, у нее получилось. А может, и нет. Юля попыталась выбраться, но это оказалось непросто — навалившиеся сверху мясные туши не хотели выпускать свою пленницу.
Быстрее! Времени почти не осталось!
Снова отец, и судя по обеспокоенному голосу, он вовсе не шутит. Как и дядя Ваня.
Юля перевернулась на спину и, упираясь ладонями в стылый бок нижней туши, кое-как сдвинула ее с себя, после чего ползком выбралась из-под завала. Первым делом взглянула в сторону захлопнувшейся двери морозильной камеры и облегченно выдохнула. На месте двери зияло неровное, слегка закопченное по краям прямоугольное отверстие. Самое главное сделано. Убедившись, что выход открыт, Юля прислушалась к своим ощущениям. Немного болела макушка, и кружилась голова, но девушка решила, что это ерунда. Главное: руки-ноги целы.
Так что велели ей отец с дядей Ваней? Вывести Макса из темноты? Теперь, когда у нее полные карманы спичек, это запросто. Но где находится Макс? Самого главного отец с дядей Ваней так и не сказали.
— Где мне его искать?!
Тишина.
— Папа! Дядя Ваня! Ответьте мне!
Нет ответа.
Юля чуть не расплакалась.
— Где? Я обыскала почти весь поселок!
Возвращайся туда, где все началось, — донесся издалека затихающий голос. — И помни: он опасен. Если не сможешь остановить, тебе придется убить его.
Юля опешила:
— Что? Что ты сказал? Повтори!
Она даже не поняла, чей это был голос: отца, Ванойты или… демона? Но то, что он велел, не укладывалось в голове. Убить его. Кого его? Макса?! Нет, она просто неправильно поняла. И как Макс может быть опасен? Если только… в его тело не вселился демон? Несмотря на то, что в морозильной камере было невыносимо холодно (похоже, за то время, что она пролежала без сознания, температура в поселке, а может, и во всей долине, опустилась градусов на десять, а то и больше), Юлю бросило в жар. Что бы ни случилось, она не будет убивать Макса. Лучше убьет себя.