Голос Бездны
Шрифт:
– Помоги мне...
Грамон приподнял голову и обнаружил себя лежащим рядом с темной колыхающейся горой. Яркий свет звезд нестерпимо резал привыкшие к черному миру глаза. Рука сжимала нож, крепко, до судороги. Застонав, Хью кое-как разжал пальцы, помогая себе зубами.
– Помоги!..
Лоло говорила с укором, она очень страдала. Хью отыскал ее взглядом: девушка наполовину высовывалась из Черноты, видимо упала так после того, как он поднял ее вверх. Никому лойнант не смог бы объяснить, что за муки испытывает сейчас островитянка, разделенная почти пополам
Грамон схватил ее левой, свободной от судороги рукой за волосы, которые теперь не были такими жесткими и колючими, потянул. Девушка застонала, покидая Черноту, неощутимое желе потянулось вслед за ее ногами островками черного тумана. Испугавшись, что существо, пожирающее мир кусочек за кусочком опять схватит его, Хью дернул сильнее, отошел от Черноты на несколько шагов, протащив Лоло по траве так же, как совсем недавно тащил в джунглях ее мать.
– Больно...
– простонала гатка.
– Зачем?.. Теперь мы стане добычей...
"Любимый раб..." - Чернота, казалось, улыбалась.
– "Вернись! Если тебя убьют мои слуги, то ты все равно придешь ко мне, но мертвые не годятся в рабы... Они лишь пища!"
– Отпусти...
– Хью захрипел от навалившейся на него знакомой слабости. С дрожью справиться не удавалось, пришлось опуститься на колени. Руки опять были в крови...
– Отпусти нас!
"Мне мешают тулли..." - недовольно сообщила Чернота.
– "Подожди."
Это придало Грамону сил. Кто бы ни были эти тулли, как бы не ненавидели они людей, сейчас он был им рад. Чувствуя вину перед раненной девушкой, он кое-как прихватил ее рукой, прижимая к боку, и на четвереньках пополз в сторону реки.
– Зачем ты отнял меня у нее?..
– заплетающимся языком начала жаловаться островитянка.
– Было уже хорошо!..
– Помолчи, дура, - к лойнанту возвращалась уверенность не только в движениях.
"Ты делаешь ошибку!.." - почти ревниво воскликнула Чернота.
– "Тулли, враги... Останься, Хью Грамон! Останься еще на немного, и ты все поймешь!"
Хью ничего не отвечал, хотя бы потому, что держал меч в зубах. С каждым футом хватка Черноты слабела, это придавало сил. И все же тело страшно болело в каждой своей частичке, даже ногти и волосы каким-то образом давали о себе знать, а по щекам коротышки катились слезы от мучительной зубной боли.
"Ты умрешь и вернешься! Зомби!" - выкрикнула Чернота.
– "Я - твоя вечность! Я - твоя жизнь! Я буду всем этим миром, а ты, жалкий кусок гниющего мяса, придешь сюда отдать себя мне! Мне, которая могла быть и тобой тоже!"
Лойнант пересек открытое пространство, теперь можно было придерживаться за деревья. Хью встал и двинулся быстрее. Лоло зашевелилась у него в руках, пальцы вновь потеплели - это текла ее кровь.
– Потерпи немного, - попросил Хью. Он искренне жалел девушку, да и обидно будет с таким-то трудом утащить от Черноты мертвое тело.
– Скоро уже мост.
– Не ходи туда, дурак!
– неожиданно твердо сказала Лоло.
– Там Ортег, и Клодж, и остальные! Нас убьют.
–
– Иди на Звезду Погибели...
– упомянула Лоло созвездие, известное, как с удивлением отметил Грамон, даже на Гате.
– Вверх по течению реки. И дай я встану, мне очень больно, когда ты так меня держишь...
– Куда ты ранена?
– остановился Грамон, но освободившаяся девушка, держась за бок и шипя от боли сама пошла вперед.
"Вернись," - сухо приказала Чернота так отчетливо, что Хью испуганно обернулся.
– "Вернись, еще не поздно, я приму тебя."
Лоло шла так быстро, что лойнант испугался потерять ее в темноте. Он не слишком хорошо разбирался в звездном небе, чтобы искать спутницу ночью по созвездиям. Хью спотыкаясь пробежал несколько шагов и схватил пошатывающуюся девушку за руку.
– Тебя не поймешь, Лоло: то зачем отнял, то готова бежать сломя голову.
– Больше ничего не остается, - гатка оперлась на него.
– Теперь уже ночь, теперь мы - добыча... На Черноту напала тулли, тубу везет, лысенький, как и всем недоумкам. Ведь она полюбила тебя, приняла. Ты отказался... Сумасшедший.
– Я не сумасшедший, - даже обиделся Хью.
– Я лойнант королевской стражи из Бахама. Сейчас нам надо добраться до галеры, капитан не мог так быстро уплыть. Если ты покажешь дорогу, то я могу взять тебя с собой на Андро, король Том не позволит тебе бедствовать. Во Дворце...
– Мне наплевать на ваши дворцы, - простонала гатка.
– Ты не выберешься отсюда, понимаешь? Нам не пройти мимо людей, если только мы не хотим попасться тулли...
"Она говорит правду," - Чернота теперь говорила с издевкой.
– "Куда ты спешишь? Остановись, подумай. Еще не поздно вернуться..."
– За рекой подумаю, - обещал Грамон.
– Что?
– не поняла девушка.
– С кем ты... Ты слышишь ее?
– Не болтай, ты теряешь кровь, - напомнил лойнант.
– Где река?
– Перед тобой, помоги мне переплыть, я не смогу сама.
Не без испуга полез Грамон в тихую воду, но жизнь на острове видимо была совсем подавлена расползшейся по нему Чернотой. Ничто не нарушало гладкой поверхности, даже неизбежные насекомые куда-то попрятались. Может быть, в реках Гаты нет алигатов? И все же лойнант был очень рад, что не потерял во время островных приключений сандалии. В илистом дне всегда кто-то живет, и этот кто-то не любит, когда на него наступают...
– Ну что ты копаешься?
– слабо спросила Лоло.
– Если тулли прекратят атаку, Чернота схватит тебя... Если бежишь - беги, сумасшедший...
Лойнант не ответил, подхватил с берега девушку и, неумело поплыл, поднимая тучи брызг. Лоло в темноте морщилась, жизнь на острове приучила ее к тишине, особенно ночью. Чернота любит тишину, это известно каждой живой твари, уцелевшей на острове после всех охот. У моста их слышат, но догадаются ли, что происходит?.. Вырваться от Черноты нельзя, такого прежде просто не бывало. Но что делать теперь? Не возвращаться же к матери... Интересно, получит ли она теперь силу?